Торчит журавль над шахтой под горой.

Зарей в лугу краснеет плахта,

Гремит ведро – и звучною игрой,

Глубоким гулом вторит шахта.

В ее провале, темном и сыром –

Бездонный блеск. Журавль склоняет шею,

Скрипит и, захлебнувшись серебром,

Опять возносится над нею.

Плывет, качаясь, тяжкое ведро,

Сверкает жесть – и медленно вдоль луга

Идет она – и стройное бедро

Под красной плахтой так упруго.