Средь темной рощицы, под тенью лип душистых,

В высоком тростнике, где частым жемчугом

  Вздувалась пена вод сребристых,

  Колеблясь тихим ветерком,

  Покров красавицы стыдливой,

Небрежно кинутый, у берега лежал,

И прелести ее поток волной игривой

  С весельем орошал.

  Житель рощи торопливый,

  Будь же скромен, о ручей!

  Тише, струйки говорливы!

  Изменить страшитесь ей!

  Леда робостью трепещет,

  Тихо дышит снежна грудь,

  Ни волна вокруг не плещет,

  Ни зефир не смеет дуть.

  В роще шорох утихает,

  Всё в прелестной тишине;

  Нимфа далее ступает,

  Робкой вверившись волне.

Но что-то меж кустов прибрежных восшумело.

И чувство робости прекрасной овладело;

Невольно вздрогнула, не в силах воздохнуть.

И вот пернатых царь из-под склоненной ивы,

  Расправя крылья горделивы,

К красавице плывет – веселья полна грудь;

С шумящей пеною отважно волны гонит,

  Крылами воздух бьет,

  То в кольца шею вьет,

То гордую главу, смирясь, пред Ледой клонит.

    Леда смеется.

    Вдруг раздается

    Радости клик.

    Вид сладострастный!

    К Леде прекрасной

    Лебедь приник.

    Слышно стенанье,

    Снова молчанье.

    Нимфа лесов

    С негою сладкой

    Видит украдкой

    Тайну богов.

Опомнясь наконец, красавица младая

Открыла тихий взор, в томленьях воздыхая,

И что ж увидела? – На ложе из цветов

Она покоится в объятиях Зевеса;

  Меж ними юная любовь, –

И пала таинства прелестного завеса.

  Сим примером научитесь,

  Розы, девы красоты;

  Летним вечером страшитесь

  В темной рощице воды:

  В темной рощице таится

  Часто пламенный Эрот;

  С хладной струйкою катится,

  Стрелы прячет в пене вод.

  Сим примером научитесь,

  Розы, девы красоты;

  Летним вечером страшитесь

  В темной рощице воды.