Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Диалоги
Два диалога: «Об основных свойствах русского народа и царственном единстве добродетелей» и «О прогрессе и социализме». Оба посвящены философии всеединства: в сфере добродетелей и в сфере политики.
«Диалоги» — небольшая книга философа Льва Карсавина, изданная в 1923 г. Включает в себя два диалога: «Об основных свойствах русского народа и царственном единстве добродетелей» и «О прогрессе и социализме». Оба посвящены философии всеединства: первый диалог раскрывает единство добродетелей, несущность зла и кончается утверждением апокатастасиса. Второй диалог полемизирует с идеями материализма, социализма и прогресса, считая идею прогресса умалением идеи всеединства, как бы материалистическим ее ущерблением, откуда выводится идея «нравственной политики». Интересно начало «Диалогов»:
«Профессор. Прочел я Вашу «Салигию» [предыдущая книга Карсавина] и хотел бы поделиться с Вами некоторыми недоумениями. Я нахожу…
Автор Салигии. Только, пожалуйста, без похвал. Я их очень люблю, но несколько неловко их выслушивать и занимать своею персоною других. Согласитесь, что это не соответствует ни христианскому смирению, ни нравам моих милых схоластиков. К тому же кто знает? может быть, я напечатаю наш завязывающийся сейчас диалог, и тогда самый благожелательный читатель сочтет Ваши похвалы за мое самохвальство.
Профессор. Не беспокойтесь. Такой опасности Вашему предполагаемому читателю не грозит. Повторяю, мне хочется разъяснить некоторые недоумения, и не по существу (по существу, Вы знаете, я неисправимый скептик), а… ну, скажем: по форме. И прежде всего позвольте спросить Вас: чем объясняется такая странная форма «рассужденьица»? Зачем все эти обращения к читателю, все это, простите меня, ненужное суесловие?
Автор.
«Только в одежде шута–арлекина Песни такие умею слагать».
Профессор. Нет, кроме шуток. Зачем, если Вы дорожите тем, о чем пишете…
Автор. Дорожу.
Профессор. …постоянная полуулыбочка? Что это: боязнь высказаться прямо и смело и желание прикрыть себе путь отступления с помощью статических окопов? Я хорошо понимаю, что Вам нужна форма для откровенной и интимной беседы с читателем. Но почему именно такая форма, невольно (а, может быть, и вольно?) поселяющая в читателе подозрение, что автор издевается над своей темой? Ведь это коробит даже скептика.
Автор. Дорогой мой профессор, не мне учить Вас «божественной иронии» романтиков. Но буду смелее и сразу же заявлю Вам, что я человек русский. Обращали ли Вы когда-нибудь Ваше просвещенное внимание на особенности русского красноречия? Не знаю, но мне кажется, что порядочный русский человек не может не краснея слушать риторику присяжных витий, по крайней мере витий отечественного происхождения. Нам кажутся фальшивыми и безвкусными такие выражения, как «краса русской революции», «великий писатель земли русской», даже такие, как «приказный строй» вместо «бюрократического режима», хотя и «бюрократический режим» тоже прелестное словосочетание. Риторика какого-нибудь Жореса или Бебеля, (не говоря уже о «dii maiores», как Дантон) для нас приемлема, может быть даже волнует и увлекает нас. Риторика российского адвоката, парламентария или социалиста ввергает в стыд и смущение. Вспомните лучших русских стилистов, хотя бы Ключевского. Разве они увлекаются пафосом? А если и впадают они в пафос, то является ли этот пафос чистым? «Русское государство родилось на Куликовом поле, а не в скопидомном сундуке Ивана Калиты»… Француз никогда бы не вспомнил о сундуке (хотя и очень заинтересован в долгах российского государства) по поводу героической битвы, но усилил бы упоминание о ней соответствующей фиоритурой, а, может быть, и жестом. Конечно, и у Ключевского был пафос при мысли о Куликовом поле (кстати, не кажется ли Вам глубоко символичным, что одно из величайших событий нашей истории совершилось на поле, где живут кулики?), но ему стало совестно своего пафоса. Вот он и ввернул «сундук», оберегая тем свою стыдливость и усиливая яркость образа.
Профессор. А не думаете ли Вы, что здесь исходный момент не Куликово поле, а Куликово поле вместе с сундуком? Ведь Вы же сами говорите, что это «усиливает» образ.
Автор. Это безразлично. Если даже Вы правы, характерно, что тональности обеих частей сравнения существенно различны. Ведь героическая битва сопоставляется не с «темными временами незаметного накопления сил», не с «медленным созреванием национальной идеи» или «узким кругозором безличных властителей», а с самым прозаическим сундуком. Дионисий Ареопагит утверждает, что лучше высказывать о Боге имена, явно Его достоинство умаляющие, чем имена, видимо соответствующие Его величию. Так лучше назвать Бога червем, камнем, чем благом, красою и т. д. Действительно, называя Бога красою, мы вносим в идею Божества что-то наше, человеческое и условное, тогда как…
Профессор. Милый мой, Вы опять за свое!»
Другие произведения автора
Карсавин, Лев Платонович
Поэма о смерти
«Но кто же обрек меня на вечную муку ада, в котором, как капля в океане, растворяется бедная моя зем…
Культура средних веков
«Культура средних веков» — итог исторических трудов Льва Карсавина, предваряющий его религиозно-фило…
Восток, Запад и русская идея
Запад есть христианский мир, Восток, соответственно, — нехристианский мир. Россия — христианская кул…
Джордано Бруно
Книга Льва Карсавина о том, кто стоял на границе Средних веков и Нового времени, о том, вокруг котор…
Католичество
«Католичество» — работа Льва Карсавина, где он интерпретирует католицизм в духе Чаадаева и Соловьева…
Дух и тело
Тексты, написанные мыслителем в спецлагере для инвалидов в поселке Абезь Коми АССР, весной 1952 — ле…
Рекомендуем
История религии в двух томах
Сокращенное издание, составленное на основе публичных выступлений о. Александра, предназначено для у…
Кризис воображения
Собрание статей и рецензий Константина Мочульского — одного из лучших русских литературных критиков …
Эссе о русской культуре
Сборник работ Владимира Ильина, философа Русского Зарубежья, ученика Бердяева и Булгакова. Работы в …
Русская философия
Русское лейбницианство и полемика против нигилизма. Динамический спиритуализм и завершение русского …
Сын Человеческий
Главная книга отца Александра Меня, донесшая до оболваненных советских людей Благую Весть. «Сын Чело…
В поисках пути, истины и жизни, том VI. На пороге Нового Завета
VI том истории религии отца Александра Меня, знаменитого семитомника «В поисках пути, истины и жизни…
В поисках пути, истины и жизни, том V. Вестники Царства Божия
«Вестники Царства Божия» отца Александра Меня — глубокое исследование о ветхозаветных пророках, этих…
В поисках пути, истины и жизни, том IV. Дионис, Логос, Судьба
IV том истории религии отца Александра Меня, знаменитого семитомника «В поисках пути, истины и жизни…


Комментарии
Комментарии для сайта Cackle