Увы, живу. Мертвецки мертв.

Слова заполнились молчаньем.

Природы дарственный ковер

в рулон скатал я изначальный.

Пред всеми, что ни есть, ночами

лежу, смотря на них в упор.

Глен Гульд — судьбы моей тапер —

играет с нотными значками.

Вот утешение в печали,

но от него еще страшней.

Роятся мысли, не встречаясь.

Цветок воздушный, без корней,

вот бабочка моя ручная.

Вот жизнь дана, что делать с ней?