Уже в спокойном умиленьи

смотрю на то, что я живу.

Пред каждой тварью на колени

я встану в мокрую траву.

Я эту ночь продлю стихами,

что врут, как ночью соловей.

Есть благость в музыке, в дыханьи,

В печали, в милости твоей.

Мне все доступны наслажденья,

Коль всё, что есть вокруг — они.

Высоким бессловесным пеньем

приходят, возвращаясь, дни.