Устроением промышления Божия, мое вхождение в сей соборный патриарший храм Пречистыя Богоматери совпадает со всечестным праздником Введения во храм Пресвятыя Богородицы. «Сотвори архиерей Захария вещь странну и всем удивительну, егда введе Отроковицу в самую внутренную скинию, во святая святых, сие же сотвори по таинственному Божиему научению» (Четьи–Минеи 21 ноября). Дивно для всех и мое — Божиим устроением — нынешнее вступление на патриаршее место после того, как свыше 200 лет стояло оно пусто. Многие мужи, сильные словом и делом, свидетельствованные в вере, — мужи, которых весьма и не был достоин, не получили, однако, осуществления своих чаяний о возстановлении патриаршества на Руси, не вошли в покой Господень, в обетованную землю, куда направлены были их святые помышления, ибо Бог прозрел нечто лучшее о нас (Евр. 11, 39–40).

Но да не впадем от сего, братие, в гордыню. Один мыслитель, приветствуя мое недостоинство, писал: «Может быть дарование нам патриаршества, которого не могли увидеть люди, более нас сильные и достойные, служит указанием проявления Божией милости именно к нашей немощи, к бедности духовной». А по отношению ко мне самому дарованием патриаршества дается мне чувствовать, как много от меня требуется, и как многого до сего мне не достает. И от сознания сего священным трепетом объемлется ныне душа моя.

Подобно Давиду, и «я мал бех в братии моей, а братии мои — прекрасны и велики, но Господь… благоволил избрать меня» (Псал. 151:1, 5). «Кто же я, Господи, Господи, …что Ты так возвеличил меня, …Ты знаешь раба Твоего, и что… может сказать Тебе….И ныне… благослови… раба Твоего» (2 Цар. 7:18, 20, 29). Раб Твой среди народа Твоего, столь многочисленного, — даруй же мне сердце разумное, дабы мудро руководить народом по пути спасения (3 Цар. 3, 8–9). Согрей сердце мое и любовию к чадам Церкви Божией и расшири его, да не тесно будет им вмещаться во мне. Ведь архипастырское служение есть по преимуществу служение любви. Горохищное обрет овча, архипастырь подъемлет е на рамена своя.

Правда, патриаршество восстанавливается на Руси в грозные дни, среди бурь, раздирающих горы и сокрушающих скалы, среди огня и орудийной смертоносной пальбы. Вероятно, и само оно принуждено будет не раз прибегать к мерам прещения для вразумления непокорных и для восстановления порядка церковного. Но как в древности пророку Илии явился Господь не в буре, не в трусе, не в огне, а в прохладе, в веянии тихого ветерка, так и ныне на наши малодушные укоры: «Господи, сыны Российские оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники, стреляли по храмам и Кремлевским святыням, избивали священников Твоих», — слышится тихое веяние словес Божиих: «Еще семь тысяч мужей не преклонили колен пред современным ваалом и не изменили Богу истинному» (3 Цар. 19:10–12, 14, 18).

И Господь как бы говорит мне так: иди и разыщи тех, ради коих еще пока стоит и держится Русская земля. Но не оставляй и заблудших овец, обреченных на погибель, на заклание, овец по–истине жалких. Паси их, и для сего возьми жезл сей, «жезл… благоволения» (Зах. 11, 7). С ним потерявшуюся отыщи, угнанную возврати, пораженную перевяжи, больную укрепи, разжиревшую и буйную истреби, паси их по правде (Иез. 34, 16).

В сем да поможет мне Сам Пастыреначальник, молитвами и предстательством Пресвятыя Богородицы и Святителей Московских, Бог да благословит всех вас благодатию Своею. Аминь.

21 ноября 1917 года.

Источник:Священный Собор Православной Российской Церкви. Деяния. Книга IV: Деяния XLI–LI. — Издание Соборнаго Совета. — Пг., 1918. — С. 54–55.