Арийский миф в современном мире

Двухтомное исследование Виктора Шнирельмана, посвященное гремучей смеси религии, псевдонауки, идеологии, мифотворчества, эзотерики, политики, ксенофобии, национализма, расизма, комплексу превосходства/неполноценности, потерянности, запутанности современного сознания и т. д.

Темы исследования: Рождение и эволюция арийского мифа; Аийская идея в эзотерических учениях; Нацистский след; Источники и корни русского «арийского мифа»; Научная фантастика и этноцентризм; Русское неоязычество: действующие лица; Мифы русского неоязычества: национализм, мегаломания и травматическое сознание; Неоязычество, христианство и антисемитизм; Эра Водолея и русское мессианство; Украинский взгляд; Экспансия арийской идеи: Кавказ и Средняя Азия; Индийское арийство.

Исследование, в частности, отмечает «неприязненное, если не сказать большего, отношение неоязычников к христианству. Во многих случаях, хотя и не всегда, это проистекает из их юдофобской позиции. Универсальным же является представление о христианстве как о чужеродной идеологии, занесенной извне и не соответствующей “русскому духу”. /…/ Такая установка вытекает из так называемого “цивилизационного подхода”, рассматривающего отдельные культуры и цивилизации как изолированные закрытые единства, развивающиеся каждое своим собственным уникальным путем, не имеющие между собой ничего общего и неспособные понять друг друга. /…/ Антихристианский пафос рассмотренной идеологии вполне созвучен духу западных Новых правых, хотя русские националисты и призывают бороться с “тлетворным влиянием Запада”. /…/ Настаивая на своей оригинальности, русское неоязычество на самом деле отражает тенденцию, охватившую за последние несколько десятилетий весь западный мир. Речь идет о растущей популярности дохристианских, восточных и эзотерических религий, в которых все большее число людей видит путь к преодолению мирового кризиса — экологического, экономического, социального и духовного. Немало этих неофитов прямо связывают кризис с двухтысячелетним господством монотеистической “иудеохристианской” религии. /…/ Русское неоязычество является радикальной разновидностью консервативной идеологии, отличающейся откровенным антиинтеллектуализмом и популизмом. Оно видит причину всех современных бед в предательстве по отношению к “исконно русской” идеологии — славянорусскому язычеству, в котором якобы концентрировалась мудрость предков. В соответствии с этим путь к спасению должен лежать через отказ от губительной идеологии “иудеохристианства”, будто бы ставящей своей целью культурную нивелировку и прежде всего уничтожение русской культуры. /…/ Русское неоязычество и оживляет извечные для русского национализма антизападнические настроения. /…/ Второй особенностью являются этатистские имперские устремления, направленные на спасение и восстановление “Русской империи”, чему и служит историософский миф, призванный обосновать исконные права “славян-русов” на обширные территории в Европе и Азии. Здесь весьма пригодным оказывается “арийский миф”, который русские неоязычники рисуют как извечную борьбу “славян-арийцев” против “злокозненных семитов”. /…/ К тем же аргументам обращаются и радикальные украинские националисты, также питающие склонность к неоязыческим взглядам. При этом как для русских, так и для украинских любителей арийства особую ценность представляет общее индоевропейское прошлое, позволяющее им рисовать головокружительные победоносные походы далеких предков и изображать их мужественными воинами и успешными завоевателями новых земель. В этом контексте возникает и образ древней империи, едва ли не древнейшего государства на планете. Но если украинские авторы ограничиваются территорией Украины, то русские не свободны от мегаломании. В их представлении древнейшие славянорусские государства охватывали огромные территории Евразии, а иной раз даже выходили далеко за ее пределы. В некоторых версиях русские вообще рисуются первонародом, создавшим культуру, письменность и цивилизацию для всего человечества. В этом контексте обнаруживается тесная связь между арийской идеей и религией. Русские и украинские неоязычники полагают, что отказ от христианства и возвращение к “этнической религии”, “религии предков”, во-первых, всемерно поспособствует преодолению раскола нации на фракции, а во-вторых, вернет ей утраченные моральные ценности, способные вывести ее из постсоветского кризиса».