Добрый вечер!

Я рад вас видеть на этой лекции. Я читаю ее первый раз, поэтому не знаю, насколько она затянется, но надеюсь, это будет не три часа, не два часа. Но будет ли это час, чуть больше или чуть меньше, пока не могу сказать. Вы участвуете при ее рождении.

Довольно рискованно сейчас начинать разговор о радикализме в православии, потому что с одной стороны, вроде, все на слуху, а с другой стороны еще до конца не все понятно: что же собственно это такое. Одни говорят: «Ну что говорить о радикализме? Он давно существует, что здесь нового? Мы это наблюдаем уже не один десяток лет. Пора перестать удивляться. В чем-то они правы, безусловно. А с другой стороны любые определения хромают. Поэтому далеко не все могут принять сам термин: «православный радикализм». Одни предпочитают говорить о фундаментализме в православии, другие о традиционалистах, и отличать их от консерваторов. Третьи говорят, что радикализм никак не обусловлен православной верой, и надо говорить о радикалах, как о провокаторах. Они выступают от имени православных, но сами православными не являются. Ну, или, по крайней мере, большой вопрос, являются ли они православными. С этим тоже нельзя не согласиться.

Но с другой стороны, мне кажется довольно очевидным, что сейчас мы переходим какую-то очень важную черту. Качественной церковной аналитики, к сожалению, мало, чтобы можно было с разных сторон описать сложившуюся ситуацию. Отчасти нам на помощь приходят светские СМИ, и собственно именно они сделали наиболее интересные материалы, например по «Христианскому государству – Святой Руси» в последние недели.

В начале я думал ставить вопросы и отвечать на них. Но сейчас мне кажется, что для начала разговора может быть даже иногда достаточно просто правильно сформулировать вопросы. Получится или не получится – вам судить. Но, тем не менее, попробуем с вами начать.