По субботам Господь приходит в синагоги и учит людей, традиционно собирающихся там для того, чтобы послушать толкования Священного Писания и вместе помолиться. И люди, среди которых Иисус вырос, которые прекрасно знают Его мать, Его сводных братьев и сестер, удивляются и не понимают: чему новому может их научить этот человек, какую истину может открыть им? Господь говорит, что не бывает пророка в своем отечестве, и это действительно так. Эти люди не могут Ему поверить, потому что не хотят видеть в Нем действительно Помазанника Божия, ведь Он слишком похож на них, Он «слишком такой же», как они. В этом проявляется их неверие.

В Евангелии сказано:

И не мог совершить там никакого чуда, только на немногих больных возложив руки, исцелил их. И дивился неверию их(Мк. 6: 5–6).

Означает ли это, что Господь не всесилен? Значит ли это, что Он совершает чудеса только в какие‑то определенные моменты? Нет, Господь всемогущ, Господь Словом создал этот мир. Но, как уже было сказано в предыдущей главе, чудо Божие совершается лишь при наличии чуда человеческой веры. Если же вокруг царят скептицизм и неверие, Господь не совершает чудес, потому что не хочет удивить и поразить ими человека, не желает сковывать его волю и разум, не собирается ограничивать его свободу. Для него неприемлемо, чтобы чудо стало приказом: «Верь!», приказом: «Подчиняйся!», приказом: «Исполняй Мою волю, поскольку Я доказал тебе Свое всемогущество». В этом случае Господь смиренно отходит в сторону именно потому, что не хочет никого привлекать к Себе насильно.

Звучит Его слово, исполненное мудрости, благодати и нового смысла, о котором люди никогда прежде не задумывались. Они удивляются, откуда у Него такая премудрость? Как же так получилось, что этот молодой человек, которого они помнят еще мальчишкой, вдруг обрел дар говорить такие слова? Они не могут принять Господа, а он не собирается их заставлять: вполне достаточно сказанного слова, достаточно того, что истина была открыта. Теперь каждый человек должен самостоятельно решить: с истиной он или против нее, хочет ли он принять Божие слово, которое изменит его жизнь, просветит его жизненный путь, или он по–прежнему будет искать для себя различные оправдания?

Господь посылает двенадцать Своих учеников в разные города по двое с тем, чтобы и они проповедовали слово, которое Он принес в мир, проповедовали Евангелие, проповедовали Царствие Небесное. Одновременно с этим Он дает им ту Божественную власть, которая позволяет исцелять больных и иметь власть над нечистыми духами. Христос предоставляет им возможность быть похожими на Себя, говорить те же слова, поступать так же, как поступает Он, с властью, силой, любовью и милосердием. Собственно говоря, Господь и нас так же посылает в этот мир с тем, чтобы мы подражали Ему.

Христос дает апостолам указания, касающиеся того, как они должны себя вести. Он говорит им: «Ничего не берите в дорогу, — ни денег, ни хлеба, ни каких‑то лишних вещей. Одевайтесь просто, не запасайтесь одеждой. Оставайтесь в тех домах, в которые войдете, даже в самых бедных. Ешьте то, что вам предлагают. Если кто‑то вас не примет или не послушает, то свидетельствуйте об этом. Не гневайтесь на них, не делайте из них врагов. Достаточно простого свидетельства».

На проповедующего евангельские истины налагается колоссальная ответственность — ведь прежде, чем понять и оценить твои слова, люди посмотрят на то, как ты живешь, на то, каким образом действуешь. В одной из бесед митрополит Антоний Сурожский говорил, обращаясь к собратьямсвященникам или к кому‑то из близких, что нет ничего удивительного в том, что люди не верят нашим словам. Действительно, было бы непростительно, увидев воочию Серафима Саровского или Силуана Афонского, услышать от них слово Божие и равнодушно или недоверчиво отвернуться. Ведь выпало исключительное счастье повстречать человека, который действительно всю свою жизнь повенчал с Евангелием! Любое его слово, любое его действие — это Евангелие в этом мире.

А вот когда мы говорим о Евангелии, когда пытаемся убедить своих близких, то нередко искренне, хотя и наивно удивляемся: «Нам не верят. Как же так? Мы же такие истины им отрываем! Мы их учим тому, что в Евангелии проповедуется, а они удивляются, раздражаются, сердятся и вообще слушать нас не хотят!» В ответ владыка Антоний говорит о том, что ответственность за это на самом деле лежит именно на нас. Потому что, слыша истину, люди ее в нас не видят.

Христос наставляет апостолов с тем, чтобы люди и услышали истину, и увидели ее в них. Поэтому они идут бедными и голодными, с посохом, как странники, не знающие, где головы преклонить. Поэтому не имеют двух одежд и довольствуются тем, что им предложат, а если не предложат ничего, то тоже не обижаются.

Ведь люди, несущие истину, истиной и живут. И смущение, которое в течение многих веков порождалось теми людьми, которые, с одной стороны, говорили о Христе, а с другой — жили и выглядели совершенно иначе, конечно же во многом препятствовало проповеди Христа и Евангелия, заставляя слушателей отворачиваться и не верить высоким словам проповедников.

* * *

Ирод слышит об Иисусе и ужасается, потому что думает, будто это Иоанн Креститель воскрес из мертвых. Больная совесть Ирода не дает ему покоя, поскольку Иоанн был беззаконно убит по его приказу. Евангелие описывает этот эпизод очень подробно.

Удивительна встреча этих двух людей — Ирода и Иоанна Предтечи. Удивительна потому, что отец одного из них был, согласно церковному преданию, убийцей отца другого. Ирод Великий убил священника Захарию, так как предполагал, что в семье престарелого Захарии и Елизаветы родился младенец, о котором волхвы возвестили, что он и есть будущий Царь Иудейский. Из Евангелия от Матфея мы знаем, что Ирод приказал уничтожить всех младенцев в Вифлееме и в окрестностях Иерусалима. При этом был убит и Захария, отказавшийся указать место, где прятался его сын с матерью. Именно с тех пор Иоанн и рос в пустыне.

И вот сын убитого принялся обличать Ирода в беззаконии, в том, что тот жил в открытом прелюбодеянии с Иродиадой — женой своего брата, и при этом считался покровителем веры…

Известно, как поступает власть по отношению к своим обличителям. История христианства вообще и Русской Церкви в частности знает тому массу примеров. Это — и митрополит Московский Филипп, и священномученик Гермоген, и митрополит Ростовский Арсений (Мацеевич), и многие–многие исповедники и мученики российские, которые не молчали, когда видели беззаконие власть имущих. Власть не терпит правды, не терпит обличений.

Ирод бросает Иоанна в темницу. Казалось бы, каким образом человек, который помнит о том, что его отец беззаконно убит, станет обличать сына убийцы? Наверное, к справедливому осуждению не может не примешаться и чувство личной мести. Но, читая Евангелие, мы неожиданно видим иное. Вдруг оказывается, что Ирод приходит в темницу к узнику и с удовольствием его слушает. Это свидетельствует о том, что Иоанн Креститель говорил с Иродом с какой‑то удивительной любовью, с каким‑то удивительным пониманием, с желанием его спасти, извлечь из бездны ада, в которой тот уже находился. Иоанн видит в Ироде нечто такое, чего никто больше в нем не видел.

Вот что значит человек, просвещенный Богом: он смог разглядеть в Ироде образ Божий. Не исключено, что в какой‑то момент Ирод мог бы и покаяться, мог бы изменить свою жизнь, и тогда, возможно, евангельская история, а вместе с ней и весь мир стали бы другими.

А ведь все это касается каждого из нас! Каждый может прислушаться к своей совести, может сделать правильный выбор, все поменять, все лишнее отбросить, от всего отречься, оставшись лишь с правдой. Тогда и мир изменится. Это, наверное, самый главный подвиг, который христианин призван совершить. В конце концов в жизни каждого из нас однажды наступает такой момент, когда следует четко ответить: с кем ты? С этим миром или со Христом? С искаженной грехом действительностью или с правдой Божией?

Мы видим страшную трагедию Ирода. На самом деле в ней нашла отражение трагедия всего человечества, отворачивающегося от Христа, уходящего от Бога. Это фактически еще одно грехопадение, сопоставимое с грехопадением Адама и Евы. Ирод оказывается слабым человеком. Он не хочет убивать Иоанна Крестителя, понимает, что творит беззаконие, но не может поступить так, как должно.

Ирод приказывает отсечь голову Предтечи по просьбе дочери Иродиады после нескромного танца, который выплеснул со дна его души все самое мерзкое и низменное, на время помутив разум. Ирод поклялся танцовщице:чего ни попросишь у меня, дам тебе, даже до половины моего царства(Мк. 6: 23), — и счел себя не вправе преступить клятву. В тропаре, поющемся в день Усекновения честной главы Иоанна Крестителя, сквозит горькое сожаление о том, что Ирод не Закон Божий, не живой век возлюбил, а притворный, привременный. Этот выбор между живым веком и притворным, привременным, раздирает все человечество, каждую человеческую душу.

Всякий раз, когда мы делаем какой‑то выбор, мы этот мир меняем: либо приближаясь ко Христу, либо, наоборот, удаляясь от Него.

Далее следует рассказ о знаменитом чуде: Христос пятью хлебами и двумя рыбами кормит пять тысяч человек. При этом удивительно даже не само чудо — Богу возможно все. Первое, что поражает в этом отрывке — жажда народом слова Божия. Сложно представить себе, чтобы наши современники оставили свои дома, бросили земельные наделы и скот просто потому, что увидели: мимо них проходит Христос, чтобы учить людей. А тогда многие сотни, даже тысячи семей удалились в пустынное место только для того, чтобы услышать Его. Но разве можно расслышать проповедника, обращающегося к столь многолюдной толпе? Посчастливится лишь сидящим в первых рядах, но это нисколько не смущает тех, кто пришел в числе последних, ведь слово Божие — и есть самое главное чудо. Апостол Павел говорил:

слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгови судит помышления и намерения сердечные(Евр. 4: 12).

Тот, кто хоть раз принял слово Божие так, как сказал об этом апостол, действительно этим словом пронзен и больше уже не может жить без него. Оно должно насыщать его постоянно.

Люди идут за Христом в пустыню, потому что именно пустыня в тот момент оказывается самым благодатным местом на земле. Даже если они сами и не слышат слова Божия, то переспрашивают своих соседей, а те, в свою очередь, обращаются к сидящим ближе. И слово Божие, пусть опосредованно, но доходит до всех и насыщает этих людей так же, как потом насытят их пять хлебов. Люди смогли передать это слово и тем самым умножить его настолько, что оно сделалось общим объединяющим началом.

Люди сидели до вечера, никто не мог оторваться от самых главных слов, которые являются смыслом жизни. Не зря Христос на искушение дьявольское отвечал:

«не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих»(Мф. 4: 4).

Перед нами — наглядный пример того, как люди могут забыть о хлебе насущном.

Эти люди тоже делают свой выбор, но не тот, который сделал Ирод. Они не цепляются за клочок земли. Они идут туда, где звучит слово жизни, где действительно присутствует век живой, век будущей жизни. И Христос, видя их веру (и вновь чудо — ответ на веру!), показывает апостолам, как могут умножаться дары Божии. Христос благословляет хлеб и рыбу, и апостолы раздают, раздают, раздают их, а они все никак не кончаются и в конце концов остается еще много.

Вот и человек, готовый, подобно апостолам, раздавать другим дары, которые Господь ему дает, не задумываясь о себе, непрестанно умножает их. Этих даров хватит всем. Так и зарождается любовь, так и рождаются милосердие, сострадание и взаимопонимание — все, чем богата Церковь и к чему призван человек.

Чудо умножения хлебов — это чудо умножения нашей любви, которой мы столь скудны. Господь заповедовал каждому возлюбить ближнего своего, как самого себя. Мы осознаем, что не в силах этого сделать, но когда всетаки начинаем, несмотря ни на что, отдавать себя другим, то и любовь начинает в нас умножаться.

* * *

Господь вновь, как и во время бури, разыгравшейся на Галилейском море, упрекает Своих учеников в маловерии. Казалось бы, апостолы стали свидетелями уже стольких чудес, видели так много проявлений силы Божией! Отчего же они все время чего‑то боятся? Но Евангелие ничего не приукрашивает.

Рационально мыслящие люди, критики христианской веры в течение многих веков пытались обвинить Евангелие в том, что это книга — сфальсифицированная, в том, что многое из описанного в нем не могло случиться на самом деле. Однако читаешь Евангелие и вдруг начинаешь осознавать, что именно так все и происходило и апостолы были именно такими — такими же, как мы с вами. Потому что человек не может сразу же, в одночасье сделаться другим.

Человек видит несомненные чудеса, чувствует помощь Божию, все в его жизни складывается удачно. Он прекрасно знает, что должен делать, и все равно поступает иначе. Его сущность не изменяется. Опыта духовной жизни еще очень мало, и поэтому он все время возвращается к себе прежнему, к себе, еще не просвещенному Христом. Апостол Павел с горечью говорит о том, что наша человеческая природа, искаженная грехом, является препятствием на пути к спасению. «Бедный я человек! — сокрушается он. — Ведь то, что мне надо делать, и то, что я хочу сделать, я не делаю. А то, что не хочу делать, и понимаю, что это плохо, делаю постоянно. Кто меня избавит от этого тела смертного?»

Именно потому, что мы часто видим, как апостолы малодушествуют, как они сомневаются, мы понимаем: они говорят правду и ничего не приукрашивают. Но Христос их все равно любит.