Евангелие от Иоанна, гл. 6 Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

То, что сегодня читалось в Евангелии, указывает нам на перелом в жизни Христа–Спасителя. В начале Он идет, приветствуемый людьми, и многие Его слушают, многие идут за Ним. Но после того, что случилось на берегу озера, в тот день, когда были умножены хлебы, многие отошли он Него. Многие разуверились в Нем, испугались, не решились принять тот трудный подвиг, который Он предлагал всем, идущим за Ним. А было это так, как вы хорошо помните и знаете.

После долгих трудов, когда апостолы узнали о смертной казни, об убийстве Иоанна Крестителя, Господь Иисус сказал им: «Пойдите все вместе на другой берег в уединенное место и там отдохните». И они были рады отдохнуть после всех трудов, тревог, огорчений и радостей. Пошли в пустынное место и думали, что наконец–то смогут побыть со своим Господом наедине, обо всем его расспросить, просто успокоиться сердцем. Но не тут–то было. Когда люди увидели их удаляющимися, они пошли за ними вереницей, а поскольку приближался праздник Пасхи, то десятки, сотни паломников в конце концов собрались на том берегу, и ученики с горечью увидели: нет, не отдохнуть им, не избежать толпы, не избежать народа, и Учитель опять будет окружен людьми.

В это время Господь взглянул на этих людей, которые шли за Ним. Шли молча, ничего не прося, ни о чем не спрашивая, но у всех на лицах было написано утомление сердца и тела и жажда чего–то необыкновенного. Они шли за Ним, шли упорно по безлюдному, пустынному месту. Остановившись, Господь оглянулся, и жалость проникла в Его сердце.

Евангелист так и говорит: «Он посмотрел на них и увидел, что они были, как овцы без пастуха, которые брели неведомо куда и неведомо зачем». И тогда Он остановился, сел и начал говорить с народом.

В который раз Он начал говорить им о Царстве Божием, которое близко, которое здесь, оно доступно каждому, кто его примет, захочет принять в свое сердце. И так Он говорил, говорил с ними, они слушали, забыв обо всем на свете. Спустился вечер, и ученики встревожились, что делать с этой толпой. Большая толпа, несколько тысяч, и все усталые и голодные.

Они говорят Ему: «Учитель, отпусти их в деревню, место здесь пустынное. Пусть пойдут туда и купят себе поесть».

И вдруг Господь говорит им: «Вы их накормите!»[43]

Как же они накормят их, когда здесь столько народа, а у них всего несколько хлебов и несколько рыбешек?

«Дайте всем это!»

Ученики повиновались, рассадили народ рядами, взяли корзинку и пошли по рядам, повинуясь слову Господню и раздавая хлебы, которых чудом хватило для всех. И народ обрадовался, закричал, потому что это было какое–то удивительное чудо. Всем хватило хлеба, все подкрепили свои силы, и это показалось для них более дорогим, чем любые Его слова, чем то, что Он молился с ними, когда преломлял этот хлеб, чем то, что Он научил их быть братьями между собой, чем то, что Он открыл им путь на Небо. Для них самым главным оказался этот хлеб.

И сразу, как только спустилась ночь, между ними пошел разговор: давайте принудим Его стать нашим вождем, нашим царем, а если Он откажется, поставим насильно. Как это было печально для Господа.

Потом Он скажет этим людям: «Вы Меня ищете не потому, что видели знамение, а потому, что ели хлеб и насытились».

Им на самом деле, оказывается, нужен был не Господь, а этот хлеб. Не Бог, а Его дары. Повторяю: не Бог, а Его дары. Вот с чем они пришли. И когда Господь после этого сказал: «Я — хлеб жизни. Кто хочет быть со Мной, будет питаться Мною, как хлебом, Мною, Моей плотью и кровью», они смутились, они не поняли Его слов и спрашивали друг друга, как это Он может дать нам пить Свою кровь.

А Он–то хотел сказать вообще другое. Он хотел сказать, что отдает Себя, что Он есть духовная пища для каждого человека, духовная пища для нашего сердца, что только Он может напитать людей, духовно алчущих. Для них хлеб земной как бы заслонил все, затмил им глаза, слова Его показались им нелепыми и дикими, и многие, как говорит евангелист, даже из апостолов, повернулись и пошли, говоря: «Какие странные слова! Невозможно это слышать!».

Но вот рассеялась толпа, и Господь спросил Своих двенадцать: «Ну что ж, может, и вы Меня бросите? И вы отойдете?»

На это Петр сказал: «Господи! К кому нам идти? Ты имеешь слова вечной жизни».

Вот как он ответил. Он понял, что этот Небесный хлеб есть слово вечной жизни, что оно больше всего нужно человеку, и если человек это слово услышит, если он его поймет, если он его вложит в свое сердце и будет жить по этому слову, тогда и хлеб земной ему приложится.

Ибо сказал Господь: «Ищите прежде всего Царствия Божия и правды его, а все остальное приложится вам»[44].

Разве не приложится? Разве у человека, живущего по Евангелию, не будет и труд лучше, и жизнь совсем другой? Он будет жить и трудиться по правде Божией. И будет хлеб, и все будет. А самое главное, чтобы был хлеб Небесный, питающий душу. Вы сегодня, которые причащались и которые молились, только присутствуя на этом таинстве, подумайте, что этот хлеб остался на земле. Это кровь и плоть Господа, который отдает нам Себя, Свое спасение, Свою силу, Свою любовь.

И только остается вопрос: с кем мы? С теми, которые не поняли и соблазнились, кто это слово отверг от своего сердца, испугавшись, что оно слишком жесткое, или же с апостолами, которые сказали: «К кому нам идти? Ты, Господи, имеешь слова вечной жизни!»

Аминь.

5 августа 1984 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Итак, дорогие мои, мы с вами проводили праздник Крещения. Господь уже вышел на проповедь, возвещая Царство Божие и показывая его Своими чудесами, показывая людям воочию, что когда Он пребывает с людьми, тогда исчезают болезни, отираются слезы, тогда радость воцаряется на земле. И даже пост в те дни Господь отменил, сказав: это время как бы брачного, свадебного веселья, поэтому не будет никакого поста, а «когда отнимется Жених, тогда будут поститься и печалиться»[45]. А сейчас, пока Господь с ними, — это время радости! И на нас с вами падает далекий отблеск той радости. Множество людей с замиранием сердца слушали слова Господни. Эти слова произносили и раньше… Древние, знакомые слова, и в то же время они казались новыми!

«Заповедь новую даю вам, — говорит Господь, — да любите друг друга»[46]. Весь мир наполнен ненавистью и злобой, «а Я говорю вам, — продолжает Господь, — молитесь за гонящих вас… Как ты хочешь, чтобы с тобой поступали люди, так и ты поступай с ними».

Люди шли толпами посмотреть на чудеса Господа. А некоторые только ради этого поднимались на горы, где Он проповедовал. И в тот день, когда люди собрались в пустынном месте, чтобы послушать Его, Он умножил им хлебы, и ни один не ушел голодным: раздавали ученики, раздавали из небольшой корзины — казалось, там хватит лишь на малое число людей, но не иссякал источник! И все, кто здесь был, сотни, тысячи людей насытились. Тогда люди побежали за Иисусом, тогда они захотели, сговорившись тайно, схватить Его и сделать царем. Какой будет прекрасный царь, который может чудесным образом накормить своих подданных!

Но Господь предпочел, как вы все знаете, ночью тайно скрыться, чтобы этого не произошло. Он так спешил, так хотел уйти с этого места, что пошел по водам и перешел ночью на тот берег, отправив учеников на лодке.

А народ? Народ бежал за Ним, обежал берег и с другой стороны встретил Его, удивляясь: как Ты пришел сюда?

И тогда Господь начал им говорить о другом хлебе! С горечью сказал Он: «Потому вы ищете Меня, что ели хлеб и насытились, только ради хлеба… Но есть хлеб иной, есть хлеб Небесный, который Я вам принес. Хлеб, вкушая который человек никогда не будет испытывать голода. Хлеб, который дает жизнь вечную».

Господь сказал странные, страшные слова, непонятные окружающим Его людям: «Аз есмь хлеб», «Я хлеб, который пришел с Неба» — сказал Он. Это пища душе, алчущей душе! Кто хлеб? Сам Христос–Спаситель, Сам Бог, явившийся в мир.

Но людей это смутило, и многих учеников Христовых смутило: что это Он называет Себя хлебом Небесным?!

«Тогда, — говорит апостол–евангелист, — многие из учеников отошли от Него». Многие слушатели повернулись к Нему спиной и стали расходиться. Он остался один, и возле Него только двенадцать апостолов. И Господь спросил их: «Не хотите ли и вы отойти?»

И Петр–апостол за всех ответил: «Господи, к кому нам идти?! Ты имеешь глаголы жизни вечной».

Они преодолели это искушение. Преодолели и остались с Ним. Для нас с вами в этом великий урок. Ведь им было нелегко остаться. Они же видели, что почти все отошли, что народ отошел, что ученики отошли.

Это было первое искушение. А второе искушение было не менее трудным. Вы думаете, им легко было понять Его слова: «Я есмь хлеб, который сошел с Неба»?

Они Его, конечно, не поняли, но доверяли Господу, любили Его и остались, надеясь, что когда–нибудь эти слова откроются им, станут им понятны.

И мы с вами также должны сделать этот выбор. Когда мы видим, как мир отходит от Господа, поворачивается к Нему спиной, не хочет Его слушать, многих это соблазняет. Многие говорят: большинство людей не веруют, как же нам веровать?

Точно так же и тогда было: большинство отошло. Апостолы остались. И они показали свою подлинную веру именно в этот час искушения.

Не будем же и мы смотреть на людей отошедших, отпавших, отвернувшихся. Будем стоять верно на страже рядом с нашим Господом. Слабые и недостойные, мы хотя бы сохраним свою верность кресту и Господу Иисусу.

Многих из нас подстерегает и третье искушение. Когда мы слышим слово Евангелия, слово богослужения, слово Церкви, многое, наверное, нам бывает непонятно. И некоторые люди, соблазняясь, уходят от веры или уходят куда–нибудь в секты, ищут где–то еще истину. А на самом деле мы должны со смирением ждать, пока откроется нам глубокий смысл, содержащийся в Слове Божием, в таинствах Церкви и в том, что нам дано для спасения. Не все сразу может человек познать.

Когда апостолы услышали слова: «Аз есмь хлеб, сходящий с Неба», наверно, сердце их и разум смутились. А разве потом они не познали, что Он есть истинная пища? Разве они не познали, что они действительно не могут жить без Него, как человек не может жить без хлеба? Они в этом убедились, и так глубоко это вошло в них, что они и жизни свои отдали за этот Небесный хлеб и за Того, от Кого все отошли. Поэтому и мы должны ждать и надеяться.

И если что–то нам сейчас неясно, учение и вера непонятны, — откроются когда–нибудь глаза, просветится разум, и мы поймем, как бесконечна глубина Божиих тайн, которые нам даются. Она подобна звездному небу: когда вечером зажигается одна звездочка, другая, третья; вглядываясь в темное небо, мы видим их все больше и больше.

Бесконечен мир… Также бесконечна тайна Божия. Сколько бы мы в нее ни вглядывались, мы всегда в ней будем находить все новое и новое. И будет наша вера освещать все, с чем нам придется в жизни встречаться. И будут освещаться наше сердце и наш ум.

Вот сегодня, когда вы шли к Литургии, было темно: темные дороги, темный снег, темные улицы вокруг. Но взошло солнце, и все осветило, и стало совсем светло.

Так и мы можем осветить и свою жизнь, и жизнь других людей светом Христовым.

Аминь.