Ольга Лебединская: Раз уж заговорили о страхе… Сегодня все чаще звучит: «Мы живем в последние времена». Это тревожит многих. Что вы об этом думаете?

Прот. Максим Первозванский: Так говорили всегда. Уже апостол Павел был уверен, что живет в последние времена. Он писал: «Не все мы умрем, но все изменимся», — думая, что Христос придет еще при его жизни. Для первых христиан Второе пришествие было не отвлеченной идеей, а ожиданием — буквально «сегодня вечером».

Мы уже не живем в таком напряженном ожидании. Но для христианина любое время — последнее. Не в смысле апокалипсиса, а в смысле ответственности: если Господь может прийти в любую секунду — как я живу сейчас?

Христианин живет между двумя полюсами: с одной стороны — будто Христос придет через тысячу лет, с другой — будто Он придет сегодня, вот сейчас. Если склониться только к одному, все рушится. Когда думаешь «не скоро», вера превращается в рутину. Когда кричишь «все, завтра конец света!» — впадаешь в панику и фанатизм. Истина — между.

Все Евангелие соткано из таких парадоксов: жить так, будто все впереди, и при этом быть готовым, что все закончится сегодня.