В дрожащем пламени свечки постепенно проступил силуэт Грегори с привязанной к ноге толстенной верёвкой. Тюремщик, хромая, шёл к девочке и тянул руки к подносу с едой.

— Верно ли понял Грегори? Ты принесла тюремщику еду?

— Чё? — переспросила Мигг и сделала шажок назад.

— Давай, давай сюда. — Грегори отобрал у неё поднос и уселся на перевёрнутый котёл, лежавший чуть поодаль, в стороне от груды кухонной утвари. Кое-как пристроив поднос на коленях, тюремщик уставился на прикрытую крышкой тарелку. — Верно ли Грегори понимает, что его опять оставили без супа?

— Чё? — переспросила Мигг.

— Суп принесла? — крикнул Грегори.

— Суп есть запрещено! — крикнула Мигг в ответ.

— Вот ведь глупость какая! — Грегори вздохнул и снял крышку с тарелки. — Надо же додуматься! Лишить мир супа!

Он взял куриную ногу, засунул её целиком в рот, пожевал — и проглотил.

— Эй, там же кости! — Мигг даже опешила. — Вы забыли?

— Не забыл. Разжевал.

— Ух ты! — восхитилась Мигг. — Вы едите кости?! Прямо как зверь!

Грегори схватил ещё кусок курицы, на этот раз крыло, умял его точно так же, вместе с костями, и принялся за третий кусок. Мигг не сводила с тюремщика восхищённого взгляда. И тут ей захотелось поделиться с ним своей самой сокровенной мечтой.

— Когда-нибудь я стану принцессочкой, — искренне сказала Миггери Coy.

Услышав это признание, Кьяроскуро, не отстававший от Мигг ни на шаг, аж заплясал от радости, и его тень, огромная и пугающая, заметалась по стене, стократно увеличенная благодаря маленькой свечке.

— Грегори тебя видит, — сказал тюремщик крысиной тени.

Роскуро тут же юркнул Миггери под юбку.

— Чё? — встрепенулась Мигг. — Это вы мне?

— Нет. Не важно. Значит, ты вознамерилась стать принцессой? Что ж, глупая мечта есть у каждого. Мечтать не возбраняется. Грегори, например, мечтает жить в мире, где разрешено есть суп. Да и у крысы, что прячется тут неподалёку, тоже наверняка имеется какая-нибудь мечта.

— Ещё бы! — прошипел Роскуро. — И какая!

— Чё? — переспросила Мигг.

Но Грегори промолчал. Вместо ответа он сунул руку в карман, извлёк оттуда салфетку и смачно в неё чихнул — раз, другой, третий…

— Апчхи!!!

— Будьте здоровы! — крикнула Мигг. — Будьте здоровы! Будьте здоровы!

— Возвращайся наверх, к свету, — шепнул Грегори в салфетку и, скатав её в шарик, положил на поднос. — Спасибо, наелся. — Он протянул поднос Миггери Coy.

— Наелись? Тогда пора поднос наверх нести. Так Повариха велела. Несёшь поднос вниз, отдаёшь старику, дожидаешься, пока он поест, забираешь поднос и приносишь наверх, Я всё помню!

— А крыс остерегаться тебе велели?

— Чё?

— Крыс!

— Чё крыс?

— Держись подальше от крыс!

— Ага! Хорошо! Держись подальше от крыс!

Роскуро, по-прежнему сидевший под юбкой Миггери Coy, лишь радостно потирал лапы.

— Ничего не выйдет, старик! — шептал он. — Я ждал этого часа, и он пробил! Пора перекусить твою верёвку. Не погрызть, а перекусить надвое, и баста! Да, я отомщу, и уже совсем скоро! Расплата близка!