Судьба Креста Христова, его обретение и воздвижение
С праздником Воздвижения Креста Господня ПравославнаяЦерковьсоединяет благоговейное и благодарное воспоминание о самом Кресте, на котором был распят наш Спаситель, и отрадно-грустное воспоминание событий обретения честного и достопоклоняемого древа этого Креста Господня.
В этот день ПравославнаяЦерковьприглашает верующих воздать благоговейное поклонение Честному и Животворящему Кресту, на котором Господь наш и Спаситель перенес величайшие страдания ради нашего спасения.
На этом Кресте, по словам церковных песнопений, «смерть умерщвляется и ныне пуста явися», на нем «содела спасение Предвечный Царь посреди земли» и им осуществлена «вечная правда»; для нас же Крест Христов – божественная лестница, «еюже восходим на небеса»; спасительное это древо – «оружие мира, непобедимая победа», которое «вознесе нас на первое блаженство, яже прежде враг сластию украд, изгнаны нас от Бога сотвори» и мы – «земнии обожихомся» и «вси к Богу привлекохомся». Как же нам не благодарить Господа в этот праздник, воздавая поклонение Кресту Христову, который явился для нас «зарями нетленными» нашего спасения, которым открыт для нас доступ в царство Божие, к небесному блаженству, через который мы получили «бессмертную пищу»!
По словам одного великого отца Церкви, «Крест – глава нашего спасения; Крест – причина бесчисленных благ. Через него мы, бывшие прежде бесславными и отверженными Богом, теперь приняты в число сынов; через него мы уже не остаемся в заблуждении, но познали истину; через него мы, прежде покланявшиеся деревьям и камням, теперь познали Спасителя всех; через него мы, бывшие рабами греха, приведены в свободу праведности, через него земля, наконец, сделалась небом». Крест – «твердыня святых, свет всей вселенной. Как в доме, объятом тьмою, кто-нибудь, зажегши светильник и поставив его на возвышении, прогоняет тьму, так и Христос во вселенной, объятой мраком, водрузив Крест, как бы некоторый светильник, и подняв его высоко, рассеял весь мрак на земле. И как светильник содержит свет вверху на своей вершине, так и Крест вверху на своей вершине имел сияющее Солнце правды» – нашего Спасителя1.
Вот чем является для нас Крест Христов, и мы свято и благоговейно должны почитать и почитаем его. Каждый из нас всю жизнь свою освящает крестом и крестным знамением. С раннего детства и до самой смерти каждый христианин носит на себе, на груди своей крест как знамение Христовой победы и нашей защиты и силы; каждое дело мы начинаем и оканчиваем крестным знамением, делая все во славу Христову. Как такую защиту и охрану, мы начертываем знамение креста на всем для нас дорогом и святом, и на своих домах, и на стенах, и на дверях. Крестным знамением мы начинаем день, и с крестным знамением мы погружаемся в сон, заканчиваем день.
Теперь крест – наша величайшая святыня, наша слава, наш духовный всепобеждающий меч, и таким его сделал для нас Христос своей смертью и своими страданиями на Кресте.
Спаситель принял на Кресте мучительнейшую из казней, «грехи наша вознесе на Теле Своем на древо» (1Петр. 2:24), «смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя» (Флп. 2:8). Какое, в самом деле, поразительное, превышающее человеческое понимание зрелище. «Вот, – воспевает сегодняЦерковь, – Владыка твари и Господь славы пригвождается на Кресте и прободается в ребра; Сладость Церкви вкушает желчь и оцет; Покрывающий небо облаками облагается терновым венцом и одевается одеждой поругания; Создавший рукою человека заушается тленною рукою; Одевающий небо облаками принимает удары по плечам, принимает заплевания и раны, поношения и заушения и все терпит ради нас, осужденных» (стихира). Как же мы, облагодетельствованные крестной смертью и страданиями Спасителя, можем не преклоняться в благоговейном трепете перед «треблаженным древом, на немже распяся Христос, Царь и Господь», не чтить свято Крест, – нашу славу, нашу победу во Христе и со Христом.
Такое высокое и священное значение Креста Господня, естественно, делало в глазах христиан величайшей святыней и самое древо Креста Господня, тот самый деревянный крест, на котором был распят Спаситель. Но первоначально этот святой Крест не был сохранен христианами, не был достоянием верующих в течение целых трех столетий, не было даже известно точно место, где эта христианская святыня укрыта. По раввинскому предписанию, «камень, которым кто-нибудь был убит, дерево, на котором кто-либо был повешен, меч, которым кто-нибудь был обезглавлен, и веревка, которой кто-нибудь был задушен, должны быть погребены вместе с казненными»2. Но, не говоря о том, что Спаситель был предан смерти по законам римской казни, это требование раввинского закона не могло быть исполнено в отношении ко Христову Кресту еще и потому, что пречистое тело Спасителя было погребено руками Его учеников и друзей. Во всяком случае, весьма вероятно, что все три креста (Спасителя и двух разбойников) были положены или зарыты вблизи от места распятия и смерти Спасителя. Благоговейная память непосредственных свидетелей и очевидцев распятия Спасителя – Его любящих учеников и учениц, конечно, свято хранила своим почитанием и поклонением это место. Никакие последующие обстоятельства жизни первых христиан, как бы тяжелы для них эти обстоятельства ни были, не могли заставить их забыть места, освященные величайшими событиями жизни Спасителя. Впоследствии хранителями воспоминаний о святых местах смерти и погребения Спасителя были первые иерусалимские епископы и последующие христиане. Уже св.Кирилл Иерусалимскийсвидетельствует, что со времен апостольских начались путешествия в Иерусалим для поклонения местам, освященным воспоминаниями о разных событиях земной жизни Господа Иисуса Христа3. Взятие и разрушение Иерусалима Титом4в значительной степени изменили многие места города, – могли подвергнуться изменению, засыпанию мусором и развалинами также и священные места распятия и смерти Спасителя. Кроме того, историк IV в. Евсевий свидетельствует, что враги христиан – язычники – принимали меры к тому, чтобы скрыть и даже осквернить святые для христиан места; что нечестивые люди с нарочитой безумной целью совершенно изменили вид местности Голгофы и святого Гроба. Святую пещеру они засыпали мусором, насыпь сверху вымостили камнем и здесь воздвигли алтарь богини сладострастной любви5. Другие историки6свидетельствуют, что особенно старался осквернять все святые места бесовскими идолами и жертвами нечестивый император римский Адриан (117–138 гг. по Р.Х.). Воздвигнув на месте разоренного Титом Иерусалима город, он велел засыпать гроб Господень землей и множеством камней, а на той горе, где был распят Спаситель (на «скале Креста»), он построил храм языческой богине распутства Венере и поставил ее идол, а над Гробом Господним поставил идол Юпитера. Но ни разрушение Иерусалима Титом, ни восстановление его Адрианом не могли так изменить город и святые места, чтобы благоговейно помнившие эти места христиане не узнали бы их, не могли бы их найти. А стремления нечестивцев и язычников осквернить и скрыть эти места достигали совершенно обратной цели: своими насыпями и идольскими сооружениями они прочно отмечали эти места, делали невозможным забвение их верующими и даже самими язычниками. Так разрушает Господь «советы нечестивых» и самое зло людское обращает к благу Церкви своей!
Благоговейно хранимое в памяти верующих и прочно отмеченное язычниками, хотя и оскверненное ими, святое место смерти Господней оставалось в неприкосновенности до времени царяКонстантина Великого. Этот христолюбивый император, еще будучи внешне язычником, а по деятельности являясь христианским государем, имел основания особенно чтить Крест Христов. Это знамя Христовой победы, по Божественному устроению, трижды послужило дляКонстантина Великогознамением его победы над врагами. В 312 г. Константин воевал против жестокого Максентия, воцарившегося в Риме, преследовавшего и убивавшего христиан, проводившего нечестивую жизнь. По словам тогдашнего историка (Евсевия), Максентий, готовясь к борьбе с Константином, прибегал к разным волшебствам и суеверным обрядам; Константин же, не совсем полагаясь на силу своего войска, чувствовал необходимость в сверхъестественной помощи над врагом, а потому размышлял о том, какому Богу он должен молиться об этой помощи. В эту тяжелую минуту вспомнил Константин о том, что его отец Констанций, оказывавший покровительство христианам, пользовался благосостоянием, тогда как гонители христиан имели бедственную кончину, – и потому решился обратиться с молитвой к Богу Констанция, единому, верховному Существу. И вот, когда он отдался усердной молитве, то около полудня увидел на небе лучезарный крест, сиявший сильнее солнечного света, с надписью на нем: «сим победиши». Это чудесное знамение видели и воины, среди которых был полководец Артемий, впоследствии замученный (при Юлиане Отступнике) за Христа. Пораженный необычайным небесным видением, Константин впал в глубокий сон, и во сне явился ему сам Спаситель, опять показал ему то же знамение креста, повелел ему употреблять изображение креста, как знамя в войсках, и обещал ему победу не только над Максентием, но и над всеми врагами. Проснувшись, Константин повелел сделать Крест Господень, по подобию виденного им знамения, из драгоценных камней, а также начертать изображение креста на знаменах, на оружии, шлемах и щитах воинов. С тех пор войска Константина совершали походы, имея своим знамением крест, соединенный с первыми буквами имени Спасителя. В битве на Мельвийском мосту (через Тибр) Константин одержал блестящую победу над Максентием (28 окт. 812 г.). Сам Максентий утонул с множеством своих воинов в реке, а Константин победоносно вошел в Рим. После этого он воздвиг в Риме статую себе, державшую в правой руке крест, а в надписи на статуе победа над Максентием приписывалась «спасительному знамению» креста. Также в войне с византийцами и скифами еще дважды Константин видел на небе чудесное знамение креста, которое возвестило ему победу над врагами.
Легко понять, каким благоговением к Кресту Господню было преисполнено после этих событий сердце христолюбивого царя Константина. И вот этот император, «не без внушения свыше, но побуждаемый Духом самого Спасителя» решил не только отыскать честное древо
Креста Господня, воздать ему поклонение, но и «священнейшее место спасительного воскресения в Иерусалиме сделать предметом всеобщего благоговейного почитания» – построить над ним храм7. Исполнительницей благочестивого намерения императора явилась его мать, блаженная царица Елена, по настояниям самого императора принявшая христианство, отличавшаяся благочестием и пламенной ревностью по вере Христовой. В 326 г. Елена отправилась в святую землю с целью отыскать и посетить места, освященные главнейшими событиями жизни Спасителя. Прибыв в Иерусалим, исполненная благочестивого желания найти пещеру гроба Господня и честное древо Креста, она ревностно принялась искать их. Патриархом в Иерусалиме был в то время Макарий, встретивший царицу с подобающими почестями и оказывавший ей помощь в ее святом деле.
По преданию8, в деле обретения Честного Креста Господня оказал помощь один еврей, по имени Иуда. К евреям, жившим в Иерусалиме, царица Елена обратилась с просьбой указать ей место, где скрыт Крест Господень. Они отказались сделать это, ссылаясь на свое незнание, и только после угроз царицы мучениями и смертью указали на некоего старца Иуду как могущего указать царице это место. Но и Иуда долго не соглашался исполнить требование царицы и только после истязаний привел ее к тому месту, где был насыпан большой холм из земли, мусора и камней и где некогда римский царь Адриан построил капище в честь языческой богини Венеры. Когда разрушили идольский храм, разбросали мусор и раскопали землю, были обретены место Гроба Господня и воскресения, а также Лобное место – место распятия Христа. Чудесное благоухание указало рывшим землю и присутствовавшим эти места. Вблизи Лобного места нашли три креста, гвозди и ту дощечку с надписью на трех языках, которая была прибита над головой распятого Спасителя.
Однако теперь она лежала отдельно от крестов, и поэтому не было возможности узнать, на котором из трех крестов был распят Спаситель. Велика была радость царицы Елены и патриарха, когда они увидели священнейшие для христианина места и предметы. Но для полноты этой радости не доставало знания, какому из трех крестов воздать благоговейное поклонение, как Кресту нашего Спасителя. Тогда патриарх Макарий предложил произвести испытание: была принесена на место обретения крестов одна находившаяся при смерти женщина; присутствовавшие, с Макарием во главе, вознесли молитвы, чтобы Крест Христов был указан через исцеление этой женщины, – и после этого сначала два креста без успеха были приложены к болящей, а при прикосновении третьего совершилось исцеление больной9. В полноте благоговейной радости и духовного умиления царица и все бывшие с ней воздали поклонение и целование Кресту. А так как, вследствие множества народа, не все могли поклониться честному древу Креста Господня и даже не все могли видеть его, то патриарх Макарий, став на высоком месте, поднимал – воздвизал св. Крест, показывая его народу. Народ поклонялся Кресту, восклицая: «Господи, помилуй!» Отсюда и получил свое начало и название праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня. Это событие обретения Честного Креста Господня и чудеса, сопровождавшие его, произвели великое впечатление не только на христиан, но и на иудеев. Иуда, так неохотно указавший нахождение святых мест, вместе с многими евреями уверовал во Христа и крестился, получив в святом крещении имя Кириака. Впоследствии он был патриархом Иерусалимским и претерпел мученическую кончину при императоре Юлиане Отступнике. Сам Константин впоследствии в послании к Иерусалимскому патриарху Макарию писал об обретении Честного Креста Господня: «нет слов для достойного описания этого чуда. Знамение святейших страстей, скрывавшееся так долго под землей и остававшееся в неизвестности в течение целых веков, наконец воссияло»10. Святая царица Елена, при могущественном содействии своего сына царя Константина, начала строить в Иерусалиме и по всей Палестине храмы на местах, освященных событиями из жизни Спасителя. И прежде всего было, по воле царицы и царя, положено основание и приступлено к постройке на месте Гроба Господня и обретения св. Креста церкви Воскресения Господа нашего Иисуса Христа, освящение которой было совершено 13 сентября 335 г.11Потом благочестивая царица приказала соорудить храм в Гефсимании на месте, где находился гроб Пресвятой Богородицы, во имя Ее успения и, кроме того, восемнадцать церквей в разных местах святой земли.
Что касается судьбы самого обретенного св. Еленой честного древа Креста Господня, то она, к сожалению, не может быть указана точно и вполне определенно. Это древо Креста Господня представляло для христиан столь великую святыню, что христиане, уже при самом обретении его в большом количестве наполнявшие Иерусалим, не только горели желанием поклониться ему, но, если возможно и удастся, получить от него частичку. Действительно, св.Кирилл Иерусалимский(IV в.) свидетельствует, что уже в его время маленькие части Животворящего Креста были распространены по всей земле12. И св.Иоанн Златоуст(IV в.) свидетельствует, что «многие, как мужи, так и жены, получив малую частицу этого древа и обложив ее золотом, вешают себе на шею»13.
Но не все древо крестное было унесено таким образом из Иерусалима. Часть обретенного древа Креста и гвозди от него царица Елена послала своему сыну Константину, а остальное было заключено в серебряный ковчег и вручено предстоятелю Иерусалимской Церкви с приказанием хранить для грядущих поколений14.
И св.Кирилл Иерусалимскийподтверждает, что честное древо Креста Господня в его время хранилось и показывалось народу в Иерусалиме. А в описании богослужения Великой Пятницы в Иерусалиме, сделанном некоей знатной паломницей IV в. (Сильвией, или Етерией), мы находим интересное описание самого обряда поклонения древу Креста Господня с указанием тех мер, какие при этом принимались против расхищения святого древа благочестивыми паломниками. «На Голгофе, – говорится в этом описании, – за Крестом, т.е. за храмом в честь св. Креста, еще до шестого часа утра поставляется епископу кафедра. На эту кафедру садится епископ, перед ним ставится стол, покрытый платком, кругом стола стоят диаконы и приносится серебряный позолоченный ковчег, в котором находится святое древо Креста; открывается и вынимается; кладется на стол как древо Креста, так и дощечка (titulus). Итак, когда положено на стол, епископ сидя придерживает своими руками концы святого древа; диаконы же, которые стоят вокруг, охраняют. Оно охраняется так потому, что существует обычай, по которому весь народ, подходя по одиночке, как верные, так и оглашенные, наклоняются к столу, лобызают святое древо и проходят. И так как, рассказывают, не знаю когда, кто-то отгрыз и украл частицу святого дерева, то поэтому теперь диаконы, стоящие вокруг, так и охраняют, чтобы никто из подходящих не дерзнул сделать того же. И так подходит весь народ поодиночке, все преклоняясь и касаясь сперва челом, потом очами Креста и дощечки и, облобызав Крест, проходят; руку же никто не протягивает для прикосновения»15. Нахождение части древа Креста Господня в Иерусалиме подтверждается и другими историческими данными16. В VII в. в царствование византийского императора Фоки (602–610 гг.) эта великая христианская святыня на время попала в руки персов. Хозрой, царь персидский, вступив в войну с Фокой, покорил Египет, Африку и Палестину, взял Иерусалим, разграбил его сокровища и в числе этих сокровищ взял из Иерусалима и древо Животворящего Креста Господня и отвез его в Персию. Но Господь не попустил неверным долго владеть христианской святыней. Преемник Фоки имп. Ираклий некоторое время не мог победить Хозроя, и тогда он обратился к Богу с молитвой о помощи. Он приказал и всем верующим своего царства совершать молитвы, богослужения и посты, чтобы Господь избавил от врага. Господь даровал Ираклию победу над Хозроем, который сам был убит своим сыном. Ираклий после этого отобрал у персов многоценную святыню христиан – честное древо Креста Господня и решил перенести его торжественно снова в Иерусалим. В 628 г. император Ираклий, достигнув Иерусалима, возложил св. древо на свои плечи, нес его, одетый в свои царские одежды. Но вдруг у ворот, которыми восходили на Лобное место, неожиданно остановился и не мог сделать дальше ни шагу. И тогда Захарии, патриарху константинопольскому, вышедшему вместе с жителями Иерусалима навстречу царю, было откровение от светоносного ангела, что невозможно древо, которое нес Христос в состоянии уничижения, нести в царских одеждах. Тогда царь облекся в простую и бедную одежду и, с босыми ногами, в таком виде внес св. древо вцерковьна то место, где оно находилось до взятия Хозроем. Здесь честное древо Креста Господня находилось и в последующее время. По крайней мере, в начале IХ в. в числе клира храма Воскресения были два пресвитера стража, на обязанности которых лежало охранять св. Крест и сударий. При крестоносцах св. древо также, несомненно, находилось в Иерусалиме и не раз служило ободрением и охраной их войскам в битвах с неверными17. Однако дальнейшая судьба честного древа Креста Господня в точности не известна. Весьма вероятно, что с течением времени, постепенно уменьшаясь в своем объеме, вследствие благочестивого желания различных обителей и монастырей иметь у себя частицу св. древа, оно совершенно было раздроблено на отдельные частицы, которые и указываются теперь во многих храмах и монастырях. В частности, в Риме в базилике Святого Креста хранится деревянная дощечка, которую выдают за ту дощечку, titulus, которая была прибита над головой Спасителя и после найдена св. Еленой лежащей отдельно от Креста.
И ныне, в день праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, мы, христиане, можем лишь мысленно воздать благоговейное поклонение честному древу Креста, на котором был распят наш Спаситель. Но этот Крест неизгладимо начертан на благодарных сердцах наших, а вещественный образ его – перед нами в храме и на нас – на нашей груди, в наших жилищах.
«Приидите, вернии, животворящему древу поклонимся, на немже Христос, Царь славы, волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство!» (стихира самогл.).
Крест и распятие Спасителя (Археологический очерк)
Теперь для христиан «Крест – хранитель всея вселенныя; Крест – красота Церкви; Крест – царей держава; Крест – верных утверждение; Крест – ангелов слава и демонов язва» (светилен). Прежде же, до славной смерти Христовой на Кресте, крест не только не почитался у язычников, но был предметом великого и всеобщего презрения, знаком «злополучия и смерти», так как казнь через распятие назначалась величайшим преступникам и была ужаснейшим, мучительнейшим и позорнейшим из всех видов казней18. Правда, этот род казни был известен в глубокой древности у мидян, персов, ассирийцев, финикийцев, греков, но наибольшее распространение получил у римлян, у которых эта казнь употреблялась в больших размерах. Однако и у римлян первоначально крестной казни подвергались только рабы, а потому она и называлась обычно «рабской казнью» (servile supplicium). Впоследствии применение этой казни било распространено на низшие классы вольноотпущенных, но к римским гражданам она не применялась никогда. Но и рабы и вольноотпущенники подвергались этой казни за наиболее тяжкие преступления, как то: за морской разбой, за открытый разбой на большой дороге, за убийство, лжесвидетельство, государственную измену, мятеж.
Иудейский закон не знал этой жестокой и позорной казни. По Талмуду, «четыре смертные казни переданы великому синедриону (высшему иудейскому судилищу времен Христа): побиение камнями, сожжение, смерть от меча и удавление», и из этих казней наибольшее применение имело побиение камнями. Правда, и у древних евреев употреблялся еще как бы один вид казни – повешение «на древе», т.е. на столбе, уже после казни, для увеличения ее позора; но это повешение ни в коем случае не может быть отожествляемо с распятием. Таким образом, если бы Иисус Христос был судим и казнен по иудейским законам в период самостоятельной политической жизни еврейского народа, то за богохульство, в котором Он обвинялся (Мк. 14: 64; Лк. 22:69–71), Он подлежал казни через побиение камнями. Но иудеи ко времени Христа были лишены римлянами «права меча», т.е. права осуждать на смерть и исполнять смертные приговоры; поэтому они по необходимости перед Пилатом выдвинули против Спасителя другое обвинение в восстании против римской власти, в том, что Он «называл Себя Христом Царем» и будто «запрещал давать подать Кесарю» (Лк. 23:2). Обвинение же Спасителя в богохульстве для представителя римской власти и римского закона, конечно, не имело бы значения и не могло повести к смертной казни. Обвиненный же в восстании против Кесаря и не имевший прав римского гражданина, Спаситель, по римским законам, подлежал крестной казни.
Христианин, с благодарностью и любовью взирая на знамение Креста Христова, благоговейно поклоняясь ему, должен знать и помнить, что это была за казнь и сколь великие страдания претерпел Спаситель на Кресте для спасения людей. Все подробности крестной казни дышат жестокостью и направлены к позору распинаемого. Обычно у римлян смертная казнь приводилась в исполнение непосредственно после произнесения приговора. Поэтому и к приготовлениям крестной казни Христа приступили тотчас по произнесении Пилатом приговора19. Исполнители приговора – римские воины сняли со Спасителя окровавленную багряницу, в которую перед теми Он издевательски был одет, и возвратили Страдальцу Его прежние, собственные одежды. Был ли при этом снят с головы Спасителя терновый венец, не известно. Тем временем, обычно наскоро, приготовляли само орудие казни – крест. У римлян различалось, главным образом, три вида, или формы креста; на одном из этих видов креста и мог быть распят Христос. Древнейшая и простейшая форма креста, известная у многих древних народов (у египтян, карфагенян, финикийцев и древних евреев), получалась через наложение горизонтальной линии на вертикальную в виде буквы Т. При совершении казни на этом кресте, на столб, вкопанный в землю или другим способом прочно поставленный в вертикальном положении, накладывали сверху поперечный брус, имевший на обоих концах одинаковую длину, к этим концам прикрепляли руки осужденного на смерть. Тело распинаемого при этом висело вдоль вертикального столба; для большей устойчивости тела к этому столбу прикрепляли и ноги распятого. Эта форма креста у римлян получила название crux commissa – крест связанный. Второй вид креста, так называемый crux decussata – крест сбитый, образовался из двух брусьев одинаковой длины, соединявшихся вместе на средине своей под прямым углом. В начертании своем он похож на букву X. На месте казни вкапывали в землю два конца такого креста на столько, чтобы он мог прочно стоять; затем руки и ноги осужденного протягивали и прикрепляли на всех четырех концах его. Этот вид креста у нас известен под именем Андреевского креста, так как, по преданию, на таком кресте был распят св. апостол Андрей Первозванный. Третий вид креста был известен у римлян под названием crux immissa – крест вбитый. Этот крест составлялся из двух брусьев неравной длины – одного длинней, другого короче. К вертикальному, более длинному брусу поперечно прикреплялся на некотором расстоянии от его верхнего конца брус более короткий – горизонтальный. В начертании он имеет форму †. При распятии руки осужденного прикреплялись к концам горизонтальной перекладины, а ноги, соединенные вместе, прикреплялись к нижнему концу горизонтального длинного бруса. Для того же, чтобы тело распятого имело больше опоры на кресте и своей тяжестью не оторвало рук от гвоздей, посредине вертикального столба приделывался еще один небольшой брус или деревянный гвоздь, который по форме своей напоминает рог. Он должен был служить как бы седалищем для распятого, чем и объясняются выражения «сидеть на остром кресте» (acuta cruce sedere), «воссесть на крест» (cruce inequitare), «почить на кресте» (cruce requiscere) и проч.
Именно на таком кресте – четырехконечном (crux immissa) был распят наш Спаситель. Это общецерковное верование, перешедшее в богослужебные книги. Отцы и учители Церкви (Иустин Мученик, блаж. Иероним, блаж. Августин, св.Иоанн Дамаскини др.) употребляют такие сравнения Креста Христова, которые не оставляют никакого сомнения в этом. Четыре стороны неба, летающая птица, плавающий или с распростертыми руками молящийся человек, весельное судно, пашущий земледелец и т.п. – обычные употребляемые ими сравнения для Креста, и все эти сравнения приложимы только к четырехконечному кресту – кресту вбитому. Блаж. же Августин дает об этом и вполне определенное свидетельство, когда говорит о Кресте Христовом: «была широта, на которой простирались руки, длина, поднимающаяся от земли, на которой было пригвождено тело, высота, выдававшаяся вверх над поперечной балкой»20. Последние слова приложимы исключительно к четырехконечному кресту. Это же, наконец, подтверждается одним небольшим, но весьма ценным, решающего по этому вопросу значения, замечанием евангелиста Матфея: «и поставили над головой Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский» (27:37). Здесь евангелист говорит о той дощечке (titulus, αιτία), на которой была обозначена мнимая вина Спасителя. Но для того, чтобы поместить над головой Христа такую дощечку, необходимо, чтобы основной вертикальный столб имел продолжение вверху, над поперечным брусом, т.е. необходимо, чтобы крест был четырехконечный, а не трехконечный связанный (commissa Т) и также не сбитый (decussata X). Если же, все таки, и у древних писателей (Тертуллиана,Оригенаи др.) и в других свидетельствах древности (монетах, монограммах, древнехристианских изображениях) есть указания на трехконечный Крест Христов, то эти свидетельства могут наводить лишь на ту мысль, что сама христианская древность не сразу решила вопрос относительно формы того священного древа Креста, на котором был распят Спаситель мира. И разногласие в этом случае тем естественней и понятней, что христианство принимали те же римляне, которым было известно несколько форм креста.
Приготовление такого креста не требовало много времени и было просто: нужно было надлежащим образом лишь скрепить два бруса – и крест был готов. Сам осужденный должен был нести крест на место казни. Это было великим издевательством над чувствами распинаемого, над его естественной любовью к жизни и ненавистью к орудию своей смерти. Не говоря уже о том, что само несение креста часто на далекое расстояние (обыкновенно за городом) было тяжелым трудом и новым мучением. И Спаситель, истерзанный бичеванием, грубыми издевательствами римских солдат и самим судом, понес свой крест тем путем, который у христиан получил впоследствии название via dolorosa (скорбный путь), за город, на Голгофу, место Своих последних мучений и смерти. Измученному Спасителю потребовалась помощь Симона Киренейского, чтобы достигнуть с крестом места казни. Обычно, по римским законам, и здесь, на месте казни, истязания осужденного не ограничивались только распятием, а предварительно его еще подвергали мучениям, жестокость которых была не всегда одинакова. По свидетельству Иустина, одного карфагенского полководца (Ганно) сначала подвергли бичеванию, потом, выколов ему глаза, колесовали и, наконец, уже мертвым пригвоздили ко кресту. Распоряжение Цезаря пойманных разбойников сначала умерщвлять, а потом совершать над ними распятие почиталось выражением высокой человечности и снисходительности со стороны этого полководца. Обычно же предварением смертной казни служило бичевание. Но так как Христос подвергся бичеванию во дворе претории Пилата, то здесь, на Голгофе, Он был предан лишь распятию. По свидетельству евангелистов, Спасителю перед распятием предложили напиток, который ев. Матфей, по его вкусу, называет «уксусом, смешанным с желчью» (Мф. 27:34), а ев. Марк, по составу напитка, называет его «вином со смирной» (Мк. 15:23). Смирной назывался сок миррового дерева, белого цвета и очень благовонный, вытекающий из дерева или сам собой, или после надреза, подобно соку нашей березы. На воздухе этот сок сгущался и потом превращался в смолу21. Эта смола была смешана с кйслым вином и, быть может, с другими горькими веществами. Действие, производимое таким напитком, было как бы притупляющее или усыпляющее нервы, а вместе ослабляющее чувствительность человека. Значит, такой напиток мог хоть отчасти ослабить ужасные мучения на кресте. Предложение этого напитка Спасителю было делом сострадания и, несомненно, не со стороны римлян, а иудеев. Римский закон не знал снисхождения к распинаемым и казнимым, и по этому закону, не полагалось давать распинаемым напиток, который ослаблял бы их страдания. Это был чисто иудейский обычай. В Талмуде говорится: «всем, кого приговорил синедрион к смерти, давали пить крепкое вино (по другому месту Талмуда, раствор ладана в вине, а по Маймониду, зерна ладана в чашке вина), чтобы притупить их чувства и исполнить место Писания – Притч. 31:6. По свидетельству того же Талмуда, этот напиток приготовлялся знатными женщинами в Иерусалиме. Вероятно, римляне, щадя некоторые установления иудеев, оставили им и этот обычай милости и снисхождения к казнимым преступникам. Как милость, этот напиток был предложен и Спасителю. Но Тот, Кто совершенно свободно и добровольно шел на смерть и мучения, Кто в каждый миг этих мучений мог их и прекратить совсем, не пожелал вкусить предложенного напитка.
Приготовления к самому распятию не требовали много времени. Обычно уже готовый крест вкапывали нижним концом в землю настолько, чтобы он прочно стоял. Сам крест не делался высоким, и ступни распятого находились недалеко от земли. Осужденных распинали на крестах, уже поставленных, и, следовательно, прежде крест нужно было укрепить в вертикальном положении, а не класть его на землю и вместе с прибитым к нему осужденным вкапывать в землю. Если примеры и такого распятия, т.е. через пригвождение осужденных ко кресту, лежащему на земле, встречались, по свидетельству мученических актов, то эти примеры нужно считать не более как исключениями из обычного способа римского распятия. Спаситель же, несомненно, был распят уже на укрепленном в землю кресте. В этом не оставляют никакого сомнения ясные и положительные свидетельства отцов Церкви (свв. Киприана,Григория Богослова,Иоанна Златоуста, блаж. Августина и др.).
После того, как крест был укреплен в земле, приступали к самому распятию. Новым позором «рабской казни», новым издевательством над чувствами распинаемого было то, что с него перед распятием снимали одежды и распинали обнаженным. Евангелисты свидетельствуют, что и с Иисуса Христа сняли перед распятием Его одежды, быть может, на Нем оставили лишь λέντιον – то опоясание на бедрах, о котором говорят некоторые исторические документы и которое имеется почти на всех изображениях распятия Спасителя. Во всяком случае выражение «обнаженный» – γυμνός (nudus), где оно употребляется относительно распятых, не исключает такого опоясания, а естественная стыдливость требует его.
Хотя Крест Спасителя и не был так высок, как обычно изображают художники, однако поднять на него тело человека и прибить его гвоздями требовало некоторых приспособлений. К перекладине креста приставлялись лестницы. На них поднимались двое из исполнителей казни и при помощи веревок поднимали осужденного, а остававшиеся внизу помогали им. Поднятый до надлежащей высоты за руки привязывался веревками к перекладине. Теперь, когда он мог держаться на высоте креста без посторонней помощи, наступал самый страшный момент: на запястья ставили два огромных железных гвоздя и сильным ударом молота вгоняли их в дерево. Стоявшие же внизу другие распинатели в это время прибивали к вертикальному столбу ноги осужденного. Для этой цели ноги или складывали внизу одна на другую и через обе разом вбивали один огромный гвоздь, или употребляли два гвоздя, прибивая ими каждую ногу отдельно. Как были прибиты ноги Спасителя, одним или двумя гвоздями, точно не известно. Одни отцы Церкви (св. Григорий Назианзин, египетский епископ Нонн) указывают на один гвоздь для ног Спасителя, а другие (свв.Григорий Турский, Киприан) говорят о четырех гвоздях – двух для рук и двух для ног22. Но при этом единогласно отцы Церкви свидетельствуют, что при распятии Спасителя были пригвождены не одни только руки, но и ноги.
Распятие Спасителя закончилось прибитием над головой Его дощечки с обозначением Его мнимой вины. «И поставили над головой Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский» (Мф. 27:37, ср. Мк. 15:26; Лк. 23:38; Ин. 19:19). Это была та белая дощечка (titulus, αιτία), которую обыкновенно несли к месту казни перед осужденным или вешали ему на шею. На этой дощечке над Спасителем было написано римским (латинским) языком суда, общеупотребительным тогда греческим и местным, еврейским языками: «Иисус Назорей, Царь Иудейский». Так, оставаясь верным римскому закону, Пилат обозначил вину Спасителя как мятежника.
С окончанием распятия Спасителя начались Его величайшие, неописуемые страдания на Кресте. Об этих страданиях, с их физической стороны, дает некоторое представление описание мук распинаемых одним врачом (Рихтером). Неестественное, насильственное положение тела, говорит он, с постоянно вытянутыми руками в продолжение долгого времени должно быть такой пыткой, которую не описать словами. Нельзя сделать малейшего движения без того, чтобы не причинить всему телу, а особенно частям прибитым и истерзанным бичеванием невыносимой боли. Гвозди вбиваются в такие места, где соединяются многие очень чувствительные нервы и сухожилия. И теперь частью поврежденные, а частью сильно сжатые, они вызывают особые, очень чувствительные боли. Раненые части, постоянно открытые для воздуха, должны воспаляться и постепенно становиться синими, потом черными. То же делается и в других частях тела, где задержанная чрезмерным растяжением тела кровь приходит в застой. Воспаление этих частей и происходящие отсюда мучения увеличиваются с каждым мгновением... Кровь не имеет свободного доступа и в легкие. Все это, сжимая сердце, и напрягая жилы, производит страшное, как бы тревожное состояние в организме... А смерть приближается медленно, путем постепенного оцепенения нервов, жил и мускулов, которое начинается на оконечностях и постепенно направляется внутрь, к более чувствительным частям. И вот, пока настанет желанная для распятых смерть, они, несмотря на потерю крови при бичевании и на кресте, несмотря на причиняемое жаром солнца воспаление ран, на мучительнейшую жажду, обыкновенно более 12-ти часов, а иногда до следующего дня и даже вечера колеблются между жизнью и смертью. Бывали же случаи, что распятые оставались живыми до третьего дня, когда только мучительная голодная смерть полагала конец их страданиям.
Такой ужаснейшей из казней – изобретению высшей человеческой жестокости был предан наш Спаситель. Неописуемы были страдания Его пречистого тела, трепетным ужасом охватываются наши сердца при представлении этих страданий. И страдал Он, безгрешный, пречистый, без вины. Страдал не за Свои грехи, а за бесчисленные грехи рода человеческого, которые Он принял на Себя, которые невыносимой тяжестью давили пречистую душу Христа. Уже в Гефсиманском саду под тяжестью человеческих грехов и беззаконий Он взывал: «прискорбна есть душа Моя до смерти» (Мф. 26:38; Мк. 14:34), «скорбел» (Мф. 26:27), «тужил» (тосковал) (Мк. 14:33), «ужасался» (Мк. 14:33). На кресте же чувство богоотчужденности, мучительной тяжести грехов человеческих вызвало из пречистых уст Христовых восклицание: «Боже Мой, Боже Мой! Вcкую Мя еси оставил?» (Мф. 27:46; Мк. 15:34).
А эти люди, за которых страдал и умирал на кресте Христос, своими насмешками и издевательством вливали новую каплю мучений в великую чашу страданий Спасителя мира. Разнообразная толпа людей, проходивших мимо Голгофы из города и в город, громко торжествовавшие свою победу над Христом члены синедриона, фарисеи, книжники, грубые римские воины, наконец, даже казненные со Христом разбойники жестоко и дерзко издевались над распятым Божественным Страдальцем, выливали на Него потоки своей ненависти и злобы. И ни одного звука сострадания и утешения, ни одного ласкового слова и слова любви не слышал Спаситель в эти страшные моменты Своих крестных страданий. Так протекали часы мучительнейших страданий телесных и душевных Христа Спасителя. После раскаяния и выражения веры благочестивого разбойника – быть может, первого утешения для Страдальца – вдруг вместо ярких лучей южного солнца (было немного спустя после полудня) на землю спустился густой чудесный мрак и окутал Голгофу и Иерусалим.
То было свидетельство людям Бога Отца, что Он видит страдания Своего Сына, то было грозное Божественное предостережение беззаконникам, подобно псам окружившим крест Спасителя («обыдоша Мя пси мнози» Пс. 21:17). Быть может, в это время, когда испуганная грозным мраком толпа поредела у креста и, пользуясь этим, к Страдальцу приблизились люди, любившие Его, произошла глубоко трогательная сцена выражения заботы и любви умирающего Божественного Сына о Своей любимой Матери. Около девятого по еврейскому счету, а по нашему около третьего часа пополудни мучения Господа достигли высшей степени. «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» – вырывается из груди Божественного Страдальца, и потом, когда мучительнейшее из страданий на кресте, ни с чем не сравнимое томление страшной жажды овладевают Христом, Его уста произносят первое и единственное слово, вызванное телесными страданиями. «Жажду!» – произнес Страдалец.
Отведав кислый напиток, поднесенный в напитанной им губке, Он воззвал громким голосом: «Совершилось!» (Ин. 19:32) и затем – «Отче, в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23:46).
Совершилось! Окончена земная жизнь Богочеловека; окончен величайший беспримерный подвиг страданий и любви Божественного Страдальца; исполнены все предсказания Писания о Нем. Совершилась на голгофском Кресте единая и единственная жертва Безгрешного за грехи человеческие. Совершилось на Кресте искупление и спасение людей!
Голгофа и храм Гроба Господня в Иерусалиме
Если вся Палестина, освященная жизнью в ней нашего Спасителя, для нас, христиан, – святая земля, то величайшей святыней этой святой земли является для нас Голгофа – место распятия и крестной смерти Христа за спасение людей. Вся жизнь Его была восхождением к Голгофе, к великому подвигу послушания воле Отца Небесного и делу искупления рода человеческого. И уже тогда, когда ангелы, при рождении Спасителя, воспевали «славу в вышних Богу и на земли мир», они прославляли Голгофу – страдания и смерть Христовы. Да, вся жизнь Христова, от вифлеемских яслей до последнего Его вздоха, до великого «совершилось», – это несение Спасителем креста Своего к Голгофе и, наконец, принятие креста на Голгофе. Здесь, когда совершилось злодейское людское дело, отмеченное чудесным мраком, засияло Божественное Солнце, бросившее свои спасительные и животворящие лучи на все человечество; здесь кончилась ночь Ветхого Завета и засиял лучезарный день Завета Нового, одним словом, здесь, на Голгофе, смертью Спасителя открыты для людей двери в новую жизнь и в чертоги жизни вечной. Все это для христианского сердца и ума связано со священным именем Голгофы, со святейшим местом распятия нашего Спасителя. И плох тот христианин, сердце которого не бьется благоговейной радостью при имени Голгофы, при воспоминании Голгофы!
Как орудие позорной рабской казни, Крест через смерть на нем Спасителя мира стал светозарным знаменем победы, божественной любви и христианского торжества; так мрачное место суровой кары за человеческие преступления, место насильственной смерти, Голгофа смертью Христовой на ней стала местом, откуда излилась на человечество жизнь, откуда «смертью Христовой попрана смерть». О смерти некогда вещала Голгофа, так как и само еврейское имя Голгофа, по объяснению евангелистов, значит «лобное место», место лба, черепа (κρανίου τόπος – Мф. 27:33; Мк. 15:21; Ин. 19:17) или даже просто «лоб», «череп» (κρανίον – Лк. 23:33)23. Это было место смертной казни преступников, а также место, где зарывали тела казненных после исполнения над ними приговора. По христианскому преданию, в недрах этого места не только лежали черепа казненных преступников, но здесь некогда был погребен родоначальник человечества Адам: там, где умер внесший в жизнь людей проклятие и смерть первый Адам, там умер, а затем и воскрес Искупитель – второй родоначальник спасенного от проклятия и смерти человечества, даровавший ему жизнь. Как место публичной казни преступников, Голгофа находилась за стенами древнего Иерусалима. Известно, что, по древнему обычаю и законодательству Моисея, наказание преступника смертью должно было совершаться за стеной города или за пределами лагеря (стана). (Числ. 15:35; 3Цар. 21:13; Деян. 7:58; Евр. 13:12), равно как и по римским законам место исполнения судебных смертных приговоров должно было лежать за городскими стенами. На основании раскопок, произведенных в Иерусалиме в XIX в., и научных исследований местоположение древней Голгофы представляется так24.
Невдалеке (на расстоянии около 100 локтей) от западной стены древнего Иерусалима находилась небольшая площадка или, лучше сказать, котловина, окруженная почти со всех сторон скалистой стеной в в 8,5 арш. высоты, при 108,5 саж. в окружности. На восточной стороне котловины в виде мыса выступал скалистый холм, имевший не более 6,5 арш. высоты над площадью котловины, но этот выступ обращал на себя внимание своим видом, напоминавшим человеческий череп. Этот выступ и был древней Голгофой, настоящий естественный эшафот для казни преступников. Как большая часть холмов этой местности, и голгофский холм имел в себе естественную пещеру, в которую, вероятно, бросались трупы казненных преступников. В западной же части котловины, имевшей менее высокий и крутой спуск, были высечены две гробницы25. Одна из них, очевидно, принадлежала богатому семейству и была сделана по образцу большей части иерусалимских гробниц, т.е. имела вестибюль и за ним гробничную камеру с тремя углублениями внутрь скалы (loculi) напротив входа и с четырьмя по боковым сторонам. При этом можно заключить, что владелец, купивший это место для своей гробницы, был человек чужой в Иерусалиме и находился в каких-то особенных обстоятельствах, так как он решился на покупку места для гробницы, неудобного как по расположению своему вблизи обычного места казни преступников, так и по свойству грунта (мягкого – mizzi, а не твердого – malaki). Но этой гробницы, известной в настоящее время под именем «гробницы Иосифа и Никодима», по-видимому, потом оказалось недостаточно для большого семейства владельца. И вот последний устраивает новую гробницу, и притом, вследствие малопригодности окружающего грунта котловины, избирает для гробницы часть скалы еще более близкую к Голгофе, отстоящую от нее на 120 футов, но зато удобную по грунту (malaki) и лежащую по уровню на 4 фута ниже первой гробницы. Однако, эта новая гробница не была закончена. Уже был сделан вестибюль новой гробницы и первая гробничная камера вчерне, как Провидение остановило дальнейшую выделку гробницы. И вот погребальная необделанная камера с наскоро приготовленным одиночным ложем (а не loculus – углублением в скале) сделалась гробницей Спасителя – Того, Кто во всю жизнь не имел, где подклонить главу, не имел собственной усыпальницы и для своего краткого смертного покоя. Что гробом Спасителя было не углубление в стене гробницы, а простое ложе в виде скамьи вдоль стены, это подтверждает Евангелие. Евангелист рассказывает, что когда Мария пришла ко гробу и наклонилась к низкому входу в пещеру, то увидела «двух ангелов, сидящих одного у главы и другого у ног, где лежало тело Иисуса» (Ин. 20:11–12). Этого не могло бы быть, если бы тело Христово было положено в углубление (loculus), а не на ложе вдоль стены пещеры. Несколько далее на восток от этой гробницы, принявшей на время тело Христово, находилась цистерна (углубление в скале для сбора дождевой воды), во время смерти Спасителя не имевшая воды. По преданию, в нее были брошены кресты Спасителя и двух разбойников. Здесь эти кресты и были найдены при св. Елене.
В таком виде представляется древняя Голгофа и место, где был погребен Спаситель. После того, как св. Еленой было обретено это св. место и честное древо Креста Христова, оно, по повелению императора Константина, было украшено и обстроено великолепными сооружениями. К сожалению, церковные историки, свидетельствующие об этих сооружениях, не дают точного и подробного описания их, а больше говорят о великолепии их. Так, блаж. Феодорит замечает: «Описывать красоту и величие их (сооружений Константина) я считаю совершенно излишним, потому что туда стекаются, можно сказать, все христиане, и богатство зданий могут видеть сами»26. Церковный историк Сократ говорит, что сооружения были расположены напротив древнего Иерусалима и носили имя Нового Иерусалима27, Более подробно и обстоятельно знакомит с этими сооружениями историкЕвсевий Кесарийский, хотя и он не дает их точного описания, а дает лишь общую картину их величественности. Особое внимание он останавливает на памятнике гроба Господня, носившем имя Анастасис (Воскресение). Этот храм, находившийся на восточной стороне, напротив святой пещеры, называемый Евсевием «царским храмом», – «произведение изумительное», был неизмеримой высоты и огромных размеров в длину и ширину. Внутри он был отделан плитами разноцветного мрамора, а с внешней стороны его стены блестели от полированных камней, плотно пригнанных друг к другу и по красоте не уступавших мрамору. Кровля здания сверху была свинцовая, – «надежная защита от зимних дождей», внутри же она была составлена из разных квадратов, обложенных золотом, отчего весь храм блестел, подобно озаренному лучами солнца. Во всю длину храма, по обеим сторонам, тянулись двойные колонны, которые на вершинах были также украшены золотом. Трое ворот, расположенных к востоку солнца, впускали толпы входящих внутрь28. Посредине храма Воскресения находилась гробница Христа, окруженная 12-ю колоннами, по числу апостолов. Эти колонны сверху были украшены большими серебряными чашами, принесенными в дар самим царем Константином.
Эти сооруженияКонстантина Великогона месте гроба Господня и Голгофы были совершенно разрушены в 614 г. персидским царем Хозроем II. Но, благодаря стараниям жены Хозроя – христианки и сестры греческого императора Маврикия, инок Модест (настоятель обители св. Феодосия Киновиарха, впоследствии патриарх Иерусалимский), мог если не возобновитьцерковь(базилику) Константина, то построить между 616 и 626 годами новые меньшие церкви на Гробе Господнем, Голгофе и месте обретения Креста Христова – храмы Воскресения, Креста и Голгофы. Но и эти сооружения Модеста на св. местах Иерусалима были совершенно разрушены в 1010 г. халифом Гакемом, а чрез 38 лет снова по прежнему плану возобновлены по повелению Константина Мономаха. Однако крестоносцы нашли эти сооружения мало соответствующими величию святых мест и в начале XII в. (около 1130 г.) воздвигли большуюцерковь, которая своими постройками захватила все священные места. Две из главных частей этой церкви, которую видел и довольно подробно описал наш русский паломник игумен Даниил, дошли в сохранности до нас, несмотря на бесчисленные переделки и пристройки, а именно: на востоке ротонда св. Гроба и на западе – три нефа (корабля) с хорами амфитеатром. И в последующие века беспощадная история не щадила этих сооружений. Подвергались они разорению в 1244 г. и существовали в полуразрушенном виде вплоть до XVI в. В XVI в. при Карле V и сыне его Филиппе в Европе распространился слух о печальном состоянии святых мест. Проповедник Франц Вергас собрал большие пожертвования, на которые памятник Гроба Господня был построен заново, а прежний совершенно снят за ветхостью. В 1719 г. были снова сделаны существенные переделки сооружений на святых местах Иерусалима, но пожар 12 октября 1808г. снова истребил значительную часть их. Храм Гроба Господня сгорел почти весь, купол храма обрушился и значительно повредил Кувуклию (памятник над местом Гроба Христова), колонны потрескались, расплавленное олово крыши текло внутрь, как дождь. Честь восстановления после этого сооружений на месте Гроба Господня принадлежит православным, на средства которых был восстановлен главный храм по плану архитектора Калфа Камненоса из Мителен в 1810 г.; а в 1868 г., по соглашению между Францией, Россией и Турцией, был восстановлен архитекторами разных национальностей совершенно разрушенный купол главного храма Гроба Господня.
Понятно, что все эти исторические бури разрушений и часто неудачных восстановлений, пронесшиеся над сооружениями на святых местах Иерусалима, наложили свою печать на теперешние постройки и на главный храм на местах этих – храм Воскресения Христова и храм Гроба Господня29. В этой христианской святыне, наряду с остатками глубокой старины, видны новейшие пристройки, лишающие сооружения единства и цельности. В настоящее время, как древняя Голгофа и Гроб Господень, так и сооружения, построенные на этих местах, находятся не за стенами Иерусалима, а в самом городе, так как древние стены города не только погребены под развалинами и мусором, но и перестали обозначать границы Иерусалима, захватывающего теперь значительно большее пространство, чем в древности. Сам храм Гроба Господня с увенчанным золотым крестом куполом (купола два – больший и меньший) возвышается на довольно открытом месте и, несмотря на обилие окружающих построек, виден издали. Извне храм представляет продолговатое здание, тянущееся с запада на восток и закругленное по обоим концам30. Перед теперешним главным входом (на юг) в храм Гроба Господня устроена площадь или платформа, имеющая около 8 саж. в окружности, вымощенная желтоватыми плитами (твердого камня malaki) и обычно загроможденного торговцами и нищими. Эта площадь окружена со всех сторон высокими стенами, в которых помещаются церкви и капеллы различных вероисповеданий. На южной стороне платформы – греческий монастырь Гефсимании, на восточной – греческий монастырь Авраама, армянскаяцерковьсв. Иоанна и коптская капелла Ангела; на западной – греческие церкви св. Иакова, св. 40 мучеников ицерковьсв. Иоанна (под колокольней); на северной стороне – латинская капелла Агонии и греческий придел Св. Марии. В северо-западном углу площади находится колокольня, которая прежде была отделена от храма, а теперь присоединена к нему. Колокольня (построенная между 1160 и 1180 гг.) поддерживается контрфорсами и несет на четырех фасадах большие готические своды, сверху которых находится два ряда двойных небольших окон.
Вход в храм Гроба Господня – на северной стороне площади. Фасад храма, принадлежащий по своей отделке XII веку, имеет два входа – западный и южный; но в настоящее время остался действующим только южный вход, а западный закрыт, после того как пространство его было занято входной лестницей на Голгофу. Двум входам соответствуют два окна верхнего этажа со сводами, украшенные глубокой резьбой; они окружены карнизом, богато украшенным ветвями с кистями, по образцу византийского карниза золотых ворот. Аркады входов опираются на ряд мраморных колонн, капители (верхние части) которых представляют византийское подражание коринфскому стилю (украшены ветвями дуба и желудями). Одна из колонн имеет трещину, из которой, по преданию, некогда вышел огонь. С этой колонной местное верование соединяет силу исцеления зубной боли: иерусалимские христианки приносят сюда выпавший зуб и бросают его в трещину с молитвой о новом зубе. Притолоки над двумя входами украшены барельефами (выпуклыми изображениями) большой ценности. Содержание для этих барельефных изображений взято из евангельской истории. Налево представлено воскрешение Лазаря: виден Христос с книгой Евангелия и Мария у ног Его; Лазарь, выходящий из гроба, и на заднем плане зрители, из которых некоторые закрывают свои носы. Дальше изображается Мария, умоляющая Спасителя прийти ради Лазаря. Потом изображаются картины из Входа Господня в Иерусалим: ученики Христовы, ищущие осленка для Господа, тут же два пастуха с овцами; потом изображены ученики, приведшие ослицу и постилающие свои одежды по пути, вдали видна Елеонская гора. Далее изображен сам вход Господа в Иерусалим: толпы народа расстилают свои одежды по пути; один человек срезает ветви, женщина держит ребенка на плечах, впереди – расслабленный с костылями. Последняя картина представляет Тайную Вечерю: св. Иоанн, склонившийся на грудь Спасителя, на конце стола Иуда в тот момент, когда он принимает хлеб от Христа и удаляется. Изображения, расположенные по правую сторону, имеют символический характер: это ветви, листья и плоды которых перемешаны с толпой обнаженных людей, птиц и проч.; в среднем – кентавр с дугой в руке; животные, изображающие зло, находятся внизу, откуда взирают на добро и как бы подстерегают его.
Но вот открываются тяжелые клетчатые ворота храма; переступив его порог, посетитель вступает в преддверие (вестибюль), в котором находятся турецкие привратники. Прямо напротив входа посетитель видит розовато-желтый камень миропомазания (из камня mizzi), на котором было положено пречистое тело Спасителя по снятии с креста и помазано ароматами. Камень окружен лампадами и громадными канделябрами, принадлежащими разным исповеданиям. Невдалеке на западе находится другой камень, на котором стояли мироносицы при помазании тела Христова. С правой стороны посетителю открывается вход на Голгофу. В настоящее время на Голгофу поднимаются двумя крутыми лестницами в 18 ступеней каждая, так как Голгофа расположена выше уровня храма. Эта возвышенность (Голгофа) представляет площадку в 21,5 арш. длины и ширины и разделяется двумя столбами на две части, образующие два придела (капеллы): придел Распятия (водружения Креста Господня), принадлежащий грекам, и капеллу Пригвождения ко кресту, принадлежащую латинянам. Придел распятия (на севере) богато украшен драгоценными картинами и мозаикой. В глубине этой капеллы на выдающейся части древней скалы три углубления, по преданию, обозначают места нахождения крестов Спасителя и двух разбойников. Углубления эти расположены в форме треугольника, по двум нижним углам которого находятся места крестов разбойников, а на верхнем место Креста Спасителя, находящегося несколько ниже (по поверхности) по отношению к двум первым. Место креста разбойника, распятого по правую руку Спасителя (доброго разбойника, у арабов называющегося правым разбойником), стоит на северном угле треугольника, место креста разбойника левого – на южном, а Креста Спасителя – на западном. Отверстие Креста Христова имеет 0,5 арш. глубины и 0,25 арш. в диаметре; оно оправлено серебром. Отверстия же крестов разбойников заложены, и их места обозначены только черными кружками на мраморе. В восточном углублении придела стоит мраморный открытый престол на четырех ножках над углублением, обозначающим место Креста Господня. За престолом поставлен св. Крест с изображением Распятого, а по бокам – изображения Богоматери и Иоанна Богослова. Место это всегда освещено лампадами и свечами. На расстоянии около двух арш. на юг от отверстия креста левого разбойника находится покрытая серебряной доской и ниже медной решеткой известная историческая расселина скалы, по преданию, образовавшаяся в момент смерти Спасителя. Эту расселину уже в IV в.Кирилл Иерусалимскийуказывал в доказательство совершившихся здесь великих событий. Под приделом распятия находится часовня Адама, где был, по преданию, погребен первый человек и воскрешен кровью Христа, струившейся на череп его через расселину скалы. Другая капелла (католическая), Пригвождения Господа ко кресту (или семи скорбных слов Спасителя), находится на южной стороне. Она не велика, внутренность ее можно видеть только через решетку: она богато убрана; картина алтаря изображает тело Христа, склонившегося на руки Богоматери.
Спустившись снова к подошве Голгофы в сам храм и от подошвы Голгофы пройдя около 40 шагов в северо-западном направлении мимо камня миропомазания, входят в ротонду (средняя часть) храма Гроба Господня31. Она представляет круглое здание, имеет около 7 саж. в диаметре и своими 18-ю массивными столбами окружает св. Гроб. Эти столбы в свою очередь поддерживают верхнюю галерею, состоящую из 18-ти аркад32. Над ротондой высится величественный купол из железа; внутри купол украшен нарисованными по синему полю золотыми звездами и другими изображениями, а снаружи покрыт свинцом. Вокруг купола внутри есть ход, откуда можно смотреть внутрь храма. Посредине ротонды ближе к западной стене Кафоликона, стоит памятник (так называемая «Кувуклия»), украшающий место погребения Спасителя и снаружи имеющий вид пятиугольной часовни 3 саж. длины и 2 саж. ширины, обложенной иерусалимским желтовато-розовым мрамором и поддерживаемый колоннами, на которых красуется в виде венца купол33. Памятник Гроба Господня состоит из двух частей – западной главной и восточной пристройки, названной приделом Ангела. Придел имеет около 5 арш. длины и 4,5 арш. ширины. Его стены, в которых находятся лестницы, ведущие на крышу храма, очень толсты. Внутренность придела освещена лампадами, из которых 5 принадлежат грекам, 5 католикам, 4 армянам и одна коптам. Посреди придела находится камень, вправленный в мрамор: по преданию, он закрывал гробницу Христа и был отвален Ангелом. Через маленькую низенькую дверь (над дверью – изваяния двух ангелов) придела Ангела входят в капеллу (придел) Гроба Господня, имеющую всего 2 арш. 14 в. в длину и почти столько же (2 арш. 11 в.) в ширину, так что в ней одновременно могут поместиться 3–4 человека. Здесь с потолка (плафона), который покоится на мраморных колоннах, свешиваются 43 лампады, из которых 13 греческих, 13 латинских, 13 армянских и 4 коптских. Эти лампады день и ночь освещают внутренность капеллы Гроба Господня. Живопись и другие украшения очень бедны, особенно если принять во внимание те неисчислимые пожертвования, которые притекают сюда со всех концов христианского мира. Барельеф из белого мрамора, представляющий картину Воскресения Христова, принадлежит грекам, картина справа – армянам, а картина слева – латинянам. Место самого гроба Христова, находящегося под лампадами, обозначено четырехугольным, покрытым мраморной (разбитой посредине) доской возвышением, которое служит престолом. Вдоль всей стены стоит подсвечник. Здесь, на этом престоле, ежедневно служится литургия священнослужителями трех исповеданий – православного, армянского и латинского34. Позади св. Гроба на западе находится маленькая капелла, принадлежащая с XVI в. коптам.
Прямо напротив двери в приделе Ангела, в саженях трех-четырех к востоку, расположены западные двери кафедральной греческой церкви (Кафоликона) Воскресения, занимающего центральное место всего здания храма и замечательного по правильности своей архитектуры, богатству своих украшений (иконостас – из чистого золота) и иконам византийского стиля. Храм Воскресения – величественный, просторный, хотя и мрачный. Четыре больших столба поддерживают четыре арки, на которых укреплен купол, освещающий храм. Восточная часть храма возвышена на несколько ступеней и закруглена: это место служит довольно просторным алтарем; замечательно, что престол в нем имеет не четырехугольную, как обычно, а продольную форму. В алтаре же находятся части Живоносного Креста Господня и правая рука св.Василия Великого. В средине самого храма стоит небольшая каменная урна (чаша), в которой заключается как бы приплюснутый шар, наверху начертан черный крест. Это так называемый пуп, или центр, земли. У правой (южной) и левой (северной) стен находятся кафедры: налево – патриарха Иерусалимского, а направо – патриарха антиохийского. По преданию, вся эта часть храма построена на том месте, где находился сад Иосифа Аримафейского.
Вокруг главной части храма Воскресения идет темный коридор, в котором расположены маленькие открытые приделы и капеллы в честь разных событий и лиц евангельской истории. Если войти в этот проход с северной стороны, то прежде всего встречается место, где, по преданию, Спаситель явился по воскресении Марии Магдалине, и латинская капелла, в которой указывают камень, к которому был привязан Христос перед распятием. Пройдя северную часть прохода, известную под именем семи арок Св. Девы (остатки их видны доселе), вступают в темный придел Уз Христовых – здесь, направо от входа, находится престол, под которым имеются два круглых отверстия: эти отверстия, по преданию, образуют так называемую колоду, в которую были вставлены ноги Спасителя во время приготовления креста. Далее находится также греческий придел темницы Иисуса, в которой Он вместе с разбойниками был заключен перед распятием. Здесь же, по преданию, Божия Матерь в изнеможении опустилась на землю, когда Ее Божественного Сына повели на Голгофу. Это событие запечатлено на запрестольном образе. Здесь два престола – один во имя Успения Богородицы, а другой – в память бичевания Спасителя. В этом приделе горят неугасаемые лампады. Далее в проходе, в апсидах наружной стены храма, находится придел св. Лонгина – того воина, который пронзил копьем ребро Спасителя. По преданию, записанному Иерусалимским пресвитером Исихием (V в.), он был родом из Каппадокии; на один глаз был слеп, но прозрел, когда несколько капель крови и воды, истекших из прободенного им ребра Спасителя, брызнуло на глаз. Он уверовал во Христа и впоследствии вместе с двумя другими воинами подвергся усечению главы от евреев. На этом месте, где теперь придел в честь его, была погребена его глава и потом обретена. Сам придел, принадлежащий грекам, посвящен ему только с XVI в. Следующие приделы (капеллы) разделения риз (принадлежащий армянам; известен с XII в.) и капелла тернового венца.
Между этими двумя капеллами, в юго-восточной части прохода, находится начало широкой каменной лестницы из 29 ступеней, ведущей в подземелье, памятное обретением крестов Христа и разбойников. Само подземелье расположено вне стен храма и состоит из двух частей. Первая – придел св. Елены, принадлежащий армянам и, кажется, вовсе не пострадавший во время пожара 1808 г. Хотя за штукатуркой не видно устройства стен в приделе, но кажется вероятным, что они высечены в живой скале. Четыре массивных колонны (из монолита красного цвета) с коринфскими капителями, принадлежащими, как думают, первоначальной базилике св. Елены (построенной приКонстантине Великом), поддерживают приниженный купол, венчающий капеллу и освещающий ее своими шестью окнами. Окна эти выходят во двор Абиссинского монастыря. В восточной части придела находятся три апсиды. В приделе два алтаря – северный (в северной апсиде) посвящен памяти благоразумного разбойника, а средний – св. Елены. Вправо возле этого алтаря – седалище, которое, говорят, занимала св. Елена во время откапывания Креста.
Само место обретения Креста лежит еще ниже. Спуск к нему находится в юго-восточном углу придела св. Елены и состоит из 13 ступеней, из которых три нижние высечены в скале. Сам придел обретения крестов представляет собой расширенную н обделанную естественную пещеру, нижняя часть которой лежит в пласте камня mizzi. Близкое соседство цистерны с водой сообщает постоянную влажность стенам пещеры св. Креста. Место пещеры направо принадлежит грекам: здесь под нависшей скалой находится мраморная плита с черным крестом посредине. Влево- алтарь латинян. Бронзовое изображение св. Елены в натуральный рост обнимает Крест. Везде царит полумрак; высеченные при западной и южной стенах пещеры скамьи как бы приглашают отдохнуть уединившегося здесь поклонника св. мест и подумать о величии и святости тех мест, которые он обошел, осмотрел и которым благоговейно поклонился.
Служба Воздвижению Честного Креста
Вечерня
Стихиры на Господи воззвах
Из четырех стихир на Господи воззвах первая указывает на самое общее значение для нас напоминаемой воздвижением Креста страсти Христовой, причем значение это определяется по двум крайним пунктам истории: падению прародителей и небесной вечной жизни. Вторая стихира говорит уже не о страсти Христовой, а о самом Кресте, указывая на его постоянное и пространственно всеобъемлющее значение как победного знамени. Третья стихира еще более суживает рамки духовного созерцания, сосредоточивая его уже не на Кресте, а только на воздвижении его, которое возносит нас к небу, посему радует ангелов, нас же освящает. Наконец, заключительная (на Славу и ныне) стихира указывает на вечное и исконное значение «благословеннаго древа», которым осуществлена «вечная правда» (положительная сторона) и совершенно исправлен причиненный нам райским деревом смертоносный вред (отрицательное значение).
Глас 6. Подобен: Все отложит35
Крест воздвиза́емь, на нем Вознесе́ннаго страсть пречи́стую пе́ти повелева́ет тва́ри всей. На том бо уби́в нас уби́вшаго, умерщвле́нныя оживи́л есть, и удобри́, и на небесе́х жи́ти сподо́би я́ко милосе́рд, премно́жеством бла́гости. Тем ра́дующеся, вознесе́м и́мя Его́, и Того́ возвели́чим кра́йнее снизхожде́ние.
Крест, будучи воздвигаем36, побуждает37всю тварь воспевать38пречистую39страсть Вознесенного40на нем. Ибо умертвив на нем нашего убийцу, Он оживил умерщвленных, сделал их прекрасными41и достойными жизни42на небе, как милосердый43, по превосходству44благости. Посему радуясь45вознесем46имя47Его и возвеличим Его крайнее48снисхождение49. (Трижды)
Моисе́й предобрази́ тя, ру́ки просте́р на высоту́, и побежда́ше Амали́ка мучи́теля, кре́сте честны́й, верных похвало́, страда́льцев утвержде́ние, апо́столов удобре́ние, пра́ведных побо́рниче, всех преподо́бных спаси́телю. Тем тя воздвиза́ема зря́щи тварь, весели́тся и торжеству́ет сла́вящи Христа́, тобо́ю разстоя́щая собра́вшаго, кра́йнею бла́гостию.
Моисей прообразовал тебя, простерши руки вверх50, и побеждал51мучителя52Амалика, Крест драгоценный53, похвала54верных, твердость55страдальцев56, украшение57апостолов, поборник58праведных, спасение59всех преподобных60. Посему вся тварь, видя тебя воздвигаемым, веселится и торжествует, славя Христа, через тебя сблизившего61разъединенное, по крайней благости62. (Трижды)
Кре́сте пречестны́й, его́же обстоя́т чи́ни а́нгельстии веселя́щеся, днесь воздвиза́емь, боже́ственным манове́нием возно́сиши вся, окраде́нием сне́ди отгна́нныя и в смерть попо́лзшияся. Те́мже тя сердцы́ и устна́ми ве́рнии лобыза́юще, свяще́ние почерпа́ем, возноси́те, вопию́ще, Христа́ – преблага́го Бо́га, и Того́ покланя́йтеся боже́ственному подно́жию.
Крест, преблагоговейно чтимый63, который радостно64окружают65чины ангелов, ты, будучи сегодня воздвигаем, божественным мановением66возносишь всех, отверженных за похищение снеди67и соскользнувших в смерть. Посему мы, верные68, лобызая69тебя сердцем и устами, почерпаем70освящение, восклицая: возносите Христа преблагого71Бога и поклоняйтесь Его божественному подножию72. (Дважды)
Слава и ныне, глас 2
Прииди́те вси язы́цы, благослове́нному дре́ву поклони́мся, и́мже бысть ве́чная пра́вда. Пра́отца бо Ада́ма прельсти́вый дре́вом, Кресто́м прельща́ется и па́дает низве́ржен падением стра́нным, мучи́тельством одержа́вый ца́рское зда́ние; кро́вию Бо́жиею яд змие́в отмыва́ется, и кля́тва разруши́ся осужде́ния пра́веднаго, непра́ведным судо́м Пра́веднику осужде́ну бы́вшу: дре́вом бо подоба́ше дре́во исцели́ти, и стра́стию Безстра́стнаго я́же на дре́ве разреши́ти стра́сти осужде́ннаго. Но сла́ва, Христе́ Царю́, е́же о нас Твоему́ му́дрому смотре́нию, и́мже спасл еси́ всех, я́ко благ и человеколю́бец.
Приидите, все народы73, поклонимся благословенному древу, через которое настала74вечная правда75. Ибо прельстивший76деревом77праотца Адама прельщается78Крестом79; низверженный80падает ужасным81падением, насильно82завладевший83царским созданием84. Кровью Божией смывается85яд змия86, и уничтожено проклятие праведного осуждения87после осуждения Праведника неправедным судом88. Ибо надлежало исцелить деревом дерево89и уничтожить страстью Бесстрастного на дереве страсти90осужденного. Но слава, Христе Царь91, Твоему мудрому92промышлению93о нас, которым Ты всех спас, как благой и человеколюбивый.
Паремии
I. Исход 15:22–27; 16:1
Поя́т Моисе́й сы́ны Изра́илевы от мо́ря Чермна́го, и веде́ ты́я в пусты́ню Сур: и идя́ху три дни в пустыни, и не обрета́ху воды́, да бы́ша пи́ли. Приидо́ша же в Ме́рру, и не можа́ху пи́ти воды́ из Ме́рры, горька́ бо бе: сего́ ра́ди нарече́ся и́мя месту тому́ «го́речь». И ропта́ху лю́дие на Моисе́а, глаго́люще: что пие́м? Возопи́ же Моисей ко Го́споду, и показа́ ему́ Госпо́дь дре́во: и вложи́ то́е в во́ду, и сладка́ бысть вода́. Та́мо положи́ ему́ Бог оправда́ния и суды́. И та́мо искуша́ше его́, и рече́: Аще слу́хом услы́шиши глас Господа, Бо́га твоего́, и уго́дная пред Ним сотвори́ши, и внуши́ши за́поведи Его́, и сохрани́ши вся оправда́ния Его́, вся́ку боле́знь, ю́же наведо́х еги́птяном, не наведу́ на тя: Аз бо есмь Госпо́дь исцеля́яй тя. И приидо́ша во Ели́м, и бя́ху та́мо двана́десять исто́чников вод, и се́дмъдесят сте́блий фи́никовых: и ополчи́шася та́мо при вода́х. И воздвиго́шася от Ели́ма, и прии́де весь сонм сыно́в Изра́илевых в пусты́ню Син, я́же есть между́ Ели́мом и между́ Си́ною.
Повел Моисей израильтян от Чермного моря94, и они вступили в пустыню Сур95, и шли они три дня по пустыне и не находили воды. Пришли в Meppу96, и не могли пить воды в Мерре, ибо она была горька, почему и наречено тому (месту) имя Мерра. И возроптал народ на Моисея, говоря: что нам пить? (Моисей) возопил к Господу, и Господь указал ему дерево97, и он бросил его в воду, и вода сделалась сладкой. Там Бог дал народу устав и закон98, и там испытывал его99. И сказал: если ты будешь слушаться гласа Господа, Бога твоего, и делать угодное пред очами Его, и внимать100заповедям Его, и соблюдать все уставы Его, то не наведу на тебя ни одной из болезней, которые навел Я на Египет101, ибо Я Господь, (Бог твой,) целитель твой. И пришли в Елим102. Там было двенадцать источников воды и семьдесят финиковых деревьев, и расположились там станом при водах. И двинулись из Елима, и пришло все общество сынов Израилевых в пустыню Син103, что между Елимом и Синаем.
В настоящей паремии рассказывается об одном из многочисленных чудесных событий в жизни еврейского народа по выходе его из Египта.
Долголетнее рабство в Египте не могло воспитать в евреях мужества, стойкости в борьбе с различными невзгодами на пути к достижению земли обетованной. Едва не доставало им чего-либо (воды, пищи) или возникала какая-либо опасность, – они тотчас начинали роптать на Моисея, своего вождя, и через то на Самого Бога. Так было и у Мерры, когда у евреев не оказалось воды. Господь, постепенно воспитывая Свой освобожденный из рабства народ, и теперь, дав испытать народу еврейскому горечь и тяжесть лишения воды, показал ему сладость Своей милости, радость чудесного утоления жажды.
Не то ли Господь сделал и для всего человечества, силой Креста Христова уничтожив горечь смерти («пожерта бысть до конца смерть») (стих, на хвалит.), отравлявшую жизнь людей, как тогда «древом услади горечь вод Мерры прообразующее Креста действо» (канон, песнь 9, троп. 1). «Горесть древле ослаждая Моисея, избави Израиля,образом Крест прописуя» (стих, на вечерне). Блаж. Феодорит говорит: «древом горькая вода преложена в сладкую. Ибо сим предызображается наше спасение: спасительное древо Креста усладило горькое море язычников» – услаждена горькая жизнь язычников. И ныне от Креста Христова истекающая сладость и утешение услаждает христиан в их горестях и скорбях, в их странствовании в этой временной жизни, в их борьбе со своими страстями и опасностями на пути в Обето Крест Господень, и вернии... вземлют исцеления души же и тела, и всякия болезни» (стих. на хвалит.).
II. Притчи 3:1–18
Сы́не, не пренебрегай наказания Госпо́дня, ниже́ ослабева́й от Него́ облича́емый. Его́же бо лю́бит Гопо́дь, наказу́ет: бие́т же вся́каго сы́на, его́же прие́млет. Блаже́н челове́к, и́же обре́те прему́дрость, и сме́ртен, и́же уве́де ра́зум. Лу́чше бо сию́ купова́ти, не́жели зла́та и сребра́ сокро́вища. Честне́йшая же есть ка́мений многце́нных, не сопротивля́ется ей ничто́же лука́вое, благразу́мна есть всем лю́бящим ю́: вся́кое же честно́е недсто́йно ея́ есть. Долгота́ бо жития́ и ле́та жи́зни в десни́це ея́. В шу́йце же ея́ бога́тство и сла́ва: из уст ея́ исходит пра́вда, зако́н же и ми́лость на язы́це но́сит. Путие́ ея́ – путие́ добры́, и вся стези́ ея́ с ми́ром; дре́во живота́ есть всем держа́щимся ея́, и восклоня́ющимся на ню, я́ко на Го́спода, тверда́.
Сын, наказания104Господня не отвергай, и не тяготись обличением Его; ибо кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как отец к сыну своему105.Блажен человек, который снискал мудрость106, и человек, который приобрел разум, потому что приобретение ее лучше приобретения серебра, и прибыли от нее больше, нежели от золота: она дороже драгоценных камней; (никакое зло не может противиться ей; она хорошо известна всем107,приближающимся к ней), и ничто108из желаемого тобой не сравнится с нею. Долгоденствие в правой руке ее, а в левой у нее богатство и слава; (из уст ее выходит правда; закон и милость она на языке носит)109; пути ее приятные, и все стези ее мирные. Она древо жизни110для тех, которые приобретают ее, и блаженны, которые сохраняют её111.
В этом паремийном чтении прославляется мудрость, приобретаемая более всего терпеливым перенесением бедствий и страданий, посылаемых людям Богом для их вразумления и наставления на путь истины.
Соломон убеждает сына быть внимательным («не пренебрегай») к бедствиям, посылаемым Богом для вразумления («обличаемый») людей, и не унывать («ниже ослабевай») среди этих бедствий, потому что эти беды и житейские невзгоды – знак любви Божией. Отец наказывает («биет») сына только любимого, законного («егже приемлет»). Плод же внимательного отношения к страданиям и терпеливого, безропотного (без уныния) перенесения их – мудрость, в приобретении которой – счастье человека. Мудрость – лучше, выше, дороже всех драгоценностей («злата и сребра», «камений многоценных») и всех земных, скоропреходящих и тленных сокровищ, часто с великими лишениями и с большими трудами приобретаемых людьми. Олицетворяя мудрость, Соломон изображает ее щедрой («в деснице», «в шуйце») раздательницей не только высших земных благ (долголетия, богатства и славы), но и великих благ духовных («правда, закон и милость»). А потому идущие в жизни путем мудрости приходят к приобретению истинного добра и счастья, которое – в мире; они как бы снова приобретают утерянное в раю прародителями право на «древо жизни» и, опираясь («восклоняющимся») на него, как на Бога, получают твердыню («твердь») среди бурь и невзгод жизни.
То, что сказано в этом чтении о мудрости, вполне применимо ко Христову Кресту. Крест Христов – наша мудрость, так как в распятии Спасителя на Кресте открылась нам «Божия премудрость» (1Кор. 1:24). Крест Христов – источник нашей жизни, нашего спасения, нашего счастья: он – «грозд исполнен живота», им верующие «вземлют исцеления души же и тела, и всякия болезни», им – «основания поколебашася смерти» (церк. песноп.). Для ветхозаветного человека путь к мудрости был путем терпеливого и благоразумного перенесения Богом посланных страданий и бедствий, – и для христианина путь к жизни и счастью, даруемых Крестом Христовым – путь страданий и испытаний. «Аще кто хощет по Мне идти, да возьмет крест свой и по Мне грядет», завещал Божественный Крестоносец.
III. Исаия 60:11–16
Сия́ глаго́лет Госпо́дь: отве́рзутся врата́ твоя́, Иерусли́ме, вы́ну день и нощь, и не затворя́тся, е́же ввести́ к тебе́ си́лу язы́ков, и цари́ их ведо́мыя. Язы́цы бо и ца́рие, и́же тебе́ не поработают, поги́бнут: и язы́цы запусте́нием запусте́ют. И сла́ва Лива́нова к тебе́ прии́дет в кипари́се, и пе́вке, и ке́дре вку́пе, просла́вити ме́сто свято́е Мое́, и ме́сто ног Мои́х просла́влю. И по́йдут к тебе́ боя́щеся сы́нове смири́вших тя, и прогневавших тя, и покло́нятся следо́м ног твои́х вси прогне́вавшии тя, и нарече́шися град Госпо́день, Сио́н Свята́го Изра́илева. За е́же бы́ти тебе́ оста́влену, и возненави́дену, и не бе помога́яй тебе́: и положу́ тя в ра́дость ве́чную, веселие родом родо́в. И иссе́ши млеко́ язы́ков, и бога́тство царе́й сне́си, и разме́еши, я́ко Аз, Госпо́дь, – спаса́яй тя и избавля́яй тя – Бог Изра́илев.
Так говорит Господь: и будут всегда отверсты врата твои, Иерусалим, не будут затворяться ни днем, ни ночью, чтобы приносимо было к тебе достояние народов112и приводимы были цари их. Ибо народы и царства, которые не захотят служить тебе, погибнут, и такие народы совершенно истребятся113.Слава Ливана114придет к тебе, кипарис и певг и вместе кедр115, чтобы украсить место святилища Моего, Я прославлю подножие ног Моих116. И придут к тебе с покорностью сыновья угнетавших тебя, и падут к стопам ног твоих все, презиравшие тебя, и назовут тебя городом Господа, Сионом Святого Израилева. Вместо того, что ты был оставлен и ненавидим, так что никто не проходил через тебя Я соделаю тебя величием навеки, радостью в роды родов. Ты будешь насыщаться молоком народов, и груди царские сосать будешь, и узнаешь, чтоЯ,Господь, Спаситель твой, и Искупитель твойСильный Иаковлев.
В этом пророчестве Исаия изображает будущее величие и будущую славу Иерусалима, не указывая, когда настанут эти счастливые для него времена. Но так как пророк во всей главе (60-й), откуда взято это пророчество, противополагает славное будущее Иерусалима и всего израильского народа предшествующему их унижению и рассеянию, – то, очевидно, пророк имеет в виду ближайшим образом славу Иерусалима после возвращения евреев из плена Вавилонского. С другой стороны, Исаия, изображая будущее величие Иерусалима, употребляет такие выражения, указывает такие черты этого величия, которые ни в коем случае не могут быть приложимы к историческому Иерусалиму. Поэтому отцы Церкви изображение славы будущего Иерусалима у пророка Исаии рассматривают и объясняют, как изображение величия и славы «Нового Иерусалима» – Церкви Христовой, а также как изображение того духовного величия, какое приобрел и исторический город Иерусалим, как место страданий и смерти Спасителя.
Действительно, только двери нового Иерусалима – Церкви Христовой – непрестанно («выну день и ночь») открыты для всех непрерывно входящих в нее язычников с их богатствами («цари ведомыя»), потому что только в Церкви – спасение, а вне ее – погибель. ТолькоЦерковьХристова, как святыня Господня, как «место ног» Господних, прославлена в мире, и имеет незыблемо прочное существование, как бы созданная из прочнейших и крепчайших дерев славного Ливана. Только теперь Иерусалим – истинный «град Господень, Сион Святого Израилева», где верующие христиане действительно покланяются «следам ног» Господа Иисуса Христа. Только в Церкви Христовой – «радость вечная, веселие родом родов». Только христиане, пребывая в недрах Церкви, поистине знают, что Господь – Спаситель и Избавитель. И все это потому, что в Иерусалиме, на Голгофе, принесена бесценная крестная жертва Спасителем, здесь совершено искупление людей и положено основание Церкви Христовой – славного нового Иерусалима. Прославляя в праздник Воздвижения Крест Христов, естественно напомнить пророчество Исаии о славе Иерусалима. Упоминание же пророком о ливанских деревьях – кипарисе, певге и кедре – дало основание некоторым толковникам применять эти слова к древу Креста Христова или в том смысле, что сам этот Крест был сделан из этих трех родов деревьев, или в смысле духовном, что эти крепкие и имевшие, кроме того, целительную силу виды деревьев знаменуют крепость и силу, спасительность и целительность для верующих Креста Христова.
Стихиры на литии
Эти стихиры, как занимающие не первое место в бдении, не столь, так сказать, принципиального содержания, как стихиры на Господи воззвах, не заглядывают так, как те, в самые основы и глубину празднуемого события.
Они занимаются значением его ближайшим, значением для нас и нашего времени. Если стихиры на Господи воззвах говорят более о распятии, а стихиры на стихве – о Кресте, то эти – о самом воздвижении Креста.
1-я стихира«Днесь яко воистинну»представляет воздвижение Креста как наше осенение силой Божией, 2-я«Насажденное на Крайневе месте»– как наше освящение, 3-я«Прообразуя Крест Твой»и 4-я«Божественное сокровище»– как залог победы, причем первая из них говорит об этом с точки зрения ветхозаветного прообраза события (благословения патр. Иакова), а вторая – с точки зрения исторической основы события (обретение Креста). 5-я стихира«Рук премненение»указывает на значение события в борьбе с диаволом и грехом, б-я стихира«Ты мой покров»– краткая личная молитва христианина ко Кресту о защите и освящении, невольно исторгаемая предыдущим созерцанием. Две последние стихиры«Восплещем днесь»и "Светосиянен звездами» –такая же молитва от всех нас, молитва об освящении и укреплении Крестом и его воздвижением, причем первая из них возводит мысль к распятию, а вторая – к явлению креста на небе. Наконец, заключительная стихира на Слава и ныне«Честного Креста, Христе»,указывая на важнейший ветхозаветный прообраз события – молитву Моисея с простертыми руками при сражении с амаликитянами – обозревает во всей широте и глубине значение события: для отгнания демонов и тления и для сообщения всех дарований.
Самогласны, глас 1. Андрея Иерусалимского117
Днесь я́ко вои́стинну святовеща́нный глаго́л Дави́дов коне́ц прия́т: се бо я́ве пречи́стых ног Твои́х покланяемся подно́жию, и на сень крилу́ Твоею наде́ющеся, Всще́дрый, вопие́м Ти: да зна́менуется на нас свет лица́ Твоего́, правосла́вных люде́й Твои́х рог вознеси́ Честна́го Креста́ Твоего́ воздви́жением, Христе́ Многоми́лостиве.
Как сегодня действительно получило исполнений118святозвучно119слово120Давидово! Ибо вот мы явно покланяемся поножию121пречистых122ног Твоих и, надеясь на осенение крыльями Твоими123Всещедрый124, восклицаем Тебе: да отпечатлеется на нас свет лица Твоего125, подними рог126православных людей Твоих воздвижением Креста Твоего, Христе Многомилостиве127.
Насажде́нное в кра́ниеве ме́сте дре́во су́щаго живота́, на не́мже соде́ла спасе́ние Преве́чный Царь посреде́ земли́, возноси́мо днесь, освяща́ет ми́pa концы́, и обноля́ется Воскресе́ния дом: ра́дуются а́нгели на небеси́, и веселятся челове́цы на земли́, Дави́дски вопию́ще и глго́люще: возноси́те Го́спода Бо́га на́шего, и поклоня́йтся подно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть: подая́й ми́ру ве́лию ми́лость.
Насажденное на Лобном месте древо настоящей128жизни, на котором устроил129спасение превечный130Царь среди земли131, будучи воздвигаемо сегодня, освящает концы132мира, и обновляется дом воскресения133. Радуются ангелы на небе и веселятся134люди на земле, восклицая по Давиду и говоря: возносите Господа Бога нашего и поклоняйтесь подножию ног Его135, потому что оно свято136, Подавший137миру великую милость.
Прообразу́я Крест Твой, Христе́, патриа́рх Иа́ков, вну́ком благослове́ние да́руя, на глава́х премене́ны ру́ки сотвори; его́же, Спа́се, мы днесь вознося́ще взыва́ем: да́руй христолюби́вому импера́тору побе́ды, я́ко Костанти́ну одоле́ние.
Преобразуя Крест Твой, Христе, патриарх Иаков, когда давал внукам благословение, переложил138на головах139их руки140. Воздвигая же сегодня этот (Крест), мы восклицаем: подай141христолюбивому императору142победы143,как Константину (подал) одоление (врагов)144.
Глас 2. Феофаново145
Боже́ственное сокро́вище в земли́ скрыва́емо, Жизнда́вца Крест на небесе́х показа́ся царю́ благочести́вому и побе́ды на враги́ подписа́ние явля́ет разу́мно. Его́же ра́дуяся ве́рою и любо́вию, боже́ственно восте́к к высоте́ зре́ния, тща́нием же того́ от земны́х недр изнесе́ во избавле́ние ми́pa и спасе́ние душ на́ших.
Божественное сокровище, скрывавшееся в земле,Крест Жизнодавца явился на небесах146благочестивому147царю и о победах над врагами мысленно148дает надпись149явственную150.(Царь) же, радуясь151, с верой и любовью божественно152поспешив к возвышенному созерцанию153,со тщанием выносит его из земных недр154для избавления155мира156и спасения наших душ.
Киприаново157
Рук премене́ние патриа́рха Иа́кова на благослове́ние чад, державное Креста́ Твоего́ предъявля́ше зна́мение. Его́же мы держа́ще тве́рда храни́теля, де́монския всмо́щно отго́ним полки́, и велиа́рову горды́ню в нем низлага́ем, вражде́бнейшаго Амали́ка побежда́ем всегби́тельную си́лу. Того́ и ны́не возноси́ма благочестивму́дренно, ве́рнии, во очище́ние грехо́в, Твое́й бла́гости во многомножа́йшем гла́се вопию́ще прино́сим: Го́споди, поми́луй, из Де́вы воплоти́выйся, уще́дри рук Твои́х, Бла́же, мудрое созда́ние.
Переложение рук патриархом Иаковом при благословении детей158предуказывало на сильное159знамение160Твоего Креста. И мы, имея161его надежным162хранителем163,всесильно164отгоняем полки165демонов и низлагаем Велиарову166гордость167;им и побеждаем168всегубительную силу враждебнейшего Амалка169. Этот же (Крест), ныне благоговейно170воздвигаемый, приносим (Тебе) во очищение грехов171,взывал к Твоей благости многократнейшим172восклицанием: «Господи, помилуй». Воплотившийся из Девы, умилосердись173, Благий, над мудрым созданием174Твоих рук.
Льва Деспота175
Ты мой покро́в держа́вен есй, трича́стный кре́сте Христов: освяти́ мя си́лою твое́ю, да ве́рою и любо́вию покланя́юся и сла́влю тя.
Ты моя крепкая176защита177,трехчастный178Крест Христов; освяти179меня силой180твоей, чтобы я с верой и любовью181кланялся (тебе) и прославлял тебя.
Глас 4
Воспле́щем днесь пе́сненное торжество́, и светлым лице́м, и языком я́сно возопии́м: нас ра́ди, Христе́, суд прие́мый, и оплева́ния и ра́ны, и червлени́цею оде́явься, и на крест возше́д, Его́же ви́девше со́лнце и луна́ свет скры́ша, и стра́хом земля́ колеба́шеся, и заве́са церко́вная раздра́ся на дво́е: Ты и ны́не да́руй Крест Твой Честный нам, блюсти́теля и храни́теля, и прогони́теля де́монов, я́ко да вси облобыза́юще, вопие́м ему́: спаси́ ны, кре́сте, си́лою твое́ю, освяти́ ны све́тлостию твое́ю, честны́й кре́сте, и укрепи́ ны воздви́жением твои́м, я́ко свет нам дарован еси́, и спасе́ние душ на́ших.
Будем рукоплескать182сегодня песененному183торжеству184и с сияющим лицом воскликнем явственно185языком186:Христос, принявший ради нас суд, оплевания и раны187, одевшийся в багряницу188и на крест восшедший189,видя Которого солнце и луна скрыли свет, от страха колебалась земля и разодралась на двое190церковная завеса! Ты и ныне сделай драгоценный Крест свой для нас блюстителем191, хранителем192и прогонителем демонов193,чтобы мы все, целуя (его), восклицали ему: спаси нас, Крест, силой твоей! освяти194нас светлостью195твоей, драгоценный196Крест! и укрепи197нас воздвижением твоим,так как ты нам дарован в качестве света198и спасения душ наших199.
Анатолия200
Светосия́нен звезда́ми о́браз предпоказа́, Кре́сте, побе́ду одоле́ния благочести́вому царю́ вели́кому, его́же ма́ти Еле́на, изобре́тши, мироявле́нна сотвори́: и тя днесь воздви́жуще, ве́рных ли́цы зове́м: просвети́ ны све́тлостию твое́ю, Кре́сте Живоно́сный, освяти́ ны кре́постию твое́ю, Всечестны́й Кре́сте, и утверди́ ны водви́жением твои́м, воздвиза́емый ко ополче́нию враго́в.
Крест! (Твой)201сверкающий202звездами203образ204предуказал решительные победы205благочестивому великому206царю207,мать которого, открыв тебя, сделала ведомым (всему) миру208; и сегодня, воздвигая тебя, мы, хоры209верных, восклицаем: просвети нас светлостью210твоей, Живоносный211Крест! освяти нас крепостью212твоей, всеблагоговейно чтимый213Крест! укрепи нас воздвижением твоим, воздвигаемый наряды214врагов!
Слава и ныне, глас тойже. Анатолия
Честна́го Креста́, Христе́, де́йство прообрази́в Мосе́й, победи́ проти́внаго Амали́ка в пусты́йи Сина́йстей: егда́ бо простира́ше ру́це, Креста́ о́браз творя́, укреля́хуся лю́дие: ны́не же веще́й сбытие́ в нас испо́лнися: днесь Крест воздвиза́ется – и де́мони бе́гают; днесь тварь вся от тли свободи́ся, вся бо Креста́ ра́ди возсия́ша нам дарова́ния. Те́мже ра́дующеся вси припа́даем Тебе́ глаго́люще: я́ко возвели́чишася дела́Твоя́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Христе! Моисей, предначертав215действий216драгоценного Креста, победил217противника Амалика в Синайской пустыне; ибо когда он распростирал218руки, изображая (этим) Крест, народ укреплялся; ныне же на нас совершилось исполнение219того220:сегодня Крест воздвигается и демоны бегут221;сегодня вся тварь освободилась от тления222;ибо блестящи все ради Креста нам дары223; посему все мы, радуясь, припадаем к Тебе, говоря: как величественны дела Твои, Господи224! Слава Тебе225.
Стихиры на стиховне
Эти стихиры посвящены исключительно Кресту, составляя лично обращенное к нему приветствие. Притом такое обращение заключают уже все настоящие стихиры, тогда как доселе оно появлялось в стихирах при особом подъеме чувства (на Господи воззвах – последняя стихира, на литии три последние по местам). Первая стихира«Радуйся, Живоносный Кресте»изображает премирное значение Креста; вторая «Радуйся, Господень Кресте»– значение его для здешнего мира; третья«Радуйся, слепых наставниче» –его целительное значение, т. е. для отрицательной стороны мира, для не-мира (небытия, умаления бытия). Заключительная стихира на Слава и ныне в контраст с лиризмом предыдущих песней эпически-просто и спокойно обозревает судьбу Креста на протяжении Ветхого и Нового Завета.
Глас 5. Самоподобен226
Ра́дуйся, Живоно́сный Кре́сте, благоче́стия непобди́мая побе́да, дверь ра́йская, ве́рных утвержде́ние, Це́ркве огражде́ние, и́мже тля разори́ся и упраздни́ся, и попра́ся сме́ртная держа́ва, и вознесо́хомся от земли́ к небе́сным; ору́жие непобеди́мое, бесо́в сопротивбо́рче, сла́ва му́чеников, преподо́бных я́ко вои́стинну удобре́ние, приста́нище спасе́ния, да́руяй ми́ру ве́лию ми́лость.
Радуйся227, Живоносный Крест, неодолимая228победа229благочестия, дверь рая, опора230верных, ограда Церкви, которым разршено231и упразднено232тление, и попрана233власть234смерти, и мы вознесены235от земли на небо, непобедимое236оружие, противник2376ecoв238, слава мучеников239, как и воистину украшение240преподобных241, пристань спасения242,дарующий миру великую милость243.
Стих: Возноси́те Го́спода, Бо́га на́шего, и покланя́йтся подно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть.
Превозносите Господа,Бога нашего, и покланяйтесь подножию ног Его,ибо оно свято (Пс. 98:5)244.
Ра́дуйся, Госпо́день Кре́сте, и́мже разреши́ся от кля́твы челове́чество, су́щия ра́дости зна́мение, прогня́яй враги́ во твое́м воздви́жении, всече́стне. Нам пмо́щниче, кре́пость праведных, свяще́нников благле́пие, вообража́емый, и лю́тых избавля́яй, жезл си́лы, и́мже пасе́мся, ору́жие ми́pa, его́же со стра́хом обстоя́т а́нгели, Христа́ боже́ственная сла́ва, подаю́щаго ми́ру ве́лию ми́лость.
Радуйся, Господний245Крест, которым разрешено от проклятия человечество246, знамение действительной247радости, прогоняющий248врагов249при твоем воздвижении, всеблагогвечночтимый250, наш251помощник252; держава253царей, крепость254праведных, благолепие255священников, одним изображением своим256избавляющий от бедствий257; жезл силы, которым258мы пасемся; оружие мира259, которое со страхом окружают ангелы260; божественная слава261Христа, подающего миру великую милость.
Стих: Бог же Царь наш пре́жде ве́ка соде́ла спасе́ние посреде́ земли́.
Бог же Царь наш прежде века, совершил спасение посреди земли (Пс. 73:12)262.
Ра́дуйся, слепы́х наста́вниче, немощны́х врачу́, вокресе́ние всех уме́рших, воздви́гнувый ны во тлю па́дшия, Кре́сте честны́й, и́мже разруши́ся кля́тва, и процвете́ нетле́ние, и земни́и обожи́хомся, и диа́вол всекне́чно низве́ржеся. Днесь воздвиза́ема тя ви́дяще рука́ми архиере́йскими, возно́сим Вознесе́ннаго посреде́ тебе́, и тебе́ покланя́емся, почерпа́юще бога́тно ве́лию ми́лость.
Радуйся, руководитель263слепых264, врач недужных265, воскресение всех266умерших, воздвигнувший267нас, впавших в тлние268, Крест драгоценный, которым разрушена клятва269,процвело нетление270, земные обожены271и диавол окончательно272низвержен273! Видя тебя сегодня воздвигаемым архиерейскими274руками, превозносим Вознесенного275на тебе и кланяемся тебе, почерпая276великую милость.
Слава и ныне, глас 8. Иоанна монаха277
Его́же дре́вле Моисе́й прообразовал собо́ю, Амали́ка низложи́в победи́: и Дави́д песнопе́вец подно́жию Твоему́ вопия́ кла́нятися повелева́ше. Честно́му Кресту́ Твоему́, Христе́ Бо́же, днесь гре́шнии кла́няемся; устна́ми недостойными, Тя изво́лившаго пригвозди́тися на нем, воспева́юще, мо́лимся: Го́споди, с разбо́йником Ца́ствия Твоего́ сподо́би нас.
Христе Боже, драгоценному Кресту Твоему, который Моисей, прообразовав собою278, повергнув, победил Амалика279и которому заповедал280Давид281певец282кланяться, зовя его подножием Твоим, (этому Кресту) мы грешные283сегодня кланяемся, (и) воспевая недостойными устами Тебя, соизволившего284пргвоздиться на нем, молимся: Господи, удостой нас с разбойником царствия Твоего285.
Тропарь
Это единственный из тропарей двунадесятых праздников, представляющий из себя сплошную молитву, что вполне отвечает характеру праздника. Молитва возносится прежде всего псалмическими словами об усвоении нами того спасения, которое уже совершено Христом на Кресте, и о даровании соединенного с этим спасением благословения Божия во имя того, что мы через искупление уже народ и удел Божий. Но исторически повод для установления праздника побуждает присоединить сюда и частнейшую молитву о даровании Крестом победы императору (как некогда Константину) и об охранении нас Крестом (залогом чего является осенение Крестом при воздвижении его).
Тропарь, глас 1
Спаси́, Господи, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́, побе́ды благочести́вому импера́тору на́шему (имя) на сопроти́вныя да́руя, и Твое́ сохраня́я Кресто́м Твои́м жи́тельство.
Спаси, Господи, народ286Твой и благослови удел287Твой288, Крестом Твоим подавая победы благочестивому императору нашему (имя)289на врагов290и охраняя жительство291Твое. (Трижды)
Утреня
Седальны по кафисмах
Эти седальны, как первые песни новой (на бдении) службы – утрени, должны говорить о событии с основной (принципиально) и общей точки зрения. Потому 1-й седален по 1-й кафисме«Токмо водрузися древо»указывает первоисточник той силы, которую получил Крест, в его тесном отношении к разрушившей смерть и ад смерти Христовой. 2-й седален по 1-й кафисме«Креста Твоего древу»указывает на другую сторону в этом же отношении – еще более близкую нам и отрадную для нас: спасение Крестом разбойника; там – более об отношении Креста к самому Христу в момент смерти Христовой, здесь – к людям; вместе с тем этот седален ближе приступает к сути праздника, говоря о поклонении Кресту. С того же начинается следующий седален – 1-й по 2-й кафисме«Днесь пророческое исполнися слово»,возводящий мысль уже к ветхозаветным корням праздника – пророчеству о нем Давида. А 2-й седален по 2-й кафисме«Проображаше таинственно»заглядывает в эти корни еще глубже – указывает на древнейший из прообразов события, выбирая между ними, в соответствии с преобладающей темой всей этой группы песнопений, наиболее соприкасающийся с обстоятельствами распятия (остановка солнца Иисусом Навином).
По 1-м стихословии седален, глас 6
То́кмо водрузи́ся дре́во, Христе́, Креста́ Твоего́, оснва́ния поколеба́шася сме́рти, Го́споди: его́же бо пожре́ желанием ад, отпусти́ тре́петом. Яви́л еси́ нам спасе́ние Твое́, Святы́й, и славосло́вим Тя, Сы́не Бо́жий. Поми́луй нас.
Как только водружено было древо Креста Твоего, Христе, поколебались основы292смерти293, Господи294, ибо Того, Кого с алчностью295поглотил296ад, он отпустил с трепетом. Ты явил нам спасение Твое, Святый297, и славословим Тебя298, Сыне Божий299, помилуй нас.
Слава и ныне, глас 1. Подобен: Камени запечатану300
Креста́ Твоего́ дре́ву покланя́емся, Человеколю́бче, я́ко на нем пригвозди́лся еси́, Животе́ всех. Рай отве́рзл еси́, Спа́се, ве́рою прише́дшему Ти разбо́йнику, и сладости сподо́бися испове́даяся Тебе́: помяни́ мя, Го́споди. Приими́ я́коже о́наго и нас зову́щих: согреши́хом вси, благоутро́бием Твои́м не пре́зри нас.
Древу Креста Твоего кланяемся, Человеколюбец301, так как на нем пригвоздился Ты, жизнь Всех; Ты рай открыл, Спаситель, пришедшему с верой к Тебе разбойнику и он удостоился наслаждения302, исповедаясь Тебе: «помяни меня, Господи». Прими, как его, и нас восклицающих: согрешили мы все, по милосердию Твоему не презри нас.
По 2-м стихословии седален, глас 6
Днесь проро́ческое испо́лнися слово: се бо поклня́емся на ме́сто, иде́же стоя́ша но́ги Твоя́, Го́споди. И дре́во спасения прие́мше, грехо́вных страсте́й свобо́ду получи́хом, моли́твами Богоро́дицы, еди́не Человеклю́бче.
Сегодня исполнилось пророческое слово303: ибо вот мы покланяемся месту, где стояли ноги Твои, Господи, и получив древо спасения, достигли304свободы от греховных305страстей, по молитвам Богородицы306, единственный307Человеколюбец308.
Слава и ныне, глас 8. Подобен: Повеленное тайно309
Прообража́ше та́инственно дре́вле Иису́с Навйн креста́ о́браз, егда́ ру́це простре́ крестови́дно, Спа́се мой, и ста со́лнце, до́ндеже враги́ низложи́ противостоя́щия Тебе́, Бо́гу. Ны́не бо за́йде на кресте́ Тя зря, и держа́ву сме́ртную разруши́в, весь мир совоздви́гл есй.
Спаситель! в древности310Иисус Навин таинственно прообразовал образ311креста, когда протянул крестовидно312руки313и остановилось солнце на то время, пока он не поразил врагов, сопротивлявшихся Тебе, Богу. Ныне же314солнце зашло, видя Тебя на кресте. И ты, разрушив власть смерти315, воскресил с собою316весь мир.
Величание
Величание праздника, называя, как и в другие Господские праздники, Христа «живодавцем» (подателем жизни), общей формулой большинства величаний («чтем») прославляет Крест Христов как «святый», т. е. освященный распятием на нем Христа и сообщающий нам через это святость, и как такой, которым Христос спас нас от рабства врагу, т. е. диаволу, что было необходимым условием святости, даром искупления по его отрицательной стороне (подле святости – положительного дара искупления).
Избранный псалом (т. е. стихи к величанию) первыми двумя стихами ставит нас перед зрелищем неправедного суда над Христом и насильственной смерти Его, исторгающей у Него молитву к Богу о защите. 3-й стих указывает на благотворное следствие для нас крестной смерти Христовой (благоволение Божие к нам). Стихи 4–7 изображают значение самого орудия этой смерти – Креста как «оружия благоволения», «спасительнаго от врагов знамени» и средства для всех народов и всей земли познать «путь Господень» и «спасение Его». Дальнейшие стихи, 8–11, занимаются нашим личным отношением ко Кресту, приглашая поклониться ему, указывая на радость о нем самих деревьев лесных и на то, что содланным через него среди земли спасением Бог явил Себя Царем нашим; настоящим поклонением Его святому подножию мы должны превозносить Его. Последние стихи псалма 12–14 заключают молитву во имя Креста к Богу о благословении, спасении, «пасении» (воспитании) и возвышении нас.
Велича́ем Тя, Живода́вче Христе́, и чтем Крест Твой святы́й, ймже нас спасл еси́ от рабо́ты вра́жия.
Величаем Тебя, податель жизни Христос, и чтим Крест Твой святой, которым Ты спас нас от рабства врагу.
1. Суди́, Го́споди, оби́дящия мя, побори́ борю́щия мя.
Суди, Господи, обижающих317меня, побори борющихся со мною (Пс. 34:1).
2. Приими́ оружие и щит, и воста́ни в по́мощь мою́.
Возьми оружие и щит318и восстань на помощь мне (Пс. 34:2).
3. Зна́менася на нас свет лица́ Твоего́, Го́споди.
Отпечатлелся на нас319светлица Твоего, Господи (Пс. 4:7).
4. Яко ору́жием благоволе́ния венча́л есй нас.
Благоволением, как оружием320, оградил Ты нас (Пс. 5:13).
5. Дал еси́ зна́мение боя́щимся Тебе́, е́же убежа́ти от лица́ лу́ка.
Дал боящимся Тебя знамение, чтобы убежали от лука321(Пс. 59:6).
6. Позна́ти на земли́ путь Твой, во всех язы́цех спсе́ние Твое́.
Чтобы узнать на земле путь Твой, во всех народах спасение Твое (Пс. 66:3).
7. Ви́деша вси концы́ земли́ спасе́ние Бо́га на́шего.
Увидели все концы земли спасение Бога нашего (Пс. 97:3).
8. Поклони́мся на ме́сто, иде́же стоя́сте но́зе Его́.
Поклонимся (по направлению) к месту, где стояли ноги Его (Пс. 131:7)322.
9. Тогда́ возра́дуются вся древа́ дубра́вная.
Тогда возрадуются все деревья лесные (Пс. 95:12)323.
10. Бог же Царь наш пре́жде ве́ка, соде́ла спасе́ние псреде́ земли́.
Бог жеЦарь наш, прежде века соделал спасение среди земли324(Пс. 73:12).
11. Возноси́те Го́спода, Бо́га на́шего, и покланя́йтеся подно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть.
Превозносите Господа Бога нашего и покланяйтесь подножию ног Его, ибо оно свято325(Пс 98:5).
12. Благослови́ ны, Бо́же, Бо́же наш, благослови́ ны, Бо́же.
Благослови326нас, Боже, Боже наш! Благослови нас, Боже! (Пс. 66:7).
13. Спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́.
Спаси народ Твой и благослови наследие Твое (Пс. 27:9а).
14. И упаси́ я́, и возми́ я́ до ве́ка.
И паси их, и возвышай327их до века328(Пс. 27:9б).
Седален по полиелее
Как важнейший из седальнов, имеющий место на торжественнейшей части службы, этот седален говорит о Кресте с особенно всеобъемлющей точки зрения, сообщая и новые, по сравнению с прежними песнопениями, данные о значении его; именно: 1) древо Креста одело в жизнь человека, смертельно обнаженного райским древом; 2) исполнило мир радости, а 3)Церковь– славы, образом чего было совпавшее с первым воздвижением Креста освящение храма Воскресения. Этот седален, как и первые по кафисмам, за общность содержания употребляются и на дневных службах среды и пятницы в соответствующих гласах.
Седален, глас 8. Подобен: Повеленное тайно329
В раи́ мя пре́жде дре́во обнажи́, о вкуше́нии враг принося́ умерщвле́ние; Креста́ же дре́во, живота́ одея́ние члове́ком нося́, водрузи́ся на земли́, и мир весь испо́лнися вся́кия ра́дости. Его́же зря́ще возвыша́ема, Бо́гу ве́рою лю́дие согла́сно возопии́м: испо́лнь сла́вы дом Твой.
В раю меня некогда330обнажило дерево331, при вкушении враждебное, принося умерщвление332; древо же Креста, принося людям одежду жизни, водрузилось на земле, и мир весь наполнился всякой радостью. Это-то (древо) видя возносимым333, Богу с верою334, народы, согласно335воскликнем: полон славы дом Твой.
Слава и ныне, тойже.
Прокимен
Для прокимна взят такой псалмический стих, который прикровенно указывает и на распятие и на воздвижение (Крест воздвигается, поднимается, чтобы он был виден всем). Стихом к прокимну служит 1-й стих того псалма, из которого взят прокимен, как это обыкновенно делается, но этот стих хорошо выражает как торжественность («воспойте») и характер («песнь нову») праздника, так и значение празднуемого события («дивна сотвори Господь»).
Прокимен, глас 4
Ви́деша вси концы́ земли́ спасе́ние Бо́га на́шего.
Увидели все концы земли спасение Бога нашего (Пс. 97:3).
Стих: Воспо́йте Го́сподеви песнь но́ву, я́ко ди́вна сотвори́ Госпо́дь.
Воспойте Господу новую песнь, ибо дивное сотворил Господь (ст. 1).
Евангелие
Для евангельского чтения на утрени выбрано такое место из Евангелий, в котором Спаситель предсказывал свое распятие и указывал на значение его для мира, притом в выражениях, напоминающих суть праздника («...Аз вознесен буду от земли»). Вместе с тем, это единственное в Евангелии свидетельство о крестной смерти Христа вместе и Его самого, и Бога Отца.
Ин. 12:28–36 (зачало 42)
Рече́ Госпо́дь: Отче, просла́ви и́мя Твое́. Прии́де же глас с небесе́: и просла́вих, и па́ки просла́влю. Наро́д же стоя́й и слы́шав глаго́лаху: гром бысть; ини́и глаго́лаху:
Ангел глаго́ла Ему́. Отвеща́ Иису́с и рече́: не Мене́ ра́ди глас сей бысть, но наро́да ра́ди. Ны́не суд есть ми́ру сему́, ны́не князь ми́pa сего́ изгна́н бу́дет вон. И а́ще Аз вознсе́н бу́ду от земли́, вся привлеку́ к Себе́. Сие́ же глаго́лаше назна́менуя, ко́ею сме́ртию хотя́ше умре́ти. Отвеща́ Ему́ наро́д: мы слы́шахом от зако́на, я́ко Христо́с пребыва́ет во ве́ки; ка́ко Ты глаго́леши, вознести́ся подоба́ет Сы́ну Челове́ческому? Кто есть сей Сын Челове́ческий? Рече́ же им Иису́с: еще́ мало вре́мя свет в вас есть; ходи́те, до́ндеже свет и́мате, да тьма вас не и́мет; и ходя́й во тьме не весть, ка́мо и́дет. До́ндеже свет и́мате, ве́руйте во свет, да сы́нове све́та бу́дете.
Сказал Господь: Отче, прославь имя Твое! Тогда пришел с неба глас: и прославил, и еще прославлю. Народ, стоявший и слышавший то, говорил: это гром; а другие говорили: Ангел говорил Ему. Иисус на это сказал: не для Меня был глас сей, но для народа. Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет. Народ отвечал Ему: мы слышали из закона, что Христос пребывает во век; как же Ты говоришь, что должно вознесену быть Сыну Человеческому? Кто этот Сын Человеческий? Тогда Иисус сказал им: еще на малое время свет есть с вами: ходите, пока есть свет, чтобы не объяла вас тьма; а ходящий во тьме не знает, куда идет. Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света.
Приводимая в евангельском чтении молитва Спасителя и Его речь после нее были вызваны переданным Ему желанием некоторых греков, очевидно, прозелитов, видеть Его. В этом желании пророческий взор Христа увидел первые признаки обращения к Нему всего языческого мира. Но Господь знал, что должно послужить главным, необходимым условием этого обращения к Нему всего мира. Это – крестная смерть Его, которая одна могла уничтожить темную власть над миром его князя – диавола. И вот переданное Ему желание греков видеть Его вызывает у Него мысль о такой близкой крестной смерти Его. Эта смерть, как Спаситель сказал и в последней своей первосвященнической молитве (Ин. 17), должна была прославить имя Отца Его Небесного. Впервые через эту смерть открылась миру вся правда, любовь и святость Божия, Бог открыл Себя во всех совершенствах Своих, и имя Его получило в мире всю славу свою. И вот, как ни тяжела для Господа эта предстоящая Ему неправедная и позорная смерть, сознание того, что она необходима для славы Божией, для чести имени Его, не только возбуждает в Нем полную готовность к этой смерти, но исторгает молитву о ней336. В ответ на эту молитву послышался голос с неба, говоривший от имени Бога Отца. Только два раза в жизни Спасителя бывал еще такой голос (настолько был важен настоящий момент). Бог Отец говорил, что уже прославил имя Свое и еще прославит.
«Прославил», очевидно, всею жизнью Спасителя, уже близившейся к концу; «прославит» – смертью Его; или, если иметь в виду обстоятельство, вызвавшее молитву Спасителя и небесный ответ на нее, «прославил» откровением Божиим в Израиле, которое завершилось явлением в нем Мессии – Христа; «прославит» – предстоящим откровением Божиим в языческом мире, какое будет иметь место по Христовой смерти и воскресении (ст. 28).
Не все присутствовавшие с одинаковой ясностью слышали этот чудесный голос. Возможно, что членораздельные звуки в нем и вообще все содержание слышали только Христос и апостолы, как достойнейшие, как способные к восприятию небесных откровений (видений), подобно тому, как и при крещении Христовом голос с неба слышали, по-видимому, только Христос и Креститель, подобно тому, как Илий не слышал божественного голоса Самуилу, как спутники Савла не видели и не слышали всего откровения ему на пути в Дамаск, как даже апостолы не видели тех ангелов во гробе воскресшего Христа, которых видела Мария Магдалина337. Судя по впечатлению, которое произвел голос на народ, это был громоподобный голос, но в нем слышались и членораздельные звуки, – и это соединение грома с такими звуками не могло не заключать в себе ужаса; в голосе звучало вместе с тем что-то небесное, как бы говорил ангел. Таким, по крайней мере, голос дал себя почувствовать более восприимчивым из народа; для менее восприимчивых и грубых голос казался просто громом. Не были ли этими более восприимчивыми греческие прозелиты, пожелавшие видеть Христа (ст. 29)
Спаситель сказал о голосе, что он был не для Него, а для народа; следовательно голос был и не для учеников, которые не нуждались в таком подтверждении своей веры; и даже из народа не для тех, которые уверовали во Христа через воскресение Лазаря, а более всего этот голос был для упомянутых греков (ст. 30).
Сделав такое замечание о цели настоящего чудесного голоса, Спаситель раскрывает полный смысл его, как бы договаривает его. Не без болезненного, сжимающего сердце чувства близкой смерти возвещает Он теперь суд над миром, над миром, конечно, всем, следовательно, со включением туда и иудейского мира, хотя преимущественно это слово относится здесь к языческому миру, судя по тому, что князем этого мира называется диавол. Суд над миром совершен крестной смертью Спасителя, стал явным через Его воскресение, стал ведомым самому миру через Духа Святого (Ин. 16:11). Этот суд должен быть и спасением мира; мир судится только тем, что из него изгоняется его князь (2Кор. 4:4; Еф. 2:2; Ин. 6:12) и вместо него владычество принимает Христос. Уже искушением в пустыне диавол обессилен, отогнан от ближайшей сферы Христа, из мессианского общества, откуда власть у учеников Христовых над демонами. Теперь диавол изгоняется и из «мира сего», т. е. из древнего домесианского и немессианского мира, особенно языческого. Над землей он еще остается и действует на нее (Еф. 2:2); здесь как бы находится то «вон» (ἔξω – вне), куда он изгнан; здесь он удерживает в своей власти те «воздушные» (стихийные) области неодухотворенного человеческого мира, из которых он оказывает иногда свое вредоносное влияние и наЦерковь. Позднее он будет низвержен и отсюда (Откр. 12:9).
И это удаление диавола из мира будет совершено через «возвышение» Христа от земли. Как показывают дальнейшие толки народа по поводу этого выражения Христова, оно было правильно понято всеми, именно как указание на оставление земли Христом, очевидно, через смерть. Евангелист Иоанн в этом выражении находит указание и на образ смерти Христовой, на крест как ее орудие. Как показывают дальнейшие слова Спасителя, в выражении «вознесен буду от земли» заключается больше, чем мысль о смерти только: это «возвышение» будет сопровождаться «привлечением всех» ко Христу, «привлечением» через проповедь о Распятом, привлечением ко крещению, т. е. соумиранию со Христом для новой жизни, для неба. «Привлечение» это, конечно, не морально-принудительное, так как оно есть «влечение» свободной любви, зовущее к свободе. «Всех» здесь ближайшим образом хочет включить в спасение и язычников вместе с евреями (ст. 31–33).
Те суждения, которые вызвали эти слова Спасителя, принадлежали «народу», очевидно признававшему его Мессией. С этим заявлением Спасителя относительно Себя и того, что предстоит Ему, народ не может примирить того, что он слышал о Христе, о Мессии «от закона», что ему известно как через чтение закона, св. Писания, так еще более через объяснение его. Здесь могут иметься в виду такие места, как Пс. 109:4; Ис. 9:7; Дан. 7:13. Последнее место особенно важно, потому что в нем Мессия назван Сыном Человеческим, т. е. именно так, как в данном случае назвал Себя Христос. И из всех мест это место о Мессии наиболее примиримо с мыслью о «вознесении», взятии Мессии, Христа от земли. Не отсюда ли и это разграничение в устах народа понятий «Христос» и «Сын Человеческий», слышное в вопросе: «И кто есть сей Сын Человеческий?» Греки, желавшие видеть Христа, пробудили в народе его иудейскую исключительность, как это уже имело место раньше (Ин. 7:35). Со стороны народа здесь выступила такая черта, которая говорила о неспособности его из-за чувственных мессианских ожиданий даже к предчувствию того, что в ближайшие дни предстоит Мессии, а вместе с тем и ему, по его отношению к Мессии (ст. 34). Это и имеет в виду ответ Спасителя на настоящие суждения в народе.
Христос, с прикровенным упреком этой все же верующей в Него части народа, указывает основание для этого смущения Его словами – в недостатке внимания к Его слову; выражая эту мысль более обще и глубже, Он недостаток такого внимания называет недостаточной преданностью «свету». «Свет» Его слов, Его учения, Его жизни будет светить на земле еще немного. Нужно теперь же им исправить свое отношение к Нему, исправить свои взгляды на Него сообразно («дондеже» – в греч. ώς «как» сильнее, чем ἔως «пока») этому свету; нужно через преданную веру сделать этот свет своим внутренним и постоянным светом, «чтобы не объяла вас тьма». Великая ночь испытания наступила для них в день распятия, и для тех из них, которые противостали ей неожиданно со своими внешними мессианскими ожиданиями, она стала внутренней ночью отпадения и гибели. «Ходяй (περίπατων) во тьме» означает именно такое отношение ко тьме. «Не весть камо идет» – образ из внешней жизни, вполне рисующий судьбу евреев: они не знали, куда шли: к погибели, к рассеянию по всей земле, к вечному проклятию на ней. Совершенная противоположность тому, к чему шел Христос и к чему могли прийти они через свет Его. Тогда еще, когда говорил это Христос, так как Он еще был с ними, им не поздно было вполне проникнуться этим светом, стать «сынами» его; нужно было только более, преданнее, правильнее уверовать в Него, как в Свет (ст. 35, 36).
Стихира после Евангелия
Стихира эта, составляющая собственно заключительный припев к 50-му псалму, сообразно содержанию последнего, содержит в себе молитву ко Кресту именно о помиловании нас (поэтическая форма молитвы об этом к Богу во имя Креста) и указывает со всей подробностью на значение Креста именно для всех греховных немощей человечества.
Глас 6
Кре́сте Христо́в, христиа́н упова́ние, заблу́ждших нста́вниче, обурева́емых приста́нище, в бра́нех побе́да, вселе́нныя утвержде́ние, недужных врачу́, ме́ртвых вокресе́ние, поми́луй нас.
Крест Христов, надежда338христиан339, путеводитель340заблудившихся, пристань обуреваемых341, победа342в войнах343, твердость вселенной344, врач больных345, воскресение мертвых346, помилуй нас.
Канон
В каждой из своих песней канон освещает какую-нибудь одну сторону в значении Креста и празднуемого события, но делает это с исчерпывающей полнотой, начиная с ветхозаветных прообразов именно этой стороны Креста. Вследствие этого не только тропари каждой песни стоят в тесной связи между собой, но и с ирмосом у них, что вообще редко бывает в канонах, общая или, по крайней мере, близкая мысль. Но между отдельными песнями связь менее заметна; видимо, автор на каждую песнь смотрел как на самостоятельное и законченное целое, заботясь только о том, чтобы не повторять в новой песни сказанного в прежних.
Написан канон преп. Космой Маюмским (VIII в.), составившим каноны на большинство двунадесятых праздников.
Канон имеет акростих («краегранесие»): «Кресту ндеявся, пение отрыгаю», «Полагаясь на Крест, изношу песнь»347.
Петь канон положено: ирмосы по дважды, а тропари на 12 (т. е. каждый тропарь повторять столько раз, чтобы получалось в каждой песне 12 тропарей); таким образом, канон поется на 14 (в каждой песне получается 14 песнопений, не считая катавасии). В двунадесятые праздники, имеющие два канона, канон положено петь на 16. Если на Воздвижение и положено петь на 14, то только в виду того, что этот праздник имеет один канон. Катавасией служат, как в важнейшие двунадесятые праздники, ирмосы самого праздника.
Припевами к канону должны служить по уставу стихи библейских песней («Поим Господеви»), как во все дни года. В виду того, что эти песни на практике нигде не употребляются вне Великого поста, припевом может служить заменяющий по уставу стихи библейских песней припев: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе». Допускаемый же иногда в качестве припева к воздвиженскому канону припев «Слава, Господи, Кресту Твоему Честному» не может быть одобрен, как не данный нигде в богослужебных книгах.
Песнь 1-я
1-я песнь канона изображает крест как знамение и залог победы. Таковым он служил при переходе через Чермное море, где им побежден был фараон (ирмос); таковым явился он в руках Моисея при войне с амаликитнами (1 тропарь); таковым он был в руках того же Моисея под видом медного змия в его борьбе с гораздо более могущественным духовным врагом человечества «змием – диаволом» (2 тропарь); наконец, знаменем победы был крест для царя Константина, победы, так же, как у Моисея в последнем случае, главным образом духовной, победы веры (3 тропарь).
Ирмос
Крест начерта́в Моисе́й, впря́мо жезло́м Чермно́е пресече́, Изра́илю пешеходя́щу: то́же обра́тно фарао́нвым колесни́цам уда́рив совокупи́, вопреки́ написа́в нпобеди́мое ору́жие: тем Христу́ пои́м Бо́гу на́шему, я́ко просла́вися.
Моисей жезлом рассек Чермное (море) для пехотного348Израиля, начертав (через это) крест вдоль349, а ударом поперек350соединил то же (море) для Фараоновых колесниц351, изобразив352(через это) в ширину353непобедимое354оружие355; посему будем петь Христу, Богу нашему, ибо Он прославился.
Тропари
Образ дре́вле Моисе́й пречи́стыя страсти в себе́ само́м прообрази́, свяще́нных среде́ стоя́; крест же вообрази́в, просте́ртыми побе́ду дла́ньми воздви́же, державу пгуби́в Амали́ка всегуби́теля. Тем Христу́ пои́м Бо́гу нашему, я́ко просла́вися.
Моисей в древности явил356на себе образ357пречистого358страдания: стоя среди освященных359, крестообразно360распростертыми руками361он воздвиг362победное знамение363, уничтожив364власть365Амалика всегубителя; посему будем петь Христу, Богу нашему, ибо Он прославился.
Возложи́ Моисе́й на столпе́ врачевство́, тлетвори́ваго избавление и ядови́таго угрызе́ния; и дре́ву о́бразом креста́ по земли́ пресмыка́ющагося зми́я привяза́, лука́ный в сем обличи́в вред. Тем Христу́ пои́м Бо́гу на́шему, я́ко просла́вися.
Моисей возложил на столпе366врачевство367от368гибельного369и ядовитого укуса и привязал370к крестообразному дереву371змия, пресмыкающегося по земле, обнаружив372в нем коварную373вредоносность374; посему будем петь Христу, Богу нашему, ибо Он прославился.
Показа́ не́бо Креста́ побе́ду благоче́стия держа́телю, и царю́ богому́дру, враго́в в не́мже злосе́рдных низлжи́ся свере́пство, лесть же преврати́ся, и ве́ра распросре́ся земны́м конце́м боже́ственная. Тем Христу́ пои́м Бо́гу на́шему, я́ко просла́вися.
Небо показало375обладателю376благочестия377и царю богомудрому378победное знамение379Креста, которым свирепость380злобных381врагов382низложено, обольщение383ниспровержено384и божественная вера распространена385по концам земли; посему будем петь Христу, Богу нашему, ибо Он прославился.
Песнь 3-я
Если 1-я песнь изображала силу Креста в борьбе с врагами, следовательно, отрицательную, его, так сказать, внешнее значение, то 3-я песнь изображает его положительную силу, его значение для Церкви, значение, следовательно, внутреннее.
Расцветши в Церкви, как жезл Ааронов, Крест сообщает ей ее силу и твердость (ирмос); он для Церкви то же, что жезл для Моисея, ударом по камню извлекший из него воду (1 тропарь), так как при посредстве его истекла из ребра Христова заветная очистительная вода с кровью (2 тропарь).
Ирмос
Жезл во о́браз та́йны прие́млется, прозябе́нием бо предразсужда́ет свяще́нника: неплодя́щей же пре́жде
Це́ркви, ны́не процвете́ дре́во Креста́, в держа́ву и утвержде́ние.
Жезл служит386образом тайны387, ибо он прозябением решает спор об избрании388священника389, и для Церкви, прежде бесплодной, ныне процвело древо Креста к ее силе390и твердости391.
Тропари
Яко испусти́ ударя́емь во́ду краесеко́мый, непокри́вым лю́дем и жестосе́рдым, богозва́нныя проявля́ше Це́ркве та́инство, ея́же Крест держа́ва и утвержде́ние.
Когда392скала393от удара394источила395воду народу непокорному и жестокосердому396, она явила таинство богозванной Церкви, которой Крест – сила и утверждение397.
Ребро́м пречи́стым копие́м прободе́нным, вода́ с кро́вию истече́, обновля́ющая заве́т и омыва́тельная греха́, ве́рных бо Крест похвала́, и царе́й держа́ва и утвержде́ние.
Когда пречистые ребра398были пронзены копьем, то истекла вода с кровью, обновляющая завет399и омывающая400грех, ибо Крест401– верных слава и царей402сила и утверждение.
Седален по 3-й песни
Седален по 3-й песни, как первое междупесние, говорит о всеобщем чествовании Креста сословиями церковными: для мирян, также как для иерархии – небесной (ангелов) и земной (архиереев, монахов, постников) – Крест является предметом празднования и поклонения, вызывая у всех прославление Распятого на нем.
Глас 4. Подобен: Скоро предвари
В тебе́, треблаже́нне и жизнода́вче кре́сте, лю́дие учрежда́ющеся спра́зднуют, с невеще́ственными ли́ки, чи́ни архиере́йстии благогове́йно воспева́ют. Мно́жство же мона́шествующих и по́стников покланя́ются, Христа́ же распе́ншагося вси сла́вим.
В честь тебя, преблаженный податель жизни Крест, народ пиршествено403празднует вместе с невещественными хорами, чины архиерейские благоговейно воспевают тебя, множество же монашествующих и постников404кланяется, а Христа распятого все славим.
Слава и ныне, тойже.
Песнь 4-я
В этой песне нет уже такой тесной связи между ирмосами и тропарями, как в первых двух. Ирмос заглядывает в первоисточник силы Креста – в то таинство домостроительства Божия (распятие), которое раскрыло нам глаза на все дела Божии и на само Божество. Тропари продолжают раскрывать значение Креста, начатое раскрытием в предыдущих песнях канона. Если 1-я песнь говорила о внешнем могуществе Креста, о силе его в борьбе с врагами, а 3-я песнь говорила о внутреннем его значении для Церкви, то настоящая песнь в своих тропарях изображает значение Креста в деле воздействия христианства на мир, в деле обращения его ко Христу через крещение (1 и 2 тропари) и вообще через свидетельство миру о Боге (3 и 4 тропари).
Ирмос
Услы́шах, Го́споди, смотре́ния Твоего́ та́инство, разуме́х дела́ Твоя́, и просла́вих Твое́ Божество́.
Услышал я, Господи, тайну405домостроительства406Твоего, уразумел407дела Твои и прославил Твое Божество.
Тропари
Горькоро́дныя преложи́ дре́вом Моисе́й исто́чники в пусты́ни дре́вле, кресто́м ко благоче́стию языков прояля́я преложе́ние.
В древности Моисей деревом изменил горькие по природе источники408в пустыне409,предызобразив410обращение крестом язычников к благочестию.
Глубине́ внедривы́й секу́хцую издаде́ Иорда́н дре́ву, кресто́м и креще́нием, сече́ние ле́сти зна́менуя.
Иордан, скрыв во глубине411секиру412, возвратил (ее) дереву413,знаменуя пресечение заблуждения414крестом и крещением415.
Свяще́нно ополча́ются, четвероча́стнии лю́дие преходя́ще о́бразом свиде́тельства ски́нии, крестообра́знми чи́нми прославля́емии.
Священно ополчается416четырехчастный417народ, идя перед418образной419скинией свидения420, славясь421крестообразным построением422.
Чу́дно простира́емь, со́лнечныя лучи́ испуща́ше Крест, и пове́даша небеса́ сла́ву Бо́га на́шего.
Чудесно423распростертый424, Крест испускал425солнечные лучи426, и небеса возвещали славу Бога427нашего428.
Песнь 5-я
Сказав достаточно о значении Креста для земли, пенописец покидает ее и занимается отношением Креста к неземному миру духов святых и падших, небесных и «подземных». Он начинает в ирмосе с отношения ко Кресту падшего верховного духа, «денницы», который, введенный Крестом в такое заблуждение, окончательно пал. Затем песнописец изображает отношение ко Кресту других высших, уже не падших, духов в лице таинственных охранителей рая (1 тропарь). Далее, естественно, следует мир духов низших, причем более внимания уделяется «враждебным» силам (2 тропарь) сообразно с большим действием на них Креста, хотя действием отрицательным (по принятому богословскому воззрению, ангелы не подлежали совершенному Христом искуплению). Наконец, так как язычество представляется в св. Писании главной сферой действия нечистой силы, то указывается на значение Креста для него (3 тропарь).
Ирмос
О треблаже́нное дре́во, на не́мже распя́ся Христос, Царь и Госпо́дь, и́мже паде́ дре́вом прельсти́вый тобо́ю прельсти́вся, Бо́гу пригвозди́вшуся пло́тию, подаю́щему мир душа́м нашим.
О429, треблаженное430древо, на котором распялся431Христос, Царь и Господь432, через которое пал обольстивший433древом434введенный в заблуждение435относительно пригвоздившгося на тебе плотью Бога436, подающего мир437душам438нашим.
Тропари
Тебе́, приснопе́тое дре́во, на не́мже простре́ся Христо́с, Еде́м храня́щее обраща́ющееся ору́жие, кре́сте, устыде́ся; стра́шный же Херуви́м уступи́ на тебе́ пргвожде́нному Христу́, подаю́щему мир душа́м нашим.
Тебя, приснопетое439древо, Крест, на котором простерт440был Христос, устыдилось441вращающееся оружие442, охранявшее Эдем, и грозный443Херувим отступил перед пригвожденным на тебе Христом, подающим мир душам нашим.
Подзе́мных си́лы проти́вныя Креста́ страша́тся, нчерта́ема зна́мения на возду́се, по нему́же хо́дят нбе́сных и земноро́дных ро́ди, коле́на прекланя́юще Христу́, подаю́щему мир душа́м нашим.
Враждебные444силы преисподней445трепещут446знамения креста, начертываемого447в воздухе, в котором они448вращются449;а род небожителей и450земнородных451преклоняет колена452перед Христом, подающим мир душам нашим.
Заря́ми нетле́нными я́влься боже́ственный Крест, омраченным языком, заблужде́нным в пре́лести, боже́ственный свет облиста́в, усвоя́ет на нем пригвожденному Христу́, подаю́щему мир душа́м на́шим.
Божественный Крест, явившись в чистых453лучах454и озарив455божественным светом456народы, омраченные457обольстительным заблуждением458,усвояет их пригвожденному на нем Христу, подающему мир душам нашим.
Песнь 6-я
После того, как в предыдущих песнях достаточно и всесторонне изображено нынешнее значение Креста, песнписец хочет исчерпать свой предмет, заглянув вглубь времен. И в настоящей песне он говорит о значении Креста в деле отношения между собой двух заветов – Ветхого и Нового. Так как в ирмосе он был связан его библейским образцом (песней Ионы), то здесь свою мысль он мог провести только отдаленно, указав в пророке Ионе образ страдания и воскресения, просветившего мир, проведшего через его историю резкую временную грань (отсюда подчеркивание тридневности воскресения). Основная мысль песни в 1-м тропаре высказывается, естественно, сначала с ее общей стороны, что Крестом обновлен Ветхий Завет, причем, примыкая к мысли ирмоса, прибавляется, что это сделано через устранение распятием Христовым смертоносной для души болезни. 2-й тропарь говорит о превосходстве Нового Завета над Ветхим и о той особой силе, которую она сообщает человеку через Крест. В 1-м тропаре речь идет более о законе, во 2-м – о народе. Все эти мысли получают особую силу от того, что они возводятся к родоначальнику ветхозаветного народа – Иакову-Израилю.
Ирмос
Во́днаго зве́ря во утро́бе дла́ни Ио́на крестови́дно распросте́р, спаси́тельную страсть прообража́ше я́ве. Тем тридне́вен изше́д, преми́рное воскресе́ние прописа́ше, пло́тию пригвожде́ннаго Христа́ Бо́га, и тридне́вным воскресением мир просве́щшаго.
Иона, крестообразно распростерши руки459в утробе460морского461зверя, ясно462прообразовал463спасительное страдание; выйдя464же оттуда465тридневным, предызобразил466премирное467воскресение Христа Бога, пригвожденного плотию и просветившего мир468тридневным восстанием469.
Тропари
Ста́ростию преклони́вся, и неду́гом отягче́н, испра́вся, Иа́ков ру́це премени́в, де́йствие явля́я жизноно́снаго Креста́: и́бо ве́тхость зако́ннаго сено́внаго писа́ния новписа́, на сем пло́тию пригвозди́выйся Бог, и душегби́тельный неду́г ле́сти отгна́.
Согнутый старостью и удрученный470болезнью Иаков выпрямился471,когда переложил472руки473, показывая действенность474Животворящего Креста; ибо475пригвожденный на нем плотию Бог обновил476ветхость подобного тени477законного478писания479и удалил душепагубную болезнь заблуждения480.
На ю́ныя возложи́в дла́ни боже́ственный Изра́иль, крестови́дно главы́ явля́ше, я́ко старе́йшая сла́ва законслужи́тели лю́дие. Те́мже подмне́вся та́ко испрельсти́тся, не измени́ жизноно́снаго о́браза: превзы́дут бо лю́дие Христо́вы Бо́жии новоутвержде́ннии вопия́ху, Кресто́м огражда́еми.
Божественный481Израиль482,крестообразно положив рки483на юных484головах485, дал понять486,что (имеющий) честь старшинства – подзаконный народ487;поэтому, и заподозренный в данном случае в ошибке488, он не изменил живоносного знамения: «превзойдут489,воскликнул он490, новонасажденые491люди Христа Бога, ограждаемые Крестом».
Кондак и икос
Заключая в себе, подобно тропарю, молитву, кондак развивает эту молитву во всех ее пунктах. Вместо простого обращения «Господи» он называет «Христа Бога», упоминая и о распятии («вознесыйся на крест»); Христову «жительству», т. е. народу, достоянию Его он просит не спасения, благословения и сохранения, как тропарь, но и милостей; императору просит не победы лишь, но и «обрадования силою Божией», особенных военных успехов; наконец, Крест, просто упоминаемый тропарем, он называет «оружием мира» и «неодолимым знамением победы».
Икос представляет собой не молитву и не песнь Кресту, а настоящее поэтическое поучение492о Кресте и значении его для христианина. Именно икос обращает наше внимание на изречение о Кресте величайшего апостола, при жизни побывавшего на небе, изречение, что он не хочет ничем хвалиться, кроме Креста Господня, так как на нем Христос страданиями Своими уничтожил страсти; в виду этого и мы приглашаемся смотреть на Крест как на нашу хвалу.
Кондак, глас 4
Вознесы́йся на крест во́лею, тезоимени́тому Твоему́ но́вому жи́тельству щедро́ты Твоя́ да́руй, Христе́ Бо́же, возвесели́ си́лою Твое́ю благове́рнаго импера́тора на́шго (имя), побе́ды дая́ ему́ на сопоста́ты, посо́бие иму́щу Твое́, ору́жие ми́pa, непобеди́мую победу.
Вознесшийся493добровольно494на крест, Христе Боже, пдай495милости496Твои тезоименитому497Твоему новому жительству498,обрадуй499силой Твоей благоверного императора нашего (имя)500, давая501победы на неприятелей502ему, имеющему503пособием504Твоим оружие мира, непобедимое505знамение победы506.
Икос
Иже до тре́тияго небесе́ восхи́щен бысть в рай, и глго́лы слы́шав неизрече́нныя и боже́ственныя, и́хже не леть язы́ки [челове́ческими] глаго́лати, что гала́том пи́шет, я́ко рачи́телие писа́ний прочто́сте и позна́сте, мне, глаго́лет, хвали́тися да не бу́дет, то́кмо во еди́ном Кресте́ Госпо́дни, на не́мже страда́в уби́ стра́сти. Того́ у́бо и мы изве́стно де́ржим, Крест Госпо́день, хвалу́ вси: есть бо нам спаси́тельное сие́ дре́во, ору́жие ми́pa, непобди́мая побе́да.
Восхищенный507до508третьего неба и слышавший неизреченные и божественные слова509,которые нельзя пересказать языками510(человеческими)511, – что, пишет он галатам, как512прочли и узнали513вы, любители514Писаний, я не желаю, говорит он, хвалиться (ничем), разве только одним Крестом Господним515, на котором Он, пострадав, убил страсти. Этот-то Крест Господень и мы все твердо516будем содержать517в качестве похвалы518; ибо для нас это спасительное древо – оружие мира, непобедимое знамение победы.
Песнь 7-я
Изображая значение Креста в прошлых судьбах человечества, подобно 6-й песне, эта песнь заглядывает в еще большую глубь истории и указывает, что сделал Крест для самого первородного греха. Это изображение ставится в невидимую, едва заметную связь с мученическим подвигом трех отроков в вавилонской ночи, о чем должен говорить всякий 7-й ирмос.
В этом подвиге настоящий ирмос отмечает особую стойкость св. отроков в борьбе с безрассудным, поколебавшим народ повелением тирана, стойкость, награжденную спасением из огня, из недр самой смерти. Не обнаружил такой стойкости «первый в человецех» и этим осудил на тление, на смерть весь род человеческий, избавленный только Крестом (1 тропарь). В преступлении Адама важнее всего было преслушание, разрушавшее повеление Божие, посягавшее, следовательно, на царственное вседержительство Божие; признание этого последнего, как показал пример благоразумного разбойника, возвращает потерянное Адамом дерево жизни (2 тропарь). Крест, это победное знамение царей, и восстановит это царствование Бога на земле, как то провидел уже родоначальник теократического народа, восстановит, обратив, подразумевается, в ничто все прежние попытки поколебать Царство Божие (такие, как шаткость и преслушание Адамовы, как посягательство на это Царство земных тиранов, подобных Навуходоносору).
Ирмос
Безу́мное веле́ние мучи́теля злочести́ваго лю́ди поклеба́, ды́шущее преще́ние и злохуле́ние богоме́рзкое: оба́че три о́троки не устраши́ я́рость зве́рская, ни огнь снеда́яй, но противоды́шущу росоно́сному Ду́ху, со огне́м су́ще поя́ху: Препе́тый отце́в и нас Бо́же, благослве́н еси́.
Безумное519веление520нечестивого521властителя522, дышащее угрозой523и мерзкой524хулой525, смутило526народ; однако трех отроков не устрашили527ни зверская528ярость529, ни истребительный530огонь, но, находясь в пламени531, при веянии против него532росоносного533духа534, они пели: благословен Ты, препрславленный отцов и наш Боже535.
Тропари
От дре́ва вкуси́в пе́рвый в челове́цех, в тле́ние всели́ся: отвержением бо жи́зни безче́стнейшим осуди́вся, всему́ ро́ду телотле́нен не́кий, я́ко вред неду́га преподаде́: но оре́тше земноро́днии воззва́ние кре́стным дре́вом, зове́м: препе́тый отце́в и нас, Бо́же, благословен еси́.
Первый из людей536, вкусив от дерева, впал537в тление, и, осужденный на бесславнейшее лишение538жизни, как некоторая телесная539порча540, сообщил541болезнь всему роду; но мы, земнродные542, обретя воззвание543через древо Креста, будем восклицать: благословен Ты, препрославленный отцов и наш Боже.
Разруши́ повеление Бо́жие преслуша́ние, и дре́во прнесе́ смерть челове́ком, е́же неблаговре́менно прча́стно бы́вшее; во утвержде́ние же зело́ честна́го отту́ду жи́зни дре́во возбраня́емо бе, е́же разбо́йнику злуме́ршу отве́рзе, благоразу́мно зову́щу: препе́тый отце́в и нас, Бо́же, благослове́н еси́.
Нарушило544непослушание заповедь545Божию и древо через неблаговременное вкушение546принесло людям смерть547; потому548для безопасности549весьма ценного550древа жизни оно было воспрещено551,но его открыл Препрославленный казненному552рабойнику553, благоразумно554восклицавшему: благословен Ты, отцов и наш Боже.
Жезла́ объе́млет край Ио́сифова, бу́дущая зря Изра́иль, ца́рствия держа́вное, я́ко возыму́ществит прсла́вный Крест, проявля́я: сей бо победоно́сная похвала́ и свет ве́рою зову́щим: препе́тый отце́в и нас, Бо́же, блгослове́н еси́.
Израиль, созерцающий555будущее556, обнимает557верх жезла Иосифова558, предзнаменуя559,как560преславный561Крест возмеет562силу563царства; ибо он есть победная564похвала царей и свет565для восклицающих с верой: благословен Ты, Препрославленный отцов и наш Боже.
Песнь 8-я
Теперь песнописец в виду близкого окончания своих песен, хочет заняться самим праздником, процессом его. Такое содержание настоящей песни подготовляется уже ирмосом ее, насколько здесь позволяла обязательная для ирмоса верность библейскому образцу. Участие в наших праздничных песнях приглашаются принять и три св. отрока из вавилонской печи, своим восхвалением Св. Троицы за то, за что могли они восхвалять Ее. К восхвалению же праздника и чествованию Креста призываются прежде всего ангелы и люди вообще (1 тропарь), что ангелы могут сделать воспеванием, а люди – и поклонением Кресту; затем к празднованию призываются в особенности освященные лица, которым в чествовании события принадлежит главное – само воздвижение на виду для всех святых Креста и копья (2 тропарь); не менее близкое участие в празднике должны принять и христианские цари; это в особенности их праздник, как обещающий им первую цель их служение – победы (3 тропарь).
Ирмос
Благослови́те о́троцы, Тро́ицы равночи́сленнии, Соде́теля Отца́ Бо́га, по́йте снизше́дшее Сло́во и огнь в ро́су претво́ршее, и превозноси́те всем жизнь Подва́ющаго Ду́ха Всесвята́го во ве́ки.
Отроки, равночисленные Троице! Благословите Бога Отца Создателя566воспойте567Слово568, снизошедшее и претворившее огонь в росу, и превозносите569подающего всем жизнь570Духа Всесвятого571во веки.
Тропари
Воздвиза́ему дре́ву, окропле́ну кро́вию вопло́щшагося Сло́ва Бо́га, по́и́те небе́сныя си́лы; земны́х воззва́ние, пра́зднующе лю́дие, поклони́теся Христо́ву Кресту́, и́мже ми́ру воста́ние во ве́ки.
При воздвижении древа, окропленного572кровью573воплотившегося574Слова Бога, пойте, небесные силы, празднуя воззвание575земных576; люди, поклоняйтесь Кресту Христову, через который восстание577мира во веки578.
Земноро́днии дла́нми, строи́телие благода́ти Крест, на не́мже стоя́ше Христо́с Бог, возноси́те священнле́пно и копие́, Бо́жия Сло́ва те́ло пробо́дшее, да ви́дят язы́цы вси спасе́ние Бо́жие, сла́вяще Его́ во ве́ки.
Земные579строители580благодати, прилично святости581воздвигайте руками582Крест, на котором стоял583Христос Бог, и копье584, пронзившее585тело Бога Слова; да видят586все народы587спасение Божие, прославляя (Его) во веки.
Боже́ственным судо́м предызбра́ннии весели́теся, христиа́нстии ве́рнии лю́дие, хвали́теся победоно́сным ору́жием, прие́мше от Бо́га Крест Честны́й: в сем бо коле́на бра́ней де́рзости и́щуще, разсыпа́ются во ве́ки.
Веселитесь588,предызбранные589божественным решением590верные цари христианские; получив от Бога591Честной Крест, хвалитесь этим победоносным592оружием, ибо им племена593ищущие дерзости594войн, рассеиваются вовеки.
Песнь 9-я
Последняя песнь, естественно, дает краткий общий, но и исчерпывающий обзор значения для нас Креста. Крест рассматривается с двух сторон: со стороны его священного вещества и со стороны его формы. С первой стороны, как древо, он заменил собой райское древо жизни, причем таинственным раем для него ирмос, как долженствующий прославлять Пресвятую Богородицу, называет Ее. Песнописец заглядывает и глубже в вопрос о веществе Креста и объясняет такой выбор вещества для него со стороны Промысла намерением освятить естество дерева, мысль о чем на поэтическом языке песни можно было выразить в форме призывания к радости деревьев (1 тропарь). Что касается формы Креста, то это – священный рог, стирающий роги грешных, т. е. всякую гордость в мире (2 тропарь).
Припев к этой песне приглашает вообще к величанию Креста, оставляя подробности для другой 9-й песни. Впрочем, и здесь значение Креста достаточно изображено двумя эпитетами: «драгоценный» (с субъективной стороны) и «Господний» (с объективной), для выразительности разделенными.
Припев
Велича́й, душе́ моя́, пречестны́й Крест Госпо́день.
Величай,душа моя, драгоценный Крест Господний.
Ирмос
Та́ин еси́, Богоро́дице, рай, невозде́ланно возрасти́вший Христа́, Имже кре́стное живоно́сное на земли́ насади́ся дре́во. Тем ны́не возноси́му, покланя́ющеся Ему́ Тя велича́ем.
Ты–таинственный595рай, Богородица, невозделанно596возрастивший Христа, Которым насаждено597на земле живоносное древо Креста; поэтому, при598воздвижении его ныне, поклоняясь ему, мы величаем599Тебя600.
Тропари
Да возра́дуются древа́ дубра́вная вся, освяти́вшуся естеству́ их, от него́же изнача́ла насади́шася, Христу́ рапросте́ршуся на дре́ве. Тем ны́не возноси́му, покланя́ющеся ему́, Тя велича́ем.
Да возрадуются601все602деревья603лесные604,ибо освятилось естество их насадившим их в начале Христом, распростертым605на древе; поэтому, при воздвижении его ныне, поклоняясь ему, мы величаем Тебя606.
Свяще́нный воста́ рог и глава́ всем богому́дрым Крест, и́мже гре́шных мы́сленно стира́ются ро́ги вси. Тем ны́не возноси́му, покланя́ющеся ему́, Тя велича́ем.
Поднялся607священный рог608, глава для всех609богомудрых610– Крест, которым611мысленно612сокрушаются613все рги грешников; поэтому, при воздвижении его ныне, поклоняясь ему, мы величаем Тебя.
Другая песнь 9-я
Она еще глубже предыдущей заглядывает в значение Креста. Если та рассматривала Крест более с внешней стороны по его материалу и форме, хотя и с самой возвышенной точки зрения, то эта говорит о внутренней сущности Креста как орудия искупления, предлагая судить об этой сущности по тому глубокому перевороту, который Крест произвел в человечестве. Переворот этот представляется сначала по его отрицательной стороне, как уничтожение Крестом смерти и проклятия, вошедшей в человечество благодаря райскому древу (ирмос), и вообще как уничтожение всей горечи от этого древа (1-й тропарь). С положительной же стороны Крест рисуется как свет, прежде всего разогнавший мрак первородного греха (переходя от отрицательной стороны рассмотрения), и вообще как достопоклонямый, преславный, небесный, безмерный свет (зенит похвал) (2-й тропарь).
Припев дополняет предыдущий, приглашая величать не крест вообще, а само воздвижение его и наименованием его «Животворящий» кратко выражая все его значение.
Это единственная в церковном году служба, имеющая в одном каноне одну двойную песнь. Другая 9-я песнь введена, явно, взамен целого другого канона, так как только этот праздник среди двунадесятых Господских не имеет другого канона614.
Припев
Велича́й, душе́ моя́, Животворя́щаго Креста́ Госпо́дня воздви́жение.
Величай, душа моя, воздвижение животворящего Креста Господня.
Ирмос
Сне́дию дре́ва ро́ду прибы́вшая смерть, Крестом упрздни́ся днесь: и́бо прама́терняя всеро́дная кля́тва разрши́ся, прозябе́нием Чи́стыя Богома́тере, Юже вся си́лы небе́сныя велича́ют.
Смерть, вошедшая615в род (человеческий) через вкушение616от древа, сегодня упразднена617Крестом, ибо всеобщее618проклятие праматери разрушено619Отраслью620Чистой Богоматери621, Которую все силы небесные622величают623.
Тропари
Го́рести уби́йственныя я́же от дре́ва, не оста́вив, Го́споди, Кресто́м бо сию́ соверше́нно истреби́л еси́. Сего́ ради и дре́вом услади́ иногда́ го́ресть вод Ме́рры, пробразу́ющее Креста́ де́йство, е́же вся си́лы небе́сныя велича́ют.
Не попустив624убийственной625горечи от древа, Ты, Господи, совершенно истребил626ее Крестом; и потому627некогда древо усладило628горечь вод Мерры, предызображая действие629Креста, которое все силы небесные величают.
Непреста́нно гружа́емыя мра́ком пра́отца, Го́споди, Кресто́м возвы́сил еси́ днесь, я́ко бо ле́стию весьма́ нудержа́нно естество́ преднизведе́ся: всеро́дне ны па́ки испра́ви свет Креста́ Твоего́, его́же ве́рнии велича́ем.
Непрестанно630погружавшихся во мрак631праотца632Ты, Господи, возвысил633ныне Крестом, ибо когда естество634крайне635неудержимо636до этого низведено637было обольщением638,опять всецело639исправил640нас свет Креста Твоего, который мы, верные, величаем.
Да о́браз пока́жеши ми́ру покланя́емый, Го́споди, Креста́, во всех я́ко пресла́вный на небесе́х изобразил еси́, све́том безме́рным озаре́н, царю́ всеору́жие непобди́мое. Тем тя вся си́лы небе́сныя велича́ют.
Дабы показать миру поклоняемый образ Креста в качестве преславногс641во всем, Ты, Господи, изобразил642его для царя на небе блистающим643в безмерном644свете непобедимым645всеоружием; посему Тебя все силы небесные величают.
Светильны
Первый из них«Крест хранитель всея вселенныя»говорит о значении Креста, а второй«Крест воздвизается»– о значении воздвижения.
Значение Креста в 1-м светильне указывается сначала для здешнего мира, потом для нездешнего. Каждый из этих миров, в рассматриваемом отношении, делится на две области: первый на вселенную иЦерковь, причем в качестве личных представителей одной называются цари, а другой – верные; второй – на ангелов и демонов. Из-за своего общего значения этот светилен употребляется в службе каждой среды и пятницы.
Значение воздвижения во 2-м светильне полагается в освящении им мира, достигаемом благодаря тому, что на Кресте был распят сам Сын Божий, а также в просвещении мира. Светилен заканчивается молитвой о божественной славе для нас за надежду на Крест.
Светилен. Подобен: Учеником646
Крест храни́тель всея́ вселе́нныя, Крест красота́ Це́ркве, Крест царе́й держа́ва, Крест ве́рных утверде́ние, Крест а́нгелов сла́ва и де́монов я́зва.
Крест – хранитель всей вселенной, Крест – красота647Церкви, Крест – держава648царей, Крест – опора649верных, Крест – слава ангелов и рана650демонов. (Дважды)
Слава и ныне. Подобен: Жены услышите651
Крест воздвиза́ется днесь, и мир освяща́ется: и́же бо со Отце́м седя́й и Ду́хом Святы́м, на сем ру́це распростре́. Мир весь привлече́ к Твоему́, Христе́ позна́нию. Иже у́бо на Тя наде́ющияся боже́ственныя сподо́би сла́вы.
Сегодня Крест воздвигается и мир освящается, ибо Сидящий со Отцом и Духом Святым простер на нем руки652.Он весь мир привлек, Христе, к познанию Тебя. Удостой же надеющихся на Тебя божественной славы653.
Стихиры на хвалитех
Как заключительные в службе, эти стихиры, превосходя другие восторженностью, не могут и заниматься, как это делают прочие группы стихир, одной какой-либо стороной праздника, напр. только Крестом, или его воздвижением, а должны в совокупности обозревать все значение праздника. Это они и делают.Перваяиз них, характеризуя Крест с самой общей точки зрения, как живоносный и пресвятой, говорит так же вообще и о значении его как великого дара земле, и его воздвижения как встречаемого славословием со стороны земли и страхом со стороны демонов.Втораястихира говорит о значении Креста и его воздвижения для будущей жизни как орудия для привлечения нас к Богу, уничтожения смерти и получения рая.Третьястихира говорит о значении тех же благодатных факторов для этой еще жизни – как орудий нашего освящения, политического благоденствия и нравственной высоты.Заключительнаяже стихира поглощена исключительно предстоящим через несколько минут выносом («происхождением») креста, подготовляя к священному обряду указанием на чудесную целительную силу Креста, как бы особо раскрывающуюся при этом обряде, и на то, как достойно и плодотворно принять его.
Глас 8. Самоподобен654
О пресла́внаго чудесе́, живоно́сный сад, Крест пресвяты́й на высоту́ возноси́мь явля́ется днесь. Славосло́вят вси концы́ земни́и, устраша́ются де́монския полки́. О каковы́й дар земны́м дарова́ся, и́мже Христе́ спаси́ ду́ши на́ша я́ко еди́н благоутро́бен.
О, необычайное655чудо656! Живоносное насаждение657, Крест пресвятой658является сегодня поднимаемым в высоту. Славят659все концы земли, страшатся660полки661демонов. О, какой дар послан земным662, каковым663спаси души наши, Христе, как единственно милосердный! (Дважды)
О пресла́внаго чудесе́, я́ко грозд испо́лнен живота́, пнесы́й Вы́шняго, от земли́ воздвиза́емь Крест ви́дится днесь, и́мже вси к Бо́гу привлеко́хомся, и поже́рта бысть до конца́ смерть. О дре́во пречестно́е, и́мже восприя́хом во Еде́ме безсме́ртную пи́щу, Христа́ сла́вяще!
О, необычайное чудо! Со664Всевышним665на себе, как с виноградной кистью666,полной жизни, сегодня виден воздвигаемый от земли Крест, которым все мы привлечены к Богу и до конца поглощена667смерть. О, древо преценнейшее668,через которое мы получили669в Эдеме бессмертную пищу, славя Христа!
О пресла́внаго чудесе́, широта́ Креста́ и долгота́ небси́ равна́ есть: я́ко боже́ственною благода́тию освяща́ет вся́ческая. О сем язы́цы ва́рварстии побежда́ются. О сем ве́ра утверждается. О боже́ственныя ле́ствицы, е́юже восхо́дим на небеса́, вознося́ще в пе́снех Христа́ Го́спода!
О, необычайное чудо! Широта и долгота Креста равны670небесам,так как он все671освящает божественной благодатью. Им побеждаются672варварские народы. Им упрочиваются673скипетры, царей. О, божественная лестница, которой мы восходим674на небеса,превознося675в песнях Христа Господа676!
Слава и ныне, глас 6
Днесь происхо́дит Крест Госпо́день, и ве́рнии прие́млют того́ жела́нием, и взе́млют исцеле́ния души́ же и те́ла, и вся́кия боле́зни. Сего́ целу́им ра́достию и страхом: страхом греха́ ра́ди, я́ко недосто́йни су́ще: ра́достию же спасе́ния ра́ди, е́же подае́т ми́ру на том пригвозди́выйся Христо́с Бог, име́яй ве́лию ми́лость.
Сегодня совершает исхождение677Крест Господний, и верные принимают678его как желанного679и получают исцеление души и тела, и всякой болезни680. Будем приветствовать681его с радостью и страхом. Со страхом–из-за греха, как недостойные; с радостью же – из-за спасения, которое подает миру пргвоздившийся на нем Христос Бог, имеющий великую милость.
Вынос и воздвижение креста
Главным отличием праздника Воздвижения от других служит умилительный обряд выноса св. креста из алтаря на середину храма, воздвижения его и поклонения ему с целованием.
Подготовляется обряд изнесения креста еще до всенощной по окончании малой вечерни. Тогда совершается, и тоже с некоторой молитвенной торжественностью, перенесение креста с жертвенника на престол682. После отпуста малой вечерни «входит екклисиарх с иереем и диаконом и параекклисиархом (пономарем) в жертвенник (в отделение алтаря, где стоит жертвенник) со свещами и облачается иерей и диакон и кадит (диакон, как видно из связи, хотя обычно сам иерей) честный крест, и глаголет: Благослови, владыко. Иерей: Благословен Бог наш. Таже (затем) Трисвятое и по Отче наш (обычно все это поется речитативом) – тропарь Креста: Спаси, Господи, люди Твоя. Слава и ныне, кондак. И взимает иерей честный крест с блюдом на главу, и вносит его во святый алтарь, предыдущим же пред ним со двема лампадами (в предшествии двух светильников). И полагает честный крест на св. трапезе, на евангельском месте (на месте, где обычно лежит Евангелие, т. е. на середине передней стороны престола), и вжигют пред ним свещу на всю нощь (т. е. до всенощной и на всю всенощную, которая предполагается продолжающейся всю ночь), а Евангелие поставляется на горнее место (обычно на престоле же за крестом)»683.
Обряд самого выноса креста и воздвижения его совершается уже перед окончанием всенощного бдения, когда верующие достаточно подготовлялись к нему богослужением, именно после великого славословия. Историческое же основание для приурочения обряда к этому моменту службы то, что по старым уставам именно в это время на утрени был вход с Евангелием, каковой вход в праздник Воздвижения просто заменялся лишь входом с крестом, изнесением его. На этом же основании в этот момент утрени совершается и вынос плащаницы.
Обрядизнесениякреста состоит в том, что после предварительного каждения креста на престоле, архиерей или священник, одетый, как для литургии, во всю священную одежду, по окончании славословия выносит крест с блюдом на голове в предшествии светильников через северные двери алтаря перед царские двери, возглашая там «Премудрость, прости» и, при троекратном пении тропаря праздника, несет крест на середину храма, полагает на аналое и кадит его.
Обряд этот знаменует шествие на крестную смерть Спасителя, почему и исхождение с крестом, в знак уничижения Спасителя, совершается через северные двери алтаря (как самые низшие). Возглас священника напоминает молящимся о том, что перед ними совершается таинственное действие, в котором заключается глубочайший смысл («премудрость»), и приглашает выразить благоговение к этому действию прямым стоянием и принять его в простоте души («прости»). Не может не напоминать нам этот обряд также обретения Честного Креста в недрах земли и изнесения его оттуда.
Вслед за столь знаменательным обрядом изнесения креста совершается торжественный обряд воздвижения его, ежегодно воспроизводящий воздвижение Креста, совершенное по его обретении. Обряд этот, который устав, в виду его особой торжественности, считает уместным только в соборных храмах, состоит в том, что архиерей или священник, сделав три земных поклона перед св. крестом и, взяв его с аналоя, осеняет им трижды народ, затем, держа его на голове, наклоняется до земли и поднимается и снова осеняет крестом. Это осенение крестом и воздвижение его совершается после произнесения прошения из ектении при стократном пении «Господи помилуй» и повторяется пять раз во все стороны: на восток, запад, юг, север и опять восток. Такой порядок стран выбран, чтобы из него составлялся крест. На восток делается воздвижение дважды в виду особого достоинства этой страны и чтобы всех воздвижений было 5. Перед каждым из этих воздвижений креста произносится особое прошение ектении и во время каждого воздвижения поется «Господи помилуй» 100 раз, всего, следовательно, 500 раз. Обряд, очевидно, имеет целью возбудить в нас такое же чувство сокрушения о грехах наших, вознесших Спасителя на крест, какое почувствовали очевидцы первого воздвижения Креста, при виде его в умилении восклицавшие «Господи помилуй».
После воздвижения над крестом совершается третий трогательный обряд поклонения ему и целования его. По 5-м воздвижении креста поется кондак праздника, предваряемый малым славословием; воздвигавший крест священнослужитель полагает его на аналой и трижды поет перед ним краткий тропарь «Кресту Твоему покланяемся, Владыко...», в котором прославляется столько же Крест, сколько и воскресение, как славное завершение распятия, цель его. При пении его и совершается троекратное поклонение кресту и целование его священнослужителями. После них целуют крест другие молящиеся при пении особых стихир. Поклонением кресту и целованием его выражается, вместе с благодарностью Спасителю за совершенное Им наше искупление, благоговение и любовь к самому орудию этого искупления.
Чин для всех этих обрядов дается Типиконом в следующих словах (в скобках мы прилагаем объяснение не вполне ясных мест чина и указание делаемых на практике добавлений к чину).
«Поему же великому славословию облачится настоятель во всю священную одежду, и приемлет кадильницу с фимиамом, и приходит ко святей трапезе, и кадит честный крест крестообразно684(обычно со всех четырех сторон престола, обходя престол три раза) и взимает его на главу (обычно при пении после славословия «Святый Боже» последнего, которое поется протяжно, таким напевом, как на погребении, причем и звон во все время обряда совершается погребальный; так делается, по крайней мере, по местам), и исходит северными дверьми, предыдущим ему со двема лампадами685даже до царских врат, и тамо став ожидает конца славословия и трисвятаго. Сему же скончану, возглашает настоятель велегласно: «Премудрость, прости». Мы же начинаем тропарь: «Спаси, Господи, люди Твоя» трижды. И приходит настоятель, нося на главе честный крест до среды церкве пред святыя царския двери686, тамо убо уготовану аналогию (аналою), полагает верху его честный крест и кадит крестообразно (обычно с каждой стороны аналоя, обходя его трижды). Таже творит поклоны (готовясь к священному обряду воздвижения) три до земли в какой-либо буди день (в какой бы день недели ни случился праздник Воздвижения, даже если бы он случился в воскресенье, когда земные поклоны запрещаются), и взем честный крест со благовонными васильками687на подножии креста обложенными, станет пред аналогием зря к востоком. И диакон возглашает во услышание всех: „Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей, молимся Тебе, услыши нас, Господи, и помилуй. Рцем вси“688. И начинаем первую сотницу (сотню) „Господи помилуй», 50, знаменающу настоятелю в начале честным крестом трижды, таже приклоняет главу, елико пядию отстояти главе от земли (наклоняет голову так, чтобы она находилась на одну пядь689от пола) и помалу (понемногу690) воздвигается горе даже до скончания второго 50 „Господи помилуй». Едва же доспеет до 97-го „Господи помилуй», возвышает глас свой екклисиарх (как управляющий хором, запевала, солист), настоятель же прямо стоя (разогнувшись от наклоненного положения) и конца сотницы ожидая, знаменает крестом трижды. Таже обращается к западней стране. И глаголет диакон: „Еще молимся о благочестивейшем, самодержавнейшем великом государе нашем императоре (имя) всея России, о державе, победе, пребывании, мире, здравии, спасении его, и Господу Богу нашему наипаче поспешити и пособити ему во всех, и покорити под нозе его всякаго врага и супостата. Еще молимся о супруге его, благочестивейшей государыне (имя)... и о всем царствующем доме. Рцем вси“. И начинаем вторую сотннцу „Господи помилуй». И творит настоятель второе воздвижение якоже преднаписася (как выше указано). Таже обращается к полуденной стране. И глаголет диакон: „Еще молимся о оставлении грехов691великаго господина и отца нашего (имя), святейшаго патриарха Московскаго и всея Руси, и всего о Христе братства нашего, о здравии и спасении. Рцем вси“. И начинаем третию сотницу „Господи помилуй». Скончаваемой же той, обращается настоятель к северной стране и глаголет диакон: „Еще молимся о всякой души христиастей скорбящей же и озлобленней, здравия, спасения и оставления грехов требующей. Рцем вси“. И бывает четвертое воздвижение. И глаголет диакон: „Еще молимся о всех служащих и послуживших во святей обители сей (или храме сем) отец и братий наших, о здравии и о спасении и оставлении грехов их. Рцем вси“. И начинаем пятую сотницу. По пятом же воздвижении поем Слава и ныне, кондак „Вознесыйся на крест волею». Поему же сему полагает настоятель честное древо креста на аналогии, и поем тропарь сей во глас 6: „Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое поем и славим» трижды. Поющим же и братиям тойже тропарь (обычно после священнослужителей поет хор тропарь еще трижды), начинает кланятися настоятель и творит метания692два пред честным крестом, таже (затем) целует его. По целовании же творит паки едино метание, такожде и на оба лика (правому и левому хору) по единому метанию. Посем приходят братия вся от деныя и левыя страны два два (попарно), по чину (только что указанному) покланяются и целуют честный крест. Поем же и стихиры самогласны, дóндеже совершится целование (следует перечисление стихир). И по скончании целования честнаго креста поставляется аналогий с честным крестом одесную страну царских дверей, и тмо стоит, дóндеже праздник отдастся. Аще ли же не в соборных храмех, воздвижение креста не бывает, точию поклонение кресту, якоже указано в Неделю 3-ю святых постов (т. е. сразу после входа с крестом, возгласа „Премудрость прости», тропаря „Спаси Господи» с кондаком и каждения креста – тропарь „Кресту Твоему» и целование креста)»693.
Стихиры на поклонение кресту
Сопровождая поклонение честному кресту и целование его «верными», эти стихиры, числом 8, имеют целью с особой выразительностью изобразить перед приступающими к «благословенному древу» все важнейшее, что оно дало нам и чем особенно дорого нам. Первая прерогатива Креста, которую приписывает ему и обычное народное сознание, – его сила против «невидимых врагов» спасения нашего. Об этом вполне естественно и говорит 1-я стихира«Приидите вернии»,начиная с указания на значение Креста в победе Христа над нашимисконным врагом и упоминая мимоходом и о силе его над внешними врагами христиан, орудиями невидимых врагов. 2-я стихира«Приидите людие»изображает «силу» Креста в том же великом деле Христовом, в той же победе Его, но уже не касаясь личности противников, а сосредоточиваясь на достигнутом результате: снискании для нас жизни и нетления. 3-я«Глас пророк Твоих»и 4-я«Четвероконечный мир»обозревают совершенное Господом через Крест по объему: первая – указывая на привлечение вЦерковьи к благодати всех народов, а вторая – на проникновение освящения во весь мир с подавлением в нем враждебных этому элементов. Все это чисто нравственные, слишком возвышенные блага. Но Крест сообщил нам и другие блага, более ощутимые. 5-я стихира«Пророков гласи»говорит о «богатых милостях», которые во имя Христа просит и, конечно получает от Бога тварь, но это также потому, что это «древо святое» и что им Адам освободился от «смертной клятвы». Посему все же главный дар Креста – это дарование воскресения нам, чему посвящена 6-я стихира«Глас пророка Твоего».Две последние стихиры оставляют Крест (называя его каждая только по разу), чтобы заняться исключительно Висящим на нем и этим заставить еще больше полюбить и оценить его. Рядом антитез эти стихиры доводят до сердца весь ужас и всю тяжесть страсти Христовой, причем 7-я«Днесь Владыка твари»противопоставляет поругание и муки Христа Его божественному достоинству, а 8-я«Днесь неприкосновенный существом»– Его благодеяниям человечеству; последняя стихира в заключение переходит в плач на погребение Христово, влагая этот плач в уста Его Матери и этим принимая характер богородична.
Стихиры самогласны Честнаго Креста, глас 2
Прииди́те ве́рнии, животворя́щему дре́ву поклони́мся, на не́мже Христо́с Царь сла́вы во́лею ру́це распросте́р, вознесе́ нас на пе́рвое блаже́нство, я́же пре́жде враг сла́стию укра́д, изгна́ны от Бо́га сотвори́. Прииди́те ве́рнии, дре́ву поклони́мся, и́мже сподо́бихомся неви́димых враг сокруши́ти главы́. Прииди́те вся оте́чествия язы́ков, Крест Госпо́день пе́сньми почти́м. Ра́дуйся Кре́сте, па́дшаго Ада́ма соверше́нное избавле́ние; тя ны́не со стра́хом христиа́не целу́юще, на тебе́ пригводи́вшагося Бо́га сла́вим глаго́люще: Го́споди, на том пригвозди́выйся, поми́луй нас, я́ко благ и человеколю́бец.
Приидите, верные, поклонимся животворящему древу; на нем Христос, Царь славы694, добровольно695распростерши руки, вознес696к прежнему697блаженству нас, которых враг, похитив698сластью699, сделал изгнанниками700от Бога. Приидите, верные, поклонимся древу, через которое мы удостоились701сокрушить702головы703невидимых врагов. Приидите, все племена704народов705,почтим песнями706Крест Господний. Радуйся707, Крест, совершенное избавление708павшего Адама. Тобою хвалятся наши вернейшие цари, как твоею силою мощно709покоряющие измаильские народы. Целуя710со страхом тебя ныне, мы, христиане, славим пригвоздившегося711на тебе Бога, говоря: пригвоздившийся712на нем Господи, помилуй нас, как благий и человеколюбивый.
Глас 5
Прииди́те лю́дие, пресла́вное чу́до ви́дяще, Креста́ си́ле поклони́мся; я́ко дре́во в раи́ смерть прозябе́, сие́ же жизнь процвете́, безгре́шнаго иму́ще пригвожде́нна Го́спода; от Него́же вси язы́цы нетле́ние взе́млюще зове́м: Иже Кресто́м смерть упраздни́вый, и нас свободи́вый, сла́ва Тебе́.
Приидите, люди713, увидев необычайное714чудо715, преклонимся716перед силой Креста, так как717древо в раю произрастило смерть, а это зацвело718жизнью, имея пригвожденным719на себе безгрешного Господа. Получая720от него нетление, мы, все народы, восклицаем: Упразднивший Крестом смерть и освободивший нас, слава Тебе!
Глас тойже721
Глас проро́к Твои́х Иса́ии и Дави́да испо́лнися, Бо́же, глаго́лющий: прии́дут вси язы́цы, Го́споди, и покло́нятся пред Тобо́ю: се бо лю́дие, и́же Твоея́, Бла́же, благода́ти напо́лнишася, во дво́рех Твои́х Иерусали́ма. Крест претерпе́вый за ны, и воскресе́нием Твоим животворя́й, сохрани́ и спаси́ ны.
Исполнился голос пророков Твоих, Боже, Исаии и Давида722,говорящий: придут все народы, Господи, и поклонятся пред Тобою; ибо вот люди, которые наполнились, Благий, благодати Твоей, (теперь) в Твоих Иерусалимских дворах723. Претерпевший крест за нас и оживотворивший нас воскресением Твоим, сохрани и спаси нас!
Глас 6
Четвероконе́чный мир днесь освяща́ется, четверча́стному воздвиза́ему Твоему́ Кресту́, Христе́ Бо́же наш, и рог ве́рных христиа́н совозно́сится. Тем враго́в сокруша́ем ро́ги. Ве́лий еси́, Го́споди, и дйвен в де́лех Твои́х; сла́ва Тебе́.
Четырехконечный мир сегодня освящается воздвижением четырехчастного Креста Твоего, Христе Боже наш, и вместе с тем возвышается сила724верного императора нашего. Им (Крестом) мы сокрушаем силу725врагов. Велик726Ты, Господи, и дивен в делах727Твоих, слава Тебе!
Глас тойже
Проро́ков гла́си дре́во свято́е предвозвести́ша, и́мже дре́вния свободи́ся кля́твы сме́ртныя Ада́м, тварь же днесь возноси́му тому́ совозвыша́ет глас, от Бо́га прося́щи бога́тыя ми́лости: но еди́ный в благоутро́бии безме́рный Влады́ко, очище́ние бу́ди нам, и спаси́ ду́ши наша.
Голоса пророков предвозвестили святое древо, которым Адам освободился от древнего проклятия на смерть; тварь728же с сегодняшним воздвижением этого (древа) совозносит729голос730,прося у Бога богатой милости731. Но732,единственный в милосердии неизмеримый Владыка, будь нам очищением и спаси наши души.
Глас 8
Глас проро́ка Твоего́ Моисе́а, Бо́же, испо́лнися глго́ляй: у́зрите живо́т ваш ви́сящ пред очесы́ ва́шими. Днесь Крест воздвиза́ется, и мир от ле́сти свобожда́ется, днесь Христо́во воскресе́ние обновля́ется, и концы́ земли́ ра́дуются, в кимва́лех дави́дски песнь Тебе́ принося́ще и глаго́люще; соде́лал еси́ спасе́ние посреде́ земли́, Бо́же, Крест и воскресе́ние: и́хже ра́ди нас спасл еси́, Бла́же и Человеколю́бче. Всеси́льне Го́споди, сла́ва Тебе́.
Получил осуществление голос пророка Твоего, Боже, Моисея, говорящий: увидите жизнь вашу висящей пред очами вашми733. Сегодня Крест воздвигается и мир освобождается от обльщения734, сегодня Христово воскресение обновляется735и концы земли радуются736, принося Тебе песнь в кимвалах по Давиду737и говоря: Ты совершил спасение среди земли, Боже, Крест и воскресение, которыми спас нас, Благий и Человеколюбивый. Всесильный Господи, слава Тебе.
Глас тойже
Днесь Влады́ка тва́ри и Госпо́дь сла́вы на кресте́ пргвожда́ется и в ре́бра пробода́ется, же́лчи и о́цта вкуша́ет Сла́дость церко́вная, венце́м от те́рния облага́ется Пкрыва́яй не́бо о́блаки, оде́ждею облачи́тся поруга́ния и зауша́ется бре́нною руко́ю руко́ю Созда́вый челове́ка, по плеще́ма бие́н быва́ет Одева́яй не́бо о́блаки, заплва́ния и ра́ны прие́млет, поноше́ния и зауше́ния, и вся терпи́т мене́ ра́ди осужде́ннаго Изба́витель мой и Бог, да спасе́т мир от пре́лести, я́ко благоутро́бен.
Сегодня Владыка творения и Господь славы738пригвождается на кресте и пронзается копьем; желчи и уксуса вкушает Сладость Церкви; венец из терния надевает Покрывающий небо облаками739; облекается в одежду740посмеяния741и заушается бренной742рукой Создавший743(Своей) рукой человека; ударяется744по плечам745Одевающий небо облаками746; оплевания и раны747, поношения748и заушения749принимает и все терпит ради меня Избавитель750мой и Бог, чтобы спасти Ему, как милосердному, мир от обольщения751.
Слава и ныне, глас тойже
Днесь Неприкоснове́нный существо́м прикоснове́н мне быва́ет, и стра́ждет стра́сти Свобожда́яй мя от страсте́й, свет Подава́яй слепы́м от беззако́нных усте́н оплва́ется и дае́т плещи́ за плене́нныя на ра́ны. Сего́ Чи́стая Де́ва и Ма́ти на кресте́ зря́щи, боле́зненно веща́ше: увы́ мне, Ча́до Мое́, что сие́ сотвори́л еси́? Кра́сный добро́тою па́че всех челове́к, бездыха́нный беззра́чный яля́ешися, не име́я ви́да, ниже́ добро́ты. Увы́ Мне, Мой Све́те, не могу́ спя́ща зре́ти Тя, утро́бою уязвля́юся, и лю́тое ору́жие сердце Мое́ прохо́дит. Воспева́ю Твоя́ стра́сти, покланя́юся благоутро́бию Твоему́, долготерпли́ве Го́споди, сла́ва Тебе́.
Сегодня Неприкосновенный752по природе становится доступным мне753для прикосновения754, и терпит страдание Освобождающий меня от страстей; Подающий свет слепым оплевывается беззаконными устамй755и подставляет плечи ранам за пленников756.Видя757Его на кресте, Чистая Дева и Мать мучительно вещала758: «Горе Мне, Дитя Мое, что Ты сделал?Прекрасный759красотою более всех людей, Ты оказываешься бездыханным, бесформенным760, не имеющим ни вида761, ни красоты. Горе Мне, Свет Мой, не могу видеть762Тебя спящим, терзаюсь763внутренне764и лютое765оружие766проходит через сердце Мое767. Воспеваю Твои страдания, поклоняюсь милосердию Твоему, долготерпеливый Господи, слава Тебе!
Литургия
Антифоны
Антифоны на литургии – принадлежность только Господских двунадесятых праздников. Являясь пережитком той эпохи в истории богослужения, когда оно сводилось почти все (как ныне в Римо-Католической Церкви) к избранным псалмам, каждый стих которых имел приноровленный к празднику припев, антифоны избираются из наиболее подходящих к празднику псалмов, причем первый имеет отдаленный от праздника и простой молитвенный припев, обращенный к Спасителю во имя Его Матери; второй антифон имеет припев, обращенный к Спасителю, уже как Сыну Божию, и во имя празднуемого события, а третий имеет своим припевом сам тропарь праздника, т. е. самый близкий к празднику припев.
Из антифонов Воздвижения первый изображает муки Спасителя на кресте, второй – плоды искупления, третий – славу воскресшего и Его храма, причем имеется в виду обновление храма Воскресения в третьем антифоне повсюду, а в 1-м и 2-м этому посвящено по одному стиху. В качестве входного взят стих из последнего псалма, наиболее из псалмических стихов выразительно говорящий о празднике.
Антифон 1, глас 2. Псалом 21
Бо́же, Бо́же мой, вонми́ ми, вску́ю оста́вил мя еси?
Боже, Боже мой, внемли мне! Зачем Ты оставил меня ? (ст. 2а)768
Моли́твами Богоро́дицы, Спа́се, спаси́ нас.
По молитвам Богородицы, Спаситель, спаси нас.
Дале́че от спасе́ния моего́ словеса́ грехопаде́ний мои́х.
Удаляют меня от спасения слова грехопадений моих769(ст. 2б).
Бо́же мой, воззову́ во дни, и не услы́шиши, и в нощи́, и не в безу́мие мне.
Боже мой, я днем взываю – и Ты не слышишь, ночью – (то же), хотя я и не безумен770(ст. 3).
Ты же во святе́м живе́ши, Хвало́ Изра́илева.
Ты же во святом живешь, Хвала Израиля771! (ст. 4)
Слава, и ныне.
Антифон 2, глас 2. Псалом 73
Вску́ю, Бо́же, отри́нул ны еси́ до конца?
Зачем Ты, Боже, отверг нас до конца772(cm. 1а)
Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, пло́тию распны́йся, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Сын Божий, распявшийся плотию, спаси нас, поющих Тебе: аллилуиа.
Помяни́ сонм Твой, его́же стяжа́л еси́ испе́рва.
Вспомни собрание773Твое, которое Ты искони приобрел (ст. 2а).
Гора́ Сио́н сия́, в не́йже всели́лся еси́.
Это гора774Сион, в которой Ты поселился (cm 2в).
Бог же Царь наш пре́жде ве́ка, соде́ла спасе́ние посрде́ земли́.
Бог же, Царь наш прежде века, совершил спасение среди земли775(ст. 12).
Антифон 3, глас 1. Псалом 98
Госпо́дь воцари́ся, да гне́ваются лю́дие.
Господь воцарился, да гневаются776народы (ст. 1а).
Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́...
Спаси, Господи, народ Твой...
Госпо́дь воцари́ся, да гне́ваются лю́дие, Седя́й на херви́мех, да подви́жится земля́.
Господь воцарился – да гневаются народы777, Восседающий на херувимах (воцарился)–да содрогнется земля! (ст. 1)
Госпо́дь в Сио́не вели́к, и высо́к есть над все́ми людьми́.
Господь на Сионе велик, превыше всех народов (ст. 2).
Поклони́теся Го́сподеви во дворе́ святе́м Его́.
Поклонитесь Господу во святом дворе Его778. (Пс. 95:9)
Входное
Возноси́те Господа, Бо́га на́шего, и покланя́йтеся поно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть.
Превозносите Господа, Бога нашего, и поклоняйтесь подножию ног Его, ибо оно свято. (Пс. 98)779
Прокимен
Литургийный прокимен и яснее, и подробнее, чем утренний говорит о событии; из псалмических стихов сюда выбран стих, прославляющий и самого Искупителя («Господа, Бога нашего»), притом в выражениях, напоминающих сущность праздника («возносите»), и орудие искупления («подножие ног Его – Крест) в такого же рода выражениях («покланяйтеся» – поклонение Кресту), и следствия искупления (святость). Вообще среди псалмов, из которых обязательно берется прокимен, это место – наиболее приложимое к настоящему празднику. Стихом к прокимну, по обычаю, служит первый стих псалма, из которого взят прокимен; но он также приложим к празднику и дополняет прокимен, указывая на отношение ко Кресту и к распятию неверующей части человечества.
Прокимен, глас 7
Возноси́те Го́спода, Бо́га на́шего, и покланя́йтеся поно́жию но́гу Его́, я́ко свя́то есть.
Превозносите Господа, Бога нашего, и поклоняйтесь подножию ног Его, ибо оно свято. (Пс. 98:5)
Стих:
Госпо́дь воцари́ся, да гне́ваются лю́дие.
Господь воцарился, да гневаются народы (ст. 1а)780.
Апостол
Для апостольского чтения выбрано место из посланий, где наиболее показано все значение Креста для нас.
1Кор. 1:18–24 (зачало 125)
Бра́тие, сло́во кре́стное погиба́ющим у́бо юро́дство есть, а спаса́емым нам си́ла Бо́жия есть. Пи́сано бо есть: погублю́ премудрость прему́дрых, и ра́зум разу́мных ове́ргу. Где прему́др? Где кни́жник? Где совопро́сник ве́ка сего? Не обуи́ ли Бог прему́дрость ми́pa сего? Поне́же бо в прему́дрости Бо́жией не разуме́ мир прему́дростию Бо́га, благоизво́ли Бог бу́йством про́поведи спасти́ ве́рющих. Поне́же и иуде́е зна́мения про́сят, и е́ллини прему́дрости и́щут; мы же пропове́дуем Христа́ ра́спята, иуде́ем у́бо собла́зн, е́ллином же безу́мие. Сами́м же зва́нным, иуде́ем же и е́ллином, Христа́ – Бо́жию Си́лу и Бо́жию Прему́дрость.
Братья, слово о Кресте для погибающих – безумие, а для нас, спасаемых, – сила Божия. Ибо написано: «Погублю мудрость мудрецов и разум разумных отвергну» (Ис. 29:14). Где мудрец? Где книжник? Где спорщик века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие? (Ис. 33:18) Но когда мир своей мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу безумием проповеди спасти верующих. Ибо и иудеи требуют чудес, и эллины ищут мудрости, а мы проповедуем Христа распятого – для иудеев соблазн, а для эллинов безумие; для самих же призванных, как иудеев, так и эллинов, Христа – Божию Силу и Божию Премудрость.
Апостольское чтение взято из первого послания ап. Павла к Коринфянам. Послание это написано по поводу того, что в Коринфе, городе богатом и образованном, происходили споры и раздоры между христианами из иудеев и христианами из язычников (греков) и придавалось большое значение тому искусству, с которым каждый мог отстаивать свое мнение. Апостол, обличая христиан за это, и указывает на то, что сама сущность христианской веры – крестная смерть Христова, или, говоря более кратко, Крест Христов – стоит выше человеческой мудрости и одинаково неприемлем как для иудея, так и для эллина, хотя и по разным причинам; поэтому при правильном понимании этой сущности христианства, при правильном отношении ко Кресту Христову не может быть в христианском обществе почвы и основания ни для разделения, ни даже для каких-нибудь псевдонаучных споров; распятый Христос для всех христиан есть прежде всего Сила Божия, а затем и Премудрость Божия.
Подробнее эта мысль у апостола развивается следующим образом. Проповедь о том, что составляет самую сущность нашей веры – Крест781Христов, настолько выше человеческой мудрости, что она кажется юродством782, но для кого? – для «погибающих»783, для людей совершенно неспособных к спасению, для спасамых784же Крест – явление прежде всего, так сказать, совершенно другого порядка, не того, где приложимы мерки мудрости или безумия; он – сила, которую прежде всего можно почувствовать, которая более и главным образом подлежит ощущению, чувству, а не разуму, и именно он – сила Божия (ср. Рим. 1:16), от Бога исходящая, следовательно, безмерно великая (ст. 18). Это апостол доказывает как от Писания, так и от наличной действительности. В качестве доказательства от Писания берется место из пророка Исаии (29:14), где Бог грозит Израилю в наказание за его лицемерие (ст. 13) уничтожить мудрость его мудрецов, чтобы она не послужила им ко спасению; в этом месте пр. Исаии апостол усматривает, следовательно, и более глубокую мысль, что мудрость не по божественному направленного ума не годна к спасению (ст. 19). То же доказала потом и история, как бы продолжает апостол, доказано было отношением к евангельской проповеди представителей этого века, т. е. домессианского периода, поскольку он и по исполнении полноты времен стремится утверждать себя, или, как апостол называет этот век в другом месте (Гал. 1:4), – «настоящего века лукавого», до окончания которого «век грядущий» с его стремлениями и силами новой жизни находится в скрытом состоянии и который по своей пространственной стороне то же, что «мир сей» («бог» или «князь» которого – диавол: 2Кор. 4, 4; Ин. 12:31), точнее «век мира сего» (Еф. 2:2). Апостол подробно говорит о представителях этого века, в форме вопроса «где они?» показывая их исчезновение перед силой Креста. Сначала он называет вообще «мудрого», заключая в этом понятии всю мудрость этого века или мира, для которой непонятен Крест Христов. Этих «мудрецов» он затем делит на «книжников» – обычное название еврейских ученых, вся мудрость которых искала себе опоры в книгах св. Писания, и на «совопросников» – представителей греческой философии, где в то время главной была диалектика (Деян. 17:19 и далее), софистика785. Тем, что мудрость этого мира не может понять Креста, этой явной силы Божией, она показывает в себе неспособность к пониманию высочайших явлений жизни, т. е. показывает, что она – не мудрость, а непонимание, тупость, глупость. Так Бог ее «обуи», «показал, что по существу она глупа» (св.Иоанн Златоуст). Но эта мирская мудрость еще раньше обнаружила свою неспособность к пониманию «премудрости Божией», т. е. как вообще премудрости Божией в устройстве и управлении вселенной, так и, в частности, премудрости в водительстве избранного народа. И потому-то Бог счел за лучшее («благоизволи»)786обратиться к другому средству для спасения мира: не к мудрости его, а квере,для которой не нужна мудрость, и которая принимаетпроповедь,даже если она на взгляд человеческой мудрости кажетсябезумием.Такая проповедь не могла удовлетворить ни одного из вышеприведенных двух классов представителей этого мира, как ни различны эти классы между собой вообще и, в частности, по тем требованиям, которые они предъявляли к проповеди спасения, к ожидаемому всеми Спасителю. Иудеям нужно былознамение787, какое-нибудь поразительное чудо в доказательство того, что воскресший и вознесшийся, по словам апостолов, Иисус есть Мессия. Эллинам же нужно былоразумными доводамидоказать, что для спасения нужна была такая позорная смерть Спасителя; ониискали,пытливо спрашивали смысла (философского объяснения, «премудрости») для этой смерти, как иудеитребовали,просили с неба знамения в подтверждение того же. При таких запросах распятый Христос не мог удовлетворить ни тех, ни других; для иудеев, искавших внешнего блеска в Мессии, Расптый былсоблазном788,преткновением, причиной падения; для эллинов Он явился противоречащим разуму,безумием.Но так было только с теми из тех и других, которых не коснулось «призвание», избрание Божие. Для тех же, которых апостол назвал ранее «верующими» (по их собственному внутреннему отношению к Евангелию) и «спасаемыми» (по тому, что они получают от последнего), и которых он теперь называет"зваными"789,указывая в Боге основание их веры и спасения, для этих Христос –Божия Сила,Сила божественной жизни, обновляющая, освящающая, подающая блаженство, как ничто в тварном, иБожия Премудрость,дающая разрешение всех трудных вопросов жизни, освещающая все темное на путях к Богу. Таким образом Христос, хотя ираспятый,или, вернее именно как распятый, удовлетворяет законным запросам «призванного» человечества во всем их национальном разнообразии, так как именно иудеи в нем наиболее искали силы, могущества, а эллины – смысла, премудрости.
Аллилуарий
Для аллилуария избраны псалмические стихи, указывающие на искупление без такого непосредственного отношения ко Кресту, как в прокимне, но за то с его, так сказать, самой отрадной и светлой стороны – со стороны его следствий: ближайших для нас – в виде создания Церкви, и самых отдаленных – для всего мира, среди которого совершено спасение.
Аллилуиа, глас 1
Помяни́ сонм Твой, его́же стяжа́л еси́ испе́рва.
Вспомни собрание Твое, которое Ты искони приобрел. (Пс. 73:2)
Стих:
Бог же Царь наш пре́жде ве́ка, соде́ла спасе́ние посрде́ земли́.
Бог же, Царь наш прежде века, совершил спасение среди земли (ст. 12)790.
Евангелие
Для евангельского чтения выбрано повествование о распятии Христовом, но такое, где особенно выдвигается Крест с той дощечкой, которая найдена была с ним, и с копьем, которому поклонялись вместе с Крестом в древности на Воздвижение.
Ин. 19:6–11, 13–20, 25–35 (зачало 60)
Во вре́мя о́но сове́т сотвори́ша архиере́е и старцы на Иису́са, я́ко да убию́т Его́, и приведо́ша Его́ к Пила́ту глго́люще: распни́, распни́ Его́. Глаго́ла им Пила́т: поими́те Его́ вы, и распни́те, аз бо не обрета́ю в Нем вины́. Отвща́ша Ему́ иуде́е: мы зако́н и́мамы, и по зако́ну на́шему до́лжен есть умре́ти, я́ко Себе́ Сы́на Бо́жия сотвори́. Егда́ у́бо слы́ша Пила́т сие́ сло́во, па́че убоя́ся. И вни́де в прто́р па́ки, и глаго́ла Иису́сови: отку́ду еси́ Ты? Иису́с же отве́та не даде́ ему́. Глаго́ла же Ему́ Пила́т: мне ли не глго́леши? Не ве́си ли, я́ко власть и́мам распя́ти Тя, и власть и́мам пусти́ти Тя? Отвеща́ Иису́с: не и́маши вла́сти ни еди́ныя на Мне, а́ще не бы ти дано́ свы́ше; сго́ ра́ди преда́вый Мя тебе́ бо́лий грех и́мать. Пила́т у́бо слы́шав сие́ сло́во, изведе́ вон Иису́са, и се́де на суди́щи, на ме́сте глаго́лемем Лифострото́н, евре́йски же Гавва́фа. Бе же пято́к Па́сце, час же я́ко шесты́й; и глаго́ла иуде́ом: се Царь ваш. Они́ же вопия́ху: возми́, воми́, распни́ Его́. Глаго́ла им Пила́т: Царя́ ли вашего распну? Отвеща́ша архиере́е: не и́мамы царя́ то́кмо ке́саря. Тогда́ у́бо предаде́ Его́ им, да ра́спнется. Пое́мше же Иису́са и ведо́ша, и нося́ крест Свой, изы́де на глаго́лемое Ло́бное ме́сто, е́же глаго́лется евре́йски Голго́фа, иде́же пропя́ша Его́, и с Ним и́на два, сю́ду и ю́ду, посреде́ же Иису́са. Написа́ же и ти́тла Пила́т, и положи́ на кресте́; бе же напи́сано: Иису́с Назоряни́н Царь иуде́йский. Сего́ же ти́тла мно́зи что́ша от иуде́й, я́ко близ бе ме́сто гра́да, иде́же пропя́ша Иису́са; и бе напи́сано евре́йски, гре́чески, ри́мски. Стоя́ху же при кресте́ Иису́сове Ма́ти Его́, и сестра́ Ма́тере Его́ Мари́а Клео́пова, и Мари́а Магдали́на. Иису́с же ви́дев Ма́терь и ученика́ стоя́ща, его́же любля́ше, глаго́ла Ма́тери Своей: Же́но, се сын Твой. Пото́м глаго́ла ученику́: се Ма́ти твоя́. И от того́ часа́ поя́т Ю учени́к во своя́ си. Псе́м ве́дый Иису́с, я́ко вся уже́ соверши́шася, да сбу́дется Писа́ние глаго́ла: жа́жду. Егда́ же прия́т о́цет Иису́с, рче́: соверши́шася. И прекло́нь главу́, предаде́ дух. Иуде́е же, поне́же пято́к бе, да не оста́нут на кресте́ телеса́ в суббо́ту, бе бо вели́к день тоя́ суббо́ты, моли́ша Пила́та, да пребию́т го́лени их, и во́змут. Приидо́ша же во́ини, и пе́рвому у́бо преби́ша го́лени, и друго́му распятому с Ним. На Иису́са же прише́дше, я́ко ви́деша Его́ уме́рша, не преби́ша Ему́ го́лений, но еди́н от во́ин копие́м ре́бра Ему́ прободе́, и а́бие изы́де кровь и вода́. И ви́девый свиде́тельствова, и и́стинно есть свиде́телство его́, и той весть, я́ко и́стину глаго́лет, да вы ве́ру и́мете.
В то время составили совет первосвященники и старейшины против Иисуса, чтобы убить Его; и привели Его к Пилату791, говоря: «Распни, распни Его!» Пилат говорит им: «Возьмите Его вы и распните792,ибо я не нахожу в Нем вины». Иудеи отвечали ему: «Мы имеем закон793,и по закону нашему Он должен умереть, потому что сделал Себя Сыном Бжиим». Пилат, услышав это слово, больше убоялся. И опять вошел в преторию794и сказал Иисусу: «Откуда Ты?» Но Иисус не дал ему ответа. Пилат говорит Ему: «Мне ли не отвечаешь? Не знаешь ли, что у меня есть власть распять Тебя, и есть власть отпустить Тебя?» Иисус отвечал: «Ты не имел бы надо Мной никакой власти, если бы не было дано тебе свыше; поэтому больший грех на том, кто предал Меня тебе». Пилат, услышав это слово, вывел Иисуса наружу, и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон795, а по-еврейски Гавафа. Тогда была пятница перед Пасхой, около шестого часа. И сказал Пилат иудеям: «Вот Царь ваш!» Но они закричали: «Возьми, возьми, распни Его!» Пилат сказал им: «Царя ли вашего распну?» Первосвященники отвечали: «Нету нас царя, кроме кесаря796». И тогда он предал Его им на распятие. И взяли Иисуса и повели. И, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобным, по-еврейски Голгофа; там распяли Его и с Ним двух других, по ту и по другую сторону, а посреди Иисуса. Пилат же написал и надпись и поставил на кресте. Написано было: «Иисус Назорей, Царь иудеев». Эту надпись читали многие из иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города; и написано было по-еврейски, по-гречески и по-римски. При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: «Жено, се сын Твой». Потом говорит ученику: «Се Матерь твоя». И с этого времени этот ученик взял Ее к себе. После того Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: «Жажду». Когда же Иисус вкусил уксуса, сказал: «Совершилось!» И, преклонив главу, предал дух. Но как тогда была пятница, то иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу (ибо та суббота была день великий), просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их. Итак, пришли воины, и у первого перебили голени и у другого, распятого с Ним. Но, подойдя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода. И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили.
Это – последняя заключительная часть суда над Иисусом Христом у Пилата, вслед за чем последовало осуждение Спасителя на смерть и само распятие. Божественного Страдальца после издевательски мучительного и безбожно-несправедливого суда и осуждения у первосвященников Анны и Каиафы, а также в синедрионе привели для окончательного осуждения к представителю римской власти – Понтию Пилату. И как ни жесток был сам по себе этот римлянин, но божественный вид Спасителя, Его кротость, а, с другой стороны, явно несправедливое обвинение, возводимое на Христа иудеями и особенно представителями иудейской власти, вызвали в душе Пилата сострадание к его Божественному подсудимому. Евангелисты дают поразительную картину того, как Пилат, суровый язычник-римлянин, защищал перед иудеями Того, Кто пришел спасти погибший дом Израилев, спасти этих самых безумствовавших в ненависти и возбужденных толпой своих начальников и их слуг к непостижимой злобе против своего Спасителя иудеев. Ни признание Пилатом безвинности Христа, ни посольство им Спасителя на поругание своему прежнему врагу Ироду Антипе, ни жестокое бичевание невинного Страдальца в угоду озверевшей толпе – ничто не могло насытить ненависти ко Христу тех, кто жаждал только смерти Его. И вот теперь, после бесчеловечно жестокого и несправедливого бичевания, Пилат еще раз вывел Христа к народу и, возбуждая в нем сострадание измученным и истерзанным видом Страдальца, воскликнул: «Се Человек!» Но вид Христа, вид струящейся по Его лицу и одежде крови в озверевшей толпе вызвали лишь жажду новой и новой крови, и дикое «Распни, распни Его!» было ответом на попытку Пилата пробудить сострадание к невинному Страдальцу. «В римлянине, который проливал кровь как воду и на поле битвы, и в открытом побоище, и в тайных убийствах, легко предположить ледяное и каменное сердце, но еще холоднее и жесточе было сердце бесчеловечных врагов Христа» (Фаррар). Указание же Пилата на безвинность Страдальца вызвало в толпе их еще более настойчивое требование смерти Его, по их закону, «яко Себе Сына Божия сотвори». Это новое обвинение поразило суеверный ум Пилата, так как с именем «Сына Божия» у него соединялось языческое представление о божестве и божественности. И вот этот нерешительный, трусливо колеблющийся, жестокий и не чуждый сострадания невер и суевер был встревожен. Но на любопытство суевера Спаситель ответил молчанием, а на грозное и почти гневное, сквозь суеверный страх, заявление Пилатом своих прав судьи «распять Спасителя или отпустить Его» Спаситель ответил кротким указанием на то, что совершающееся является осуществлением высших предначертаний, а вовсе не дело его, Пилата, силы и власти. Так даже во время крайнего Своего уничижения Спаситель с бесконечной кротостью и божественным достоинством отнесся к человеку, сделавшему Ему столько зла, и с милосердием судил Своего судью! И это еще более усилило смущение и страх Пилата перед таинственным Страдальцем, величие Которого сияло в самом уничижении, в самой царски-божественной снисходительности. С тревогой в душе и смущением в своей совести Пилат в последний раз вышел на судейское место и сел на лифостротон. «Се Царь ваш!» – воскликнул в порыве искреннего убеждения и глубокого смущения столь близкий к истине и столь далекий от нее Пилат. Но ответом и на эти слова Пилата были снова дикие вопли толпы: «Распни, распни Его!», а вместе и злов щие, страшные для каждого римлянина угрозы обвинением в неверности, измене кесарю – римскому императору. Перед этими угрозами не устояла слабая воля, хилая душа Пилата. Быть может, ему представился тогдашний император Тиберий – мрачный, болезненно-подозрительный и мстительный, родилось самолюбивое и трусливое опасение за свою собственную участь и жизнь. Чувство самосохранения взяло перевес, и несправедливый судия, слабодушный Пилат сознательно, вопреки убеждению своему, предал заведомо невинную Жертву на муки страшной смерти, смерти крестной. Во имя страха перед царем земным предал на смерть Небесного Царя.
Задостойник
Велича́й, душе́ моя́, Пречестны́й Крест Госпо́день. Та́ин еси́, Богоро́дице, рай... (см. в 9-й песне канона).
Причастен
Для причастна взят псалмический стих, указывающий, как и аллилуарий, на радостное следствие искупления, но на самое основное и всеобъемлющее: благоволение Божие к нам, просветление дотоле омраченного гневом лица Божия.
Зна́менася на нас свет лица́ Твоего́, Го́споди.
Отпечатлелся на нас свет лица Твоего, Господи. (Пс.4:7)797
Богослужебные особенности праздника Воздвижения
Кроме главной такой особенности – выноса и воздвижения креста, праздник имеет еще три особенности в своем богослужении.
1) После Евангелия поется «Воскресение Христово видевше». Это потому же, почему тропарь на поклонение Кресту говорит столько же о Кресте, сколько и о воскресении. Песнь эта, по существу не воскресная лишь, но прямо пасхальная, приуроченная, кроме Пасхи, к одному из самых видных моментов воскресной службы, накладывает радостный отпечаток на все же грустный тон праздничной службы, озаряя ее мыслью о воскресении.
2) На литургии Трисвятое заменяется тропарем «Кресту Твоему...». Трисвятое настолько священная песнь, что отмена его на литургии допускается только для трех самых великих из праздников как песни все же скорбно-покаянной, заменяемой более радостной песнью «Елцы во Христа крестистеся». На Воздвижение Трисвятое также заменяется более радостной песнью, говорящей о воскресении.
3) К богослужебным же особенностям Воздвижения должен быть отнесен пост в этот день – в виду того, что церковный устав пищу в праздник (степень того или другого «разрешения» на нее) ставит в самую тесную связь с чином праздничного богослужения. Пост в день, посвященный, хотя и косвенно, воспоминанию страданий Христовых, понятен. Но как вся служба праздника имеет в себе больше радости, чем скорби, то и пост в этот праздник не строгий. Запрещается только рыба, разрешение на которую устав рассматривает почти как отмену поста, но дозволяется вино и елей, тогда как даже в седмичные дни, посвященные воспоминанию страданий Христовых – в среду и пятницу – предписывается сухоядение.
Святоотеческие чтения на службе
Тогда как в другие двунадесятые праздники Типикон определенно указывает, из каких творений св. отцов бывает каждое чтение на службе, на Воздвижение такие указания даются в неопределенной форме: «и чтение праздника». Но это совершенно случайное явление, объясняющееся тем, что более определенные указания просто выпали в позднейших редакциях устава. Нужно обратиться к древним памятникам устава (к рукописям), чтобы найти эти определенные указания.
Так, о первом святоотеческом чтении (на вечерне после благословения хлебов) нынешний Типикон говорит: «И чтем слово о честнем древе». Это только сокращенное название чтения, указываемого именно на этом месте бдения древними уставами с таким заглавием: «Слово историческое, похвала Честному Кресту Александра монаха» (греческий писатель VII в.), начинающееся словами: «Повеление вашего отечества преподобиа приим»798. Вот его содержание. После извинения за «неученость» и предупреждения, что он выбрал из своих источников «истину», автор начинает с описания предвечного бытия и творческой деятельности Сына Божия: «сый присно со Отцем и Пресвятым Духом... сотвори все с Ними от небытиа; не бе бо ничесоже, егда бе токмо Св. Троица омоусиа (единосущная) ...неоскудное божество, владческий сан, присносущное веселие; ...ведый убо пропведанием Божиим, когда и где и како и колику подобаше бытию быти, ...сотвори сущее... да множайше будет причащьшеся благочестия его». Сотворив тело человека, Сын Божий вложил в него душу, но она – не часть Бжия, как думаетОриген, иначе не сказано было бы: «прият душу живу». «Вся убо деяв Слово Божие, множае силы не открыл» (большинства своих сил не проявил), так как сотворил только то, что хотел. Всю же тварь, видимую и невидимую, «креста образно Бог сотворил: створь бо широту и долготу, высоту и глубину, образ креста написа (ср. Еф. 3:18); четверообразна животна (Иез. 1) образ креста являют», как и шесть крыльев у серафимов; «и светила крестообразно свет сияют; и человек крестообразно создан бысть» – изображает крест, когда протянет руки. Образом Креста были: древо жизни в раю; овен, запутавшийся рогами в «саде Савекове» при жертвоприношении Исаака; поклонение Иакова на край жезла Иосифа; жезл Моисея, которым он творил столько чудес 40 лет. Крест предсказывали все пророки, напр. Ис. 60:13, где Крест связывается со Св. Троицей. «Сице всегда от Адама спасающимся до Христа образно Честным Крестом правда подавашеся». Изображается рождение Христа при Ироде, который, будучи иноплеменником, чтобы устранить притязания на царство рода Давидова, сжег все родословные книги у евреев, но римская перепись восстановила родословие. Родился Господь в 42-й год Августа. По возвращении из Египта четырехлетним Христос поселился в Назарете; Иосиф умер вскоре после посещения 12-летним отроком Иисусом храма. На место умершего без наследника Архелая Тиберий поставил «воеводою» в Иудее друга своего Пилата. Галилейский же царь Ирод в это время «отгна» жену свою, дочь аравийского царя Арефы, из-за Иродиады, что вызвало обличение Иоанна Крестителя и кровопролитную войну с Арефой. Пострадал Господь в 20-й день (марта?) «прежде тринадесять каланд Априля». «И понеже Крест везде славен есть и все крестообразно бысть, ...подобно и Господь приял крестную смерть». Иудеи, чтобы пустой гроб Спасителя не проповедовал воскресения Его, засыпали гроб и Голгофу. Этот «злой совет» Бог попустил, чтобы благодаря этому в предстоявших военных потрясениях Палестины святыни сохранились неприкосновенными под землей. Тиберий, услышав о воскресении Христовом и чудесах апостолов, уверовал и хотел «нарещи» Его Богом, но был удержан вельможами. Но Ирода, за участие в смерти Спасителя, а также за убийство Иоанна Крестителя, он сослал с Иродиадой в Испанию, где ту во время пляски живой поглотила земля. Оклеветанный Пилат был приведен в Рим, где покончил с собой. Ирод Агриппа гнал христиан. Имп. Клавдий за междоусобие в Иерусалиме во время всемирного голода, послал указ «язычным князям безмилостно убивати жиды» и изгнал их из Италии. Новый бунт евреев при Нероне вызвал расправу с ними при Нероне и после него Веспасиана и Тита. При Адриане за новое востание Иерусалим потерял и имя свое, осквернен как ветхозаветный храм, так и святыня христианская – засыпанное евреями место распятия Христова, на которое христиане приходили для поклонения. Гонения на христиан возобновлялись почти в каждое царствование (описывается отношение к христианам римских императоров799; попутно дается и список Иерусалимских епископов). Последние гонители погибли за свое нечестие, и орудием кары Божией им явилсяКонстантин Великий. Максмиан Галер был так блудлив, что подданные только и думали, как бы скрыть от него своих жен и дочерей; он же не вкушал никакой пищи без волхования; пораженный за блудодеяния соответствующей ужасной болезнью, он прекратил было гонение, но по выздоровлении возобновил. Такими же пороками отличался правитель Рима Максентий, осквернивший многих из свободных женщин и губивший детей для своих волхвований.
Римляне просили Константина, правившего Британией («на Вротонстей земли»), избавить их от тирана. Тут-то и было Константину видение креста (описывается подробно по первоисточникам). Так же помог Крест Константину в последовавшей затем борьбе его с Максимином. Оба эти гонители погибли позорно: первый утонул во время бегства в Тибре, второй сгорел во внутреннем огне. Погиб и последний гонитель христиан Ликиний, сподвижник Константина в борьбе его с теми двумя, женатый на сестре его: сосланный сначала в Солунь за восстание против царя, он потом, за новые ковы, казнен. Тогда Константин объявляет свободу вероисповедания и старается подавить язычество, всячески заботясь об успехах христианства: созывает Никейский собор и поручает иерусалимскому патриарху Макарию и матери своей Елене отыскать древо Креста и восстановить христианские святыни в Иерусилиме (описывается обретение Креста с чудом исцеления больной жены вельможи, но о воздвижении не упоминается). С особой торжественностью велел Константин освятить новопостроеный храм Воскресения, причем ариане во главе с Евлгием Никомидийским, втершись в довериеКонстантину Великому, едва не погубилиАфанасия Александрийскогои не восхитили чести освящения (описывается собор в Тире, под наблюдением сына Константина В. – Далмата, суд на нем над Афанасием, который, «бежав от Тира, взыде в Иерусалим, и сътворив молитву и помазав святым миром и святив молитвенныя домы, прьвее нечестивых епископ пришествиа». При конце жизни Константин издал закон, «да не явится к тому жидовин во Иерусалиме, токмо далече шесть поприщ». Из преемников Константина Констанций склонился к арианству. И тогда Бог для вразумления христиан показал в Иерусалиме на небе знамение креста, описанное в посланииКирилла Иерусалимскогок Констанцию. Заканчивается слово похвалой Кресту в форме ряда обращений к нему, начинающихся «радуйся», и указанием на значение Креста для всех состояний и положений христианина, во всех областях жизни («о тебе вся дни шепщут»).
На утрене по рукописным уставам положены для чтения из св.Иоанна Златоуста«слова святых страстей», именно беседы его на ев. Матфея 67 и 68 и на ев. Иоанна 84 и 85800.
Из бесед на ев. Матфея, положенных для чтения на утрене Воздвижения, первая (67-я) представляет собой толкование на Мф. 21:12–32, т. е. на последние, предсмертные, дела и речи Спасителя: изгнание из храма торжников, иссушение бесплодной смоковницы, вопрос Спасителя иудейским старейшинам о крещении Иоанновом и обличение их за их отношение к Нему и к Иоанну Крестителю. Беседа начинается словами: «Об этом (об изгнании торжников) говорит и Иоанн, только говорит в начале Евангелия, а Матфей в конце». Из сравнения двух рассказов св. отец заключает, что «Христос не один раз делал это, а они все еще не переставали торговать». Иссушение бесплодной смоковницы св. отец объясняет так: «Так как Христос всегда благодетельствовал и никогда не наказывал, между тем надлежало ему показать и опыт своего правосудия и отмщения, чтобы и ученики и иудеи узнали, что Он хотя и мог иссушить, подобно смоковнице, своих распинателей, однако же добровольно предает себя на распятие и не иссушает их, то Он не захотел показать этого над людьми, но явил опыт своего правосудия над растением». «Для учеников такое чудо было новым и неожиданным, потому что Христос в первый еще раз показал свое правосудие и отмщение». Относительно беседы Христа о крещении Иоанновом св. отец между прочим замечает: «Он не вдруг сказал им: почему вы не поверили Иоанну? Но – что было гораздо поразительнее – сперва указывает на мытарей и блудниц» (поверивших Иоанну). «Обличая иудеев во всем этом, Христос наконец наносит им самый тяжкий удар: “вы же видевше но раскаястеся последи веровати ему”». Последнюю мысль св. отец иллюстрирует примером из современной жизни. «Или вы не слыхали, как одна блудница, превосходившая всех своим распутством, после превзошла всех благочестием? Не о евангельской блуднице я говорю, но о той, которая на нашем веку была в финикийском городе, самом беззаконном. Эта блудница была некогда и у нас, считалась первой актрисой в театре, и имя ее повсюду было известно, и не в нашем только городе, но даже у киликийцев и каппадокийцев. Она многих разорила, многих пустила сиротами, многие даже подозревали ее в чародействе, будто она завлекает в свои сети не только телесной красотой, но и колдовством. Эта блудница прельстила даже брата царицы. Но вдруг она добровольно переменилась, привлекла на себя благодать Божию, презрела все прежнее, и как не было никого бесстыднее ее на сцене, так после она превзошла многих великим целомудрием, и, одетая во вретище, она подвизалась так всю свою жизнь». «Итак, никакой грешник не должен отчаяваться, равно как и добродетельный человек не должен предаваться беспечности». «Бог не как человек: Он не укоряет уже в том, что прошло, и когда мы раскаиваемся, не говорит нам: для чего вы столько времени удалялись от Меня?» «Кто был хуже Матфея? Но он стал евангелистом». «Хотя бы тридцать восемь лет ты страдал – если только пожелаешь быть здоровым, ничто не воспрепятствует». «Благодать не истощается и не оскудевает. Этот источник струится беспрестанно, и от полноты его мы можем исцелить и души, и тела наши». «Хотя бы ты не трудился на этом лучшем поприще, поприще покаяния и добродетели, все таки ты должен трудиться и бедствовать в мире иным образом. Если же так или иначе нужно трудиться, то почему не избрать себе того труда, который приносит и плоды обильные, и награду великую?» Житейские «труды твои вознаграждены будут под старость, когда ты совершенно не в силах будешь наслаждаться плодами их». В добродетольной же и благодатной жизни «труд непродолжителен, а награда – беспредельна».
Вторая из бесед св. Златоуста на ев. Матфея, положенных для чтения на утрене Воздвижения (бес. 68-я), представляет объяснение Мф. 21:33–46, т. е. притчи о злых виноградарях (содержащей ясное предсказание Спасителя о столь близком убиении Его иудеями) и начинается словами: «Настоящей притчей Христос научает многому». Притчу св. отец объясняет так: «Когда иудеи вышли из Египта, Бог дал им закон, дал им город, устроил жертвенник и храм воздвиг. Под отшествием разумеется великое долготерпение Божие. «И посла рабы своя», т. е. пророков, «прияти плоды», т. е. повиновение, доказываемое делами. Не указал им прямо на язычников, чтобы не раздражать против себя, но намекнул только, сказав: «и виноград предаст иным (Лк. 20:16). Без сомнения Он и притчу сказал для того, чтобы иудеи сами произнесли приговор, что случилось и с Давидом, когда он произнес осуждение себе, уразумев притчу Нафана. Суди же по этому, как справедлив приговор, когда подвергаемые наказанию сами себя обвиняют». «Слышавше, говорит евангелист, разумеша, яко о них глаголет. И ищуще Его яти, убояшася народа, понеже яко пророка Его имеяху» (Мф. 27:45–46). Когда однажды они хотели схватить Его, Он прошел посреди их и сделался невидимым. Но теперь, так как их удерживал страх перед народом, Христос довольствуется этим. Так совершенно ослепило их любоначалие, тщеславие и привязанность к временному! И действительно, ничто так не доводит нас до падения, как пристрастие к вещам скоропреходящим; напротив, ничто так не приводит нас к обладанию настоящими и будущими благами, как предпочтение всему будущих благ». «Жизнь, представляющаяся вам трудной и несносной, – я говорю о жизни монахов и распявшихся миру, – гораздо сладостнее и вожделеннее той, которая кажется вам приятной и удобной». «Избегая рынков, городов и народного шума, они (монахи) предпочли жизнь в горах, которая не имеет ничего общего с настоящей жизнью, не подвержена никаким человеческим превратностям, ни печали житейской, ни горести, ни большим заботам... Здесь они размышляют уже только о царствии небесном, беседуя в безмолвии и глубокой тишине с лесами, горами, источниками, а наиболее с Богом. Жилища их чужды всякого шума, а душа, свободная от всех страстей и болезней, тонка, легка и гораздо чище самого тонкого воздуха. Занятия у них те же, какие были в начале и до падения Адама. Адам не имел никаких житейских забот – нет их и у монахов. Адам чистой совестью беседовал с Богом – так и монахи; более того, они имеют гораздо больше дерзновения, нежели Адам, так как больше имеют в себе благодати, по дару Духа Святого». «Поспешно встав с ложа, бодрые и веселые, они все вместе с светлым лицом и совестью составляют один лик и как бы едиными устами поют гимны Богу всего, прославляя и благодаря Его за все благодеяния, как частные, так и общие. Поэтому, если угодно, оставив Адама, спрошу вас: чем отличается от ангелов этот лик поющих и восклицающих на земле: «слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение»? «Одежды их приготовлены, как у тех блаженных ангелов: Илии, Елисея, Иоанна и прочих апостолов, у одних из козьей, у других из верблюжьей шерсти, а некоторым довольно одной кожи, и то совсем обветшавшей. Пропев свои песиш, с коленопреклонением призывают прославляемого ими Бога на помощь в таких делах, которые другим не скоро бы пришли на ум. Они не просят ни о чем настоящем; у них не бывает об этом слова; но просят о том, чтобы им с дерзновением стать перед страшным престолом, когда единородный Сын Божий придет судить живых и мертвых. Молитвы же их начинает отец и настоятель. После того, как оно встав окончат эти священные и непрестанные молитвы, с восходом солнечным каждый идет к своему делу, и трудами много приобретают для бедных». «Посмотрим (теперь) на это сонмище блудных жен и непотребных юношей, собравшихся в театре, и их забавы – сравним с жизнью блаженных (монахов). Здесь мы найдем различия столько же, сколько между ангелами, если бы ты услышал их поющими стройную песнь на небе, и между собакам и свиньями, которые визжат, роясь в навозе. Там (в театре) слушатель тотчас воспламеняется огнем нечистой любви; если мало взора блудницы зажечь сердце, то голос ее влечет в гибель; а здесь (в монастыре), если бы даже душа и имела что-нибудь нечистое, она оставляет это. И не только голос и взор, но и сами одежды блудниц (актрис) еще более приводят в смущение зрителей. Бедняк, человек низкий и презренный, посмотрев на это зрелище, будет досадовать и скажет сам себе: эта блудница и этот блудник (актер) – дети поваров и сапожников, а часто и рабов – живут в такой роскоши, а я, живя честными трудами, и во сне не могу представить себе этого. У монахов же не случится ничего такого, но все бывает совершенно по-другому. В самом деле, когда увидит, что дети богатых и знатных родителей облечены в такие одежды, каких не носят и самые последние из нищих, и даже радуются этому, то представьте, с каким утешением для своей бедности пойдет он из монастыря». В заключение св. отец советует каждому навестить монастырь и направиться туда тут же из храма, чтобы дома жены не отговорили.
Из беседы на ев. Иоанна первая, положенная для чтения на утрени (84-я), представляет собой толкование Ин. 18–19(суд у Пилата) и начинается изображением достоинств терпения вообще и долготерпения Христова: «Чудесная вещь – долготерпение! Оно поставляет душу как бы в тихое пристанище, избавляя ее от волн и зловредных ветров. Христос и всегда нас учил терпению, но в особенности теперь, когда Его судят и водят по разным местам»: В беседе выделяются следующие мысли. Иудеи привели Христа к Пилату «с тем, чтобы умертвить Его по приговору начальника; но случилось противное: по приговору начальника скорее следовало отпустить Его». «Они не перестали говорить: «распни». Но почему они настоятельно желают подвергнуть Его такого рода смерти? Потому что это была смерть самая позорная. Опасаясь, чтобы впоследствии не осталось какой-либо памяти о Нем, они стараются подвергнуть Его и казни позорной, не разумея того, что препятствиями возвышается истина». Слово оканчивается увещанием к терпению оскорблений и к пренебрежению житейскими заботами.
Вторая из положенных для чтения на утрене беседа св. Златоуста на ев. Иоанна (бес. 85-я) представляет собой толкование на Ин. 19:16–18 (распятие). Она начинается так: «Счастье легко может обольстить и развратить людей. Диавол хотел помрачить это событие (распятие), но не мог: распяты были трое, но просиял один Иисус. Ведь даже из тех двух (разбойников) один спасся. Таким образом, диавол не только не повредил славе Креста, но и немало содействовал ей, потому что обратить разбойника на кресте и ввести его в рай значит не меньше, чем потрясти камни». «"Написа же и титла Пилат» для того, чтобы с одной стороны отомстить иудеям, а с другой – защитить Христа. Так как они предали Его, как преступника, и старались подтвердить это мнение распятием Его вместе с разбойниками, то, чтобы никто уже впоследствии не имел права возносить на Него злобных обвинений и осуждать Его, как какого-нибудь преступника и злодея, и показывая, что они восстали против своего собственного Царя, положил на кресте, как бы на победном памятнике, надпись, которая возвещает Его победу и провозглашает царство, хотя и не всецелое. И это Пилат объявил не на одном, а на трех языках. Так как было естественно предполагать, что между иудеями, по случаю праздника, было много иноплеменников, то, чтобы ни один из них не оставался в неведении об оправдании Его, Пилат возвестил о неистовстве иудеев на всех языках». «И разделение одежд издревле было предсказано. Хотя распяты были трое, но предсказания пророков исполнялись только на Нем». «В то время как воины разделяли между собой одежды, сам Распятый поручает Матерь свою ученику, научая нас всячески заботиться до последнего издыхания о наших родителях». «Ты заметь, с каким душевным спокойствием Христос все делал в то время, когда распятый висел на кресте: с учеником беседовал о своей Матери, исполнял пророчества, разбойнику подавал добрые надежды; между тем, как прежде распятия мы видим Его в поте, душевном томлении и страхе. Что же это значит?.. Там обнаружилась немощь естества, а здесь открылось величие силы». «Итак, не будем бояться смерти. Правда, душа имеет любовь к жизни, однако от нас зависит или разрешить эти узы души и ослабить это стремление к жизни, или скрепить и усилить. Как мы, хотя имеем вожделение к плотскому совокуплению, тем не менее, когда любомудрствуем, ослабляем силу похоти, так точно бывает и с любовью к жизни». «Поручая свою Матерь ученику, Христос говорит: „Се сын Твой!“. Какой великой честью почтил Он своего ученика! Как Мать, Она естественно скорбела и искала покровительства, а потому Он справедливо вручает Ее возлюбленному ученику и говорит ему: „Се Мати твоя». Это сказал Он с тем, чтобы соединить их взаимной любовью. Но почему Христос не упомянул ни о какой другой жене, хотя и другие стояли при кресте? Чтобы научить нас оказывать предпочтение своим матерям». Оканчивается слово увещанием не заботиться о пышных похоронах, а о том, чтобы перейти в будущую жизнь в одежде, истканной благотворением.
Пролог, полагающийся для чтения по 6 песни канона, на Воздвижение заключает прежде всего, как в другие праздники, переведенный с греческого краткий синасарий на праздник (лишнее греческого текста в сравнении со славянским помещено в квадратные скобки).
"Стих:
В гортани, Спаситель, возношения приносит
Воздвигаемый видя Крест тварь.
(Возвышено в десятый Креста древо и четвертый (день)).
Константин, великий и первый между христианами царь, имел некогда войну, как говорят некоторые из написавших историю, в Риме на Максентия, прежде чем получить царство, а как говорят другие, (войну) на Дунае реке со скифами. Видя же множество противников [против своего войска], был удручен [безвыходностью и страхом. И вот ему, находившемуся в таком состоянии, явился на небе образ в полдень] из звезд (в слав.: в одну ночь увидел Честный Крест на небе) и надпись [кругом Креста римскими буквами] (слав.: из звезд), говорящую: «(слав.: Константин!) сим побеждай». Сделав тотчас из золота (слав.: подобный) крест [по образу явившегося ему и повелев нести его перед войском], он победил противников [большую часть их он уничтожил, а остальных обратил в бегство. Подумав по этому поводу о силе Распятого на кресте и уверовав в единого истинного Бога, оградив себя] крещением (слав.: крестился) [в Него] со своей матерью, послал ее обрести Крест Христа. Она нашла его скрытым [и других два креста, на которых были распяты разбойники, а также и гвозди. Когда царица недоумевала, какой крест Господень, он обнаруживает себя чудом над умершей женщиной вдовой, которая воскресла от прикосновения его, тогда как от двух других крестов разбойников не явилось никакого чудесного знамения]. Царица поклонилась Честному Кресту и облобызала его, со всем синклитом. Хотел и весь народ поклониться ему, но не мог, и просили, чтобы хотя бы увидеть его. Тогда патриарх иерусалимский Макарий взошел на амвон и воздвигнул Честный Крест; народ, увидев, стал восклицать: Господи, помилуй. С того времени и получил начало праздник Воздвижения».
Затем под 14 сент. Пролог перечисляет памяти святых этого дня: благочестивой царицы Плакилы, супруги Феодосия Великого (раздала имение и заботилась о больных), мч. Папы (при Максимиане после сокрушения ланит, повешения и строгания железыми ногтями, в сапогах с железными гвоздями погнан перед лошадьми), мч. Фиклия и млад. Валериана (обезглавлены), преставление св.Иоанна Златоуста.
Наконец, Пролог дает краткое поучение о празднике, где указывается значение Креста в деле искупления и в нашей жизни («той есть насыщая без труда верою сердца наша») с увещанием к избежанию пороков и снисканию добродетелей, и «слово о старцу яже спасоста блудницу учением»: два инока остановились в гостиннице, где были трое юношей с блудницей – Марией. Когда один из иноков, достав Евангелие, стал читать его, блудница подсела к нему и на упрек старца за беспокойство просила не гнушаться ею, как Господь не отгонял приходивших к Нему блудниц. После краткой беседы со старцами она решила оставить греховную жизнь, пошла за старцами и они постригли ее и поместили в монастырь.
О напевах на службе Воздвижения Честного Креста
Очень трудно уловить основной музыкальный тон какой-либо церковной службы. И еще труднее изобразить его словами. Лучше всего здесь действовать путем сравнения с другими праздниками. Именно: выбрать в службе праздника наиболее важные части, определяющие своими напевами весь характер его службы и сравнивать его с соответствующими частями других служб.
Первой такой частью является канон, наполняющий собой 13 – 14 бдения. Канон Воздвижения положен на 8-й глас. Из двунадесятых праздников на такой глас положены каноны только Преображения и Рождества Пресв. Богородицы, но только вторые каноны, а следовательно, второстепенные, во всяком случае мало сообщающие колорита напевом своим целому бдению. А тут единственный канон – и он 8-го гласа! Глас этот, конечно, не весел, на него поется скорбный канон Богоматери и канон на погребение младенцев. Но с другой стороны, веющая в нем грусть не такая сильная, как в канонах 6-го гласа. Эта грусть мягкая, нежная, даже какая-то ласкающая и сладостная, Полная мысли об утешении. Особенно все это дышит в том исключительном, поистине «самогласном» напеве, которым поется Воздвиженский канон.
После канона наибольшее значение для музыкального колорита службы имеет напев тропаря. На Воздвижение он – победного 1-го гласа. Своим напевом он как бы поправляет впечатление, создаваемое каноном, выражает второй мотив в значении праздника – Крест как орудие победы, после первого мотива – искупления со всей его тяжестью как подвига и для Христа и для нас. Но немало и ноток грусти слышится в этом напеве. Из двунадесятых праздников 1-м гласом поются тропари только предпостного Крещения, постной предстрастной недели Ваий и погребального Успения. Поэтому естественно, что кондак Воздвижения старается разогнать это облачко печали и берет для себя 4-й глас, обычный глас для тропарей двунадесятых праздников, глас играющего веселья. Но он пользуется им в самогласном напеве.
Очень важны для тона всего бдения стихиры на Господи воззвах, открывающие его. Здесь прежде всего поражает внимание, что они не самогласны. В такой великий праздник – и вдруг подражательный напев в первых же стихирах, подобен «Все отложше»! И какой подобен? Стихира бессребреникам. Можно даже обидеться за праздник, если вспомнить, что в двунадесятых праздниках подобен для стихир – почти не встречающееся явление, даже у Богородичных праздников. Даже у великих святых стихиры, едва не все, всегда самогласны. Но так будет думать, смущаться этим будет тот, кто не слышал этого напева. Тут столько чего-то чарующего, но именно как-то неопределенно, поистине неизреченно чарующего, что, прослушав, скажешь, что лучшего ничего не нужно и не может быть. И эту, на первый поверхностный взгляд, непочетную особенность – иметь первые стихиры на бдении подобными «Все отложше» – разделяет с Воздвижением Благовещение. Уже это кое-что говорит само за себя. Из двунадесятых праздников 6-го гласа стихиры на Господи воззвах имеют еще Рождество Пресв. Богородицы и Вознесение.
И замечательно это пристрастие Воздвиженской службы к подобным. Следующие по важности стихиры – стиховны – опять подобны «Радуйся постников» (5 дек., св. Савве), что впрочем оговаривает лишь греческая Минея и о чем славянская, очевидно, намеренно, умалчивает. Стихира эта 5-го гласа, о музыкальном колорите которого достаточно сказать, что им поются Непорочны, «Христос воскресе», «Пасха священная», но конечно, смогласными напевами. Из этих напевов к подобну «Радуйся постников» наиболее близок напев Непорочных – воскресных и Великой Субботы.
Для стихир на хвалитех, соперничающих на бдении по значению со стихирами на Господи воззвах (так как они заключительные), выбран сосредоточенно-серьезный 8-й глас, совершенно неупотребительный в двунадесятые праздники на этом месте бдения (обычно 4-й глас, реже 1-й). Но они имеют свой напев, и не просто самгласный, но самоподобный (см. выше, прим. 226) напев редкой победной торжественности.
Стихиры на литии и на поклонение Кресту самогланы и перебирают разные гласы, но первые радостные (1, 2 и 4, на который даже заключительная стихира, минуя почти обязательные для заключительных 8-й или 6-й гласы), вторые – печальные (2, 5, 6, 8, наиболее 8-го).
Седальны по кафисмах первые – мрачны – 6-го гласа, вторые – светлее, особенно для 1-й кафисмы глас 1-й, подобен «Камени запечатану», для 2-й и по полиелее 8-й глас, подобен «Повеленное тайно», самый любимый в праздники, но только средней торжественности (в более великие гл. 4-й, подобен «Удивися Иосиф»). По 3-й песни канона седален гл. 4-й, подобен «Скоро предвари», совершенно неупетребительный по грустности в двунадесятые праздники.
Светильны берут подобны из родственных по духу праздников – Вознесения (довольно редко) и жен мироносиц (самый частый).
Тропарь «Кресту Твоему» положен на торжественноскорбный 6-й глас, но на самогласный напев его, в котором 1-я половина грустная, а вторая радостная.
На литургии прокимен на глас не из радостных и исключительный для великих праздников – 7-й (в самые великие праздники 8, 4 или 3-го гл.). Но все же не 6-го.
Общее впечатление от напевов всей службы – победа, обливаемая слезами, полная серьезной думы о будущем.
Обозрение службы в предпразднство и попразднство
Малая вечерня
Стихиры на Господи воззвах, глас 1, подобен: Небесных чинов
Крест возносится и прогоняются демоны, разбойник же открывает врата Эдема; смерть умерщвляется и теперь явилась ничтожной. Поэтому веселитесь, все люди, – проклятие разрушено.
Приидите, все боголюбивые, видя возносимым Крест драгоценный, (все) вместе прославим и воздадим славу единому Избавителю и Богу, взывая: Распятый на крестном древе, не презри нас молящихся.
Моисей в древности усладил горечь (вод) через прообраз креста. А мы, таинственно изображая этот (крест) в наших сердцах всегда, спасаемся силой его.
Слава и ныне, глас 6
Сегодня вырастает из недостижимых недр земли насаждение; (оно) подтверждает воскресение пригвожденного на нем Христа и, воздвигаемое руками священников, возвещает вознесение Его на небеса, через которое наша бренность801переселяется802от падения на землю в небеса. Поэтому с благодарностью воскликнем: Господи, вознесшийся на нем и им вознесший нас с собою, удостой (нас), как Человеколюбец, Твоей небесной радости.
Стихиры на стиховне, глас 2, подобен: Доме Евфрафов
Водой боготворной803и Твоей кровью блистательно804украшается805, как невеста, Слово,Церковь, восхваляющая806славу Креста.
Восхваляя807копье с крестом, гвозди и (все) другое, чем было пригвождено живоносное Христово тело, поклонимся (им).
Когда Моисей побеждал Амалика, держа крестообразно руки вверх, он являл образ пречистого808Христова страдания.
Слава и ныне, глас 6
Ныне явилось древо, ныне погиб еврейский народ, ныне проявляется вера верными царями; Адам из-за дерева пал и также демоны деревом приведены в трепет. Всесильный Господи, слава Тебе.
Служба предпразднства, 13 сентября
***
Канон, творение Иосифа (песнописец IX в.)
Песнь 1-я. Ирмос812
Умоляю813Тебя, Родившийся от Девы, потопи в глубине бесстрастия сильные тристаты – трехсоставное (существо) души, – чтобы, во умерщвлении тела, я, как на тимпане, воспел Тебе победную песнь.
Тропари
Веселись, небо, и радуйся, земля, ибо является814Крсвятой Крест, освящающий благодатью нас, целующих815его, как источник освящения и причину обожения всех.
Укрепи, Пресвятой Крест, нас, с верою поклоняющихся тебе, на благочестивое шествие небесной тропой, чтобы мы, уклонившись от пропастей противников, сделались общниками божественной славы.
Песнь 3-я. Ирмос
Мы хвалимся не мудростью, не силой и не богатством, но Тобой, Ипостасной816Премудростью Отца, Христе: ибо никто не свят, кроме Тебя, Человеколюбец.
Тропари
Верой прославляем тебя, Преславный Крест Господень, как являющегося817славой Христовой, сами прославляемые и просвещаемые благоговейным818обниманием819тебя.
Придя в веселии, верные, почерпнем, как из чистого источника, присноживой воды820Креста и, спасаемые821, прославим Бога.
Будучи822жизнью, Иисус умерщвлен, вися на крестном древе, которое с верой обнимая, отгоняем страсти, (этих) посредников823смерти.
Песнь 4-я. Ирмос
Ты, Милосердный824, по любви к своему образу, стал на Кресте Твоем, и растаяли язычники; ибо Ты, Человеколюбец, сила моя и похвала.
Тропари
Солнцеподобным является825получающий поклонение826от верных Крест Господень, целуя который мы просвещаемся душами.
Бог Господь явился воплощаемым и, возвышенный на древо, просвещает поклоняющихся ему, всегда827избавляя от бедствий828.
Подай, Слово Божие, очищение829и отпущение согрешений830нам, с верой ныне поклоняющимся предлежащему драгоценному Кресту Твоему.
Песнь 5-я. Ирмос
Просвещение Твое, Господи, ниспошли нам и разреши нас от мрака831прегрешений832, Благий, подавая Твой мир.
Тропари
Против страстей пагубных833укрепи834, драгоценный Крест, нас, почитающих и целующих тебя, святейшее знамение835святого страдания.
Просвещенные ныне сердцами и душами, приступим, верные, в хорошем виде836, поклонимся священному и божественному древу Креста.
Моисей услаждает837воды Мерры, прообразуя838деревом тебя, драгоценный Крест, что Ты источил людям839спасительную сладость.
Песнь 6-я. Ирмос
Я сошел в глубины моря, и потопила840меня буря841многочисленных грехов, но Ты, Многомилостивый, как Бог, выведи из глубины842жизнь мою.
Прободенный в ребро Творец на тебе, Крест, добровольно распятый843, источает844кровь и воду, которыми мы, с верою тебя целующие, воссозданы845.
Жизнеподательное древо Господне, источник бессмертия, избавление всего мира, спаси нас, целующих тебя, как спасительного, стража846нашего.
Ты, божественный Крест, явился847для нас несокрушимым848оружием, которым мы, в прямоте849душевной священно тебя целующие, побеждаем все наветы850противников.
Песнь 7-я. Ирмос
Три юноши в Вавилоне, сделав из повеления мучителя безрассудство851, посреди пламени взывали: благословен Ты, Господи, Боже отцов наших.
Тропари
Некогда Иаков в благословениях детей предначертал тебя, драгоценный Крест; потому мы тебя ныне чтим, поклоняясь852(и) почерпая просвещение.
Ныне слова божественных пророков получили исцеление, Крест священнейший, ибо на тебя поднялся Господь всех, все избавляя от тления853.
Ныне лобызая тебя, благоговейно чтимый Крест, устами и сердцем, мы почерпаем всегда освящение, здравие и спасение души и тела.
Песнь 8-я. Ирмос
Ты, всесильный Избавитель854всех, сойдя, оросил благочестиво державших себя855среди пламени и научил их петь: все дела Господни, благословляйте, воспевайте Господа.
Тропари
Ныне поклонимся лежащему перед всеми Кресту Господню, спасительному и несокрушимому оружию, готовой помощи и крепкой защите верных.
Моисей высоко повесил поперек дерева змия, как написано, преднаписывая856тебя, благоговейно чтимое древо, через которое мы избавляемся от обольщения духовных змиев.
Светоподатель, благоговейно чтимый Крест, ты – просвещение душ наших; ибо, лобзая тебя, мы божественной твоей силой отражаем начала и власти тьмы.
Песнь 9-я. Ирмос
Рождество Твое явилось непорочным, Бог прошел из чресл857Твоих, как плотоносец явился на земле и жил858среди людей; поэтому Тебя, Богородица, все величаем.
Тропари
Вися859на тебе, Крест поистине Господний, Христос возвысил павший в глубину погибели мир; поэтому тебе с любовью860ныне кланяемся, и чтим, и славим.
Очистим души и сердца постоянными861добрыми трудами862и, взирая на лежащее перед нами спасительное древо Креста, с верой и любовью богомысленно поклонимся ему.
Как великое солнце, Ты, прекраснейший863Крест, озаряешь864своими лучами находящихся во тьме и демонов опаляешь865; поэтому взываем: просвети всех с верой поклоняющихся тебе.
Стихира на хвалитех, гл. 3
Христе Боже наш! Ты, добровольно принявший свое распятие для общего восстановления866рода человеческого и тростью Креста, омоченной перстами твоими в красную краску867груди Твоей, человеколюбно по-царски подписавший нам освободительную868(грамоту), не презри нас, бедствующих869новым удалением от Тебя, но умилостивись, единый Долготерпеливый, над людьми Твоими, находящимися в опасности870, и восстань, побори871воюющих против нас, как Всесильный.
Из службы 16 сентября
Стихиры на Господи воззвах, гл. 4
Сегодня световидно, как солнце, воссиял Честной Крест Твой, Христе, водружаемый на преславном Лобном месте и возвышаемый на пресвятой горе Твоей, Спаситель, весьма явственно показывая, что Ты, Всесильный, возвысил, как Человеколюбец, наше естество на небеса.
Ныне небеса возвестили людям славу Твою, Непостижимый, ибо образ Креста, светло заблистав неприступным светом, обличил неистовый и жестокий нрав богоубийц. Поэтому прославляем человеколюбивое промышление Твое, Иисусе Всесильный, Спаситель душ наших.
На стиховне утрени, гл. 6
Будем таинственными песнями согласно воспевать Крест Господень, на котором распялся Спаситель, всех воскресение.
Приидите, множество монашествующих, в собрании божественно воспоем живоносное древо, на котором простерся Христос.
Из службы 18 сентября
Стихиры на Господи воззвах, гл. 4
Когда вознесся Ты, Владыка, на крест, то совознес падшую872Адамову природу; поэтому, вознося Твой пречистый Крест, Человеколюбец, просим у вышней Твоей силы, взывая: спаси, Вышний, как Бог милостивый, почитающих святое и светоносное божественное вознесение Креста Твоего.
Как непобедимому оружию, как щиту873непреоборимому и как божественному скипетру, поклоняемся, Христе, пресвятому Кресту Твоему, через который мир спасся и торжествует Адам; мы, собрания земных, восхваляя песнями, почитаем его и, совершая его божественное воздвижение, просим очищения.
Из службы 19 сентября
Стихиры на Господи воззвах, гл. 4
Некогда обращал в бегство ополчения иноплеменников крест, изображаемый Моисеем, угодником и истинным боговидцем, божественным пророком; ныне же, изображаемый через божественное, совершаемое священными дланями, возношение, он отгоняет полки демонов и собрания иудеев, и обличает дерзость безбожников.
Крест Твой, Спаситель наш, является для нас, христиан, непобедимой силой; им побеждается множество иноплеменных народов и дарован мир Церкви Твоей, добрым православным; его и ныне целуя, умоляем Тебя, Человеколюбец: удостой нас участи святых Твоих.
На утрени стиховны, гл. 6
Умертвив страсти плоти и духа, постараемся, богомыслящие, воздвижением Креста возвыситься от земного в небесное жилище, сораспявшись Христу-Владыке.
Животекущий источник явно источился из божественных ребер Спасителя, напояющий души с верою поклоняющихся божественным Его страстям, Кресту и воскресению.
Таблица гласов и подобнов в службе пре- и попразднства Воздвижения
Число
Госп воззв.
стих. веч.
сед. по 1 каф.
сед. по 2 каф.
сед. по 3 пес.
стих. утр.
13
Нет
5. Самоподбен
Нет
Нет
4. Удивися Иосиф
Нет
15
5. Самоподбен
6. Все отложше
2 Благоутрбия сущи
3. Красоте девства
4. Вознсыйся
2. Доме Евфрафов
16
4 Дал еси знамение
6. Тридневен
3. Красоте девства
6. Надежда мира
8. Премудрости
2. Доме Евфрафов
17
1 Небесных чинов
2. Доме Евфрафов
2 Благоутрбия сущи
4. Скоро предвари
1. Лик ангелов
6 Тридневен
18
4 Яко добля
2. Доме Евфрафов
4. Удивися Иосиф
6. Надежда мира
5. Собезнчальное
2. Доме Евфрафов
19
4.Дал еси знамение
1. Небесных чинов
7 Без подобна
4. Без подобна
1. Гроб Твой
6. Тридневен
20
4 Дал еси знамение
2 Доме Евфрафов
4. Удивися Иосиф
8. Воскресе из мертвых
8. Премудрости
2 Доме Евфрафов
21
Служба праздника
Объяснение терминов
«Все отложше» – стихира свв. бессребреников Космы и Дамиана (1 ноября). «Дал еси знамение» – стихира Октоиха 4 гл. на стиховнах утрени; «Тридневен» – стихира Октоиха 6 гл. в неделю на утрени хвалитна 4-я. «Доме Ефрафов» – стихира 24 декабря, если оно приходится на воскресенье. «Небесных чинов» – богородичен понедельника для 1 гл. в конце Минеи. «Удивися Иосиф» – богородичен воскресных седальнов 4 гл. «Красоте девства» – богородичен воскресных седальнов 3 гл. «Собеначальное» – воскресный тропарь 5 гл. «Яко добля» – стихира вмч. Георгию; в древних рукописях была такая стихира и вмч. Феодору (Стратилату или Тирону -неизвестно) и именно она служила подобном (ср. подобен «Радуйся»). «Лик ангельский» – седален Сретения по 1-й каф. «Гроб Твой» – воскресный седален 1 гл. «Вокресе из мертвых» (по нынешним книгам «Воскресл еси») – воскресный седален 8 гл. «Премудрости» – кондак Триоди недели сырной. «Вознесыйся» – кондак Воздвижения. «Благоутробия сущи», «Надежда (ныне «Упование») мира» и «Скоро предвари» – богородичны Октоиха будничные по кафисмах и тропарях (последний и на 1-м часе).
Праздник Воздвижения, как еще только Рождество Христово и Крещение, имеет особые субботы и недели (воскресенья) перед собой и после себя. Эти субботы и особенно недели составляют предпразднство и попразднство праздника для тех, кто не может бывать на будничных службах. Но в противоположность Рождеству Христову, имеющему для этих недель целую особую службу, Воздвижение, как и Крещение, отмечает эти недели только особыми апостольскими и евангельскими чтениями. Иногда с особыми прокимнами и аллилуариями.
В субботу перед Воздвижением воскресный прокимен 3 гл. «Пойте Богу нашему», стих «Вси язы́цы восплещите руками», восхваляющие с особенной торжественностью Бога как Царя, так как Христос именно через страдание свое получил всякую власть на небе и на земле. Апостол 1Кор. 5:6–9 (зачало 126) – о премудрости Божией, в тайне сокровенной, от неразумения которой люди распяли Господа. Аллилуарий – воскресный 5 гл. «Милости Твоя, Господи, во век воспою», указывающий на плоды искупления. Евангелие Мф. 10– 11(зачало 39) – о самоотверженной любви ко Христу и о последовании Ему в крстоношении и вообще о всецелой преданности Ему.
В неделю перед Воздвижением прокимен – воскресный 6 гл. «Спаси, Господи, люди Твоя», стих «К Тебе, Господи, воззову», говорящие о предстоящем празднике с той же стороны, что и его тропарь. Апостол Гал. 6:11–18 (зачало 215) – о хвалении одним Крестом. Аллилуарий 1 гл. «Вознесох избраннаго», прикровенно указывающий на вознесение Христа на крест и через крест над всем. Евангелие Ин. 3:13–17 (зачало 9) – о вознесении Сына Человеческого подобно Моисееву змию.
В субботу по Воздвижении Апостол 1Кор. 1:26–29 (зачало 125 от полу, т. е. с половины) – об отсутствии внешнего блеска у христиан, создаваемом Крестом. Евангелие Ин. 8:21–30 (зачало 30) – беседа Христа о скорой смерти своей и ее отличии от обыкновенной смерти и по характеру и по способу (через вознесение, подразумевается, на крест). Особых прокимна и аллилуария эта суббота не имеет, уступая в этом отношении субботе перед праздником, как и вообще предпразднство ставится выше попразднства.
В неделю по Воздвижении Апостол Гал. 2:16–20 (зачало 203) – об оправдании верой помимо закона и обрезания и связанном с этим сораспятии Христу. Евангелие Мк. 8:34–9(зачало 37) – о крестоношении. Особых прокимна и аллилуария эта неделя не имеет, но повторяет праздничные.
История праздника
Это единственный праздник, получивший начало одновременно с самим событием, которому он посвящен. Первое Воздвижение отпраздновано при самом обретении Креста в Иерусалимской Церкви, т. е. в IV в.874А то обстоятельство, что с этим праздником было вскоре (в 335 г.) соединено освящение великолепного, построенногоКонстантином Великимна месте самого обретения Креста, храма Воскресения875, сделало с самого начала здесь этот праздник одним из самых торжественных в году. Западная паломница в Иерусалим конца IV в. (авитанка Сильвия, или Етерия) так описывает эти два неразрывных праздника в св. граде. «Днем обновлений зовется то время, когда святаяцерковь, что на Голгофе, которую зовут Мартириумом, посвящена Богу; и святаяцерковь, что в Воскресении, т. е. на том месте, где Господь воскрес после страданий, и она посвящена в этот день Богу. Обновление этих святых церквей празднуется с величайшей честью потому, что в этот день обретен Крест Господень. Поэтому и было так устроено, что день первого освящения вышеназванных церквей был тот день, когда обретен Крест Господень, чтобы все вместе праздновалось в один и тот же день со всей радостью. А в священном писании находим, что день обновления есть тот день, когда святой Соломон, по завершении дома Божия, который сооружал, стал перед алтарем Бога и молился, как написано в книгах Паралипоменон. Итак, когда наступают эти дни обновлений, они чествуются восемь дней; за много дней начинают собираться отовсюду, не только из отшельников, или апотактитов, из различных провинций, т. е. из Месопотамии, и Сирии, и Египта, и Фиваиды, где много отшельников, но и изо всех различных мест и провинций; ибо нет никого, кто бы в этот день не стремился в Иерусалим к толикой радости и к столь честным дням: и миряне, как мужи, так и жены, верным духом подобным же образом собираются в эти дни из всех провинций в Иерусалим, ради святого дня. В эти же дни собирается в Иерусалиме епископов – когда их немного – более сорока или пятидесяти, и с ними приходит много их клириков. И что говорить много? Тот, КТО не будет участвовать в столь великом торжестве в эти дни, полагает, что он впал в величайший грех, если только не будет какой-нибудь препятствующей необходимости, которая удерживает человека от благого намерения. В эти дни обновлений украшение всех церквей бывает то же, какое бывает в Пасху и в Богоявление, и каждый день правится служба в различных святых местах так же, как в Пасху и в Богоявление. Ибо в первый и второй день правится служба в большой церкви, которая зовется Мартириум. На третий день – на Елеоне, т. е. в церкви, что на горе, откуда вознесся Господь на небо после страданий, в каковой церкви есть пещера, в которой учил Господь апостолов на горе Масличной. В четвертый же день... [лакуна]»876. Также, по свидетельству церковного историка Созомена (V в.), со времени освящения Мартириума приКонстантине Великом«ИерусалимскаяЦерковьсовершает этот праздник ежегодно и весьма торжественно, так что тогда преподается даже таинство крещения и церковные собрания продолжаются 8 дней; по случаю этого торжества туда стекаются, для посещения св. мест, многие почти со всей подсолнечной»877.
О праздновании Воздвижения 14 сентября в IV в. на Востоке есть свидетельство в жизни св.Иоанна Златоуста, Евтихия патр. Константинопольского († 582 г.), Симеона юродивого († ок. 590 г.). О большом стечении паломников в Иерусалим на этот праздник и о торжественном совершении его здесь свидетельствует и житие преп. Марии Египетской (VI в.), записанное с ее слов; она именно в этот праздник чудесно обратилась к покаянию. Но замечательно, что в IV в. поклонение честному древу Креста было приурочено в Иерусалимской Церкви еще не к этому празднику, а к великой пятнице, как и ныне в Римской Церкви (см. ниже), иногда более неподвижной в богослужебном ритуале, чем нашаЦерковь.
Конечно, на первых порах это был чисто местный праздник Иерусалимской Церкви. Но очень скоро он должен был распространиться и по другим Церквам Востока, особенно в тех местах, которые владели частью животворящего древа, как напр., в Константинополе (а таких мест было немало). Особенно широкое распространение и вместе усиление в торжественности праздник должен был получить по возвращении Иерусалимского древа Креста из персидского пленения при имп. Ираклии в 628 г. Замечательно, что день торжественного внесения св. древа Ираклием в Иерусалим, если он источниками указывается верно, 3 мая стал праздноваться лишь в Западной Церкви под именем «дня обретения Креста». Это могло произойти от того, что Восток и до этого имел уже праздник в честь св. Креста 14 сентября и в новом не нуждался.
И далее – насколько медленно и, так сказать, неуверенно праздник в честь св. Креста распространяется на западе, настолько быстро на востоке. Самое раннее упоминание о празднике св. Креста западных памятников – в Силосском (испанском) лекционарии (сборнике чтений), возникшем около 650 г., под именем «дня св. Креста» 3 мая; то же под именем «обретения св. Креста» в весьма древней галликанской литургии. Праздника 14 сентября ни тот, ни другой памятники не обозначают. Сакраментарий (Требник) Геласианский (приписываемый папе Геласию V в., но восходящий к VII – VIII вв.) имеет только в некоторых списках оба праздника, а обычно один, но праздник 14 сентября здесь явно позднейшая вставка. Сакраментарий Григорианский (приписываемый папеГригорию ВеликомуVI в., составленный еще позднее того) имеет оба праздника. Еще большее колебание относительно этих праздников обнаруживают списки месяцеслова, приписываемого бл. Иерониму, но восходящего в древнейших списках к половине VII в. В древнейшем списке он не имеет ни того, ни другого праздника в честь св. Креста; в редакции ок. 750 г. оба; но в более поздней редакции один 3 мая. Один праздник 3 мая имеет и месяцеслов Беды (VIII в.), как и Падуаский Сакраментарий половины IX в. Таким образом, тогда как праздник возвращения св. Креста при Ираклии на западе 3 мая почти повсеместно распространен уже в VII в., 14 сентября становится впервые известно под именем «воздвижения Креста» (exaltatio crucis) лишь в VIII в., и то лишь по местам (но есть известие о введении его в Риме папой Гонорием I в VII в.)878. В некоторых же церквах, напр., в Миланской, последний праздник вводится лишь в XI в. Какая противоположность с востоком, где ни один из древнейших календарей (за исключением сирийского IV в., имеющего из двунадесятых праздников только Рождество Христово), не обходится без Воздвижения, а иные месяцесловы, напр., Константинопольский VIII в., дают ему четырехдневное предпраздство с 10 сент. (коптский календарь – трехдневное)879.
О начале нашей праздничной службы на Воздвижение памятники не позволяют сказать что-либо. Несомненно, что некоторые из нынешних песнопений праздника, напр., тропари «Кресту Твоему» и «Спаси, Господи», упоминаемые в памятниках VII в. (см. ниже), восходят к VI или даже V в., веку первых творцов тропарей (преп. Авксентия и др., см. Толковый Типикон, I, 365). Но характерно, что от первого творца кондаков – преп. Романа VI в. не осталось кондака на Воздвижение (из двунадесятых праздников есть, не считая Пасхи, на Рождество Христово, Богоявление, Сретение, Неделю Ваий, Вознесение, 50-цу и Благовещение).
Возможно, уже с VII в. мы имеем краткий чин богослужения на Воздвижение. Это в Иерусалимском Канонаре (уставе) грузинской версии с практикой VII в. (по ркоп. X в.). Как и в других древнейших из сохранившихся памятников богослужебного устава, здесь для настоящего праздника дается только чин воздвижения креста и литургия (как и для других праздников только чин литургии, исключая Рождество Христово и Богоявление). О воздвижении здесь сказано: «В третий час (9 часов утра) звонят к службе, входят в диаконник, служащий литургию иерей облачается, украшают три креста, или же только один и полагают на престоле880. Перед престолом произносят ектению и молитву (должно быть, ту и другую специально приноровленную к случаю) и говорят «Отче наш», стихиру 2 гл. «Покланяемся, Христе, копию, прободшему»881, стих «Дал еси знамение»; ипакои Креста; диакон говорит ектению «Помилуй нас, Боже»; священник поднимает крест и при пении 50 раз Κύριε ἐλέησον обращает его (к народу), говорит молитву «О свышнем» и поют стихиру гл. 6 «Просвети на крест Твое восшествие», стих «Возвестиша небеса славу Твою». Ипакои гл. 6: «Приидите вернии, познаим»; говорят ектению «Помилуй нас, Боже» и выполняют весь вышеописанный чин (с крестом). После этого омывают крест, умащают его благовониями882и говорят ипакои Креста; народ прикладывается ко кресту, и кресты полагают на престоле. Затем начинают канон литургии.
После причащения раздают народу воду от креста (в качестве благословения, εὐλογία) и так все совершают». Таким образом, в этом памятнике указано двукратное воздвижение креста («священник поднимает крест и обращает его») и каждому из них предшествует стихира со стихом, ипакои и ектения с 50-кратным (зерно позднейшего 100 и 500-кратного) «Господи помилуй», а второму и другая еще стихира со стихом перед ектенией; замечателен по этому уставу и обряд омовения и умащения креста после его лобызания, впоследствии вышедший из употребления. «На литургии, – продолжает этот памятник,– тропарь гл. 2 (!): «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое», стих «Держава Господь людей Своих»; далее указывается пять чтений (паремий): I. Притч. 3:18–23; II. Ис. 65:22–24; III. Прем. 14:1–7); IV. Иез. 9:2–6; V.8831Кор. 1:18–25 (наш нынешний Апостол), аллилуиа (стих): «Обратитеся и разумим"(?); Евангелие Ин. 19:16–37 (нынешнее, но короче; Апостол и Евангелие те, что в великую пятницу по этому уставу). Затем на литургии указываются: „На умовение рук (очевидно, тропарь, заменяющий нашу херувимскую): «Глас пророка Твоего» (может быть, нынешняя стихира с таким началом на поклонение кресту). Святых даров (т. е. тропарь на принесение или перенесение их) гл. 8: «Ангельские лики Тебе славу»... На вечерне прокимен: «Видеша вси концы...», стих: «Сказа Господь спасение Свое»884(ср. И ныне на вечерне прокимен великий «Бог наш на небеси»).
Рассмотренный грузинский памятник показывает, что в VII в. существовали уже по местам в честь Воздвижения церковные песни, но их было очень мало и это были не нынешние. Другой грузинский памятник дает нам уже целую службу на праздник – со всеми песнями не нынешними и древнейшими последних, VII-VIII вв. Это грузинская рукопись Императорской Публичной библиотеки из собрания еп. Порфирия № 11 IX в., содержащая службы на все праздники (подвижные и неподвижные) и важнейшие дни года. Для Воздвижения здесь даны стихиры на Господи воззвах, канон, тропарь и песнопения на умовение рук (должно быть, в начале литургии верных, взамен теперешней херувимской) и на перенос св. даров. Песни отличаются от нынешних простотой и краткостью. На Господи воззвах стихиры гл. 4: «Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи, и вси концы вселенныя в песнех взывают: слава Кресту Твоему». «На месте лобнем распялся еси, Христе, державу смерти сокрушил еси и род человеческий свободил еси; слава Тебе, Боже». «Вознеслся еси на крест, Победителю, и ад пленил еси, Сильне, сего ради вси взывают: Благодетелю, слава Тебе». Канон, песнь 1. «Изведшему нас из уз смерти Христу воспоим, славно бо прославися». «Низложившему гордыню врага и Крест посреди неверующих воздвигшему воспоим...» то же самое (т. е. «славно бо прославися»). Тропарь гл. 1: «Лики ангелов победную песнь воспевают Светоноснаго и Животворящаго Креста Твоего празднику, Христе, и собор верных с радостью покланяется светозарному видению его: неба бо жители непрестанно взывают: слава всесильному Кресту Твоему, Спасе». На умовение рук: «Глас пророка Твоего Исаии исполнися глаголющий: узрите спасения вашего древо, пред очами утвержденное; ибо днесь Крест воздвигается и мир от соблазнов свобождается». Песнь на перенос св. Даров не имеет отношения к празднику, а только к этому обряду, и о ней замечено, что она говорится во все великие праздники885.
В Иерусалимском грузинском Канонаре не указано никаких песнопений для вечерни и утрени Воздвижения. Для более великих праздников (Рождества Христова, листы о Богоявлении повреждены) такие песнопения указаны и вообще дается чин вечерни и утрени.
Следовательно, в настоящий праздник эти службы не везде отличались от обычных. Так дело обстоит с этим праздником и в другом древнейшем, уже греческом, литургическом памятнике, Уставе великой Константинопольской церкви (св. Софии), хотя сохранившемся в рукописи X в. (Патмосской библ. № 266), но дающем практику не позднее IX в., практику церкви, принявшей чин Иерусалимской Церкви (данный в только что рассмотренном памятнике) и бывшей законодательницей всех соборных и приходских церквей на Востоке. Поклонение кресту, по этому уставу, начиналось с 10 сентября, но на каких службах и по какому чину совершалось оно, памятники не говорят, замечая только под 10 сент. «поклонение честному древу»; но на это замечание проливают полный свет позднейшие редакции этого устава (см. ниже). Что касается самого дня Воздвижения, то, подобно предыдущему памятнику, совершенно умалчивая об особенностях вечерни и утрени на Воздвижение (тогда как для Преображения, Вознесения, Успения, не говоря о больших праздниках, дается устав этих служб), этот памятник дает уже более близкий к нынешнему обряд воздвижения креста. «На утрени к „Слава в вышних Богу“, когда говорится Трисвятое, бывает вход патриарха и впереди его входят (совершают вход) честные древа, несомые скевофилаксом, в сопровождении (ὀφικευόντων) диаконов со свечами, и полагаются на трапезе, и восходят певцы на амвон, поя положенные тропари по трижды, подхватываемые народом (δεχομένου τοΰ λαοΰ) до надлежащего часа, до восхода солнца (или при восходе солнца), и восходит патриарх на амвон, причем перед ним несут честные древа с хранительницами (θήκοις – ящики, футляры) их, и снимает архидиакон омофор (с патриарха) и кладет патриарх поклон и, поднявшись, берет крест и воздвигает, причем с ним находится синкелл сзади для оправления хитона его, а народ восклицает (κράζοντος) „Господи помилуй»; Говорится тропарь гл. 1 «Спаси, Господи, люди Твоя», 2-й – гл. 2 „Животворящий Крест Твоея благости», 3-й – гл. 6 „Токмо водрузися древо Креста Твоего»; 4-й – глас тойже „Днесь пророческое иполнися», 5-й – гл. 4 „Вознесыйся на крест». И бывает вход и вместо Трисвятого говорится „Кресту твоему"". Далее указываются (для литургии) прокимен, Апостол, Евангелие и причастный нынешние, а также для вечерни нынешний великий прокимен с одним стихом886.
Дальнейшую ступень в формировании службы Воздвижения и особенно в развитии самого обряда воздвижения креста представляет собой «Канонарь» (устав) при Евангелии в библиотеке Синайского монастыря, в греч. рукописях ΙΧ–ΧΙ вв. с практикой по большей части той же Константинопольской св. Софии, но несколько позднейшей, чем в рассмотренном выше памятнике. Здесь уже вводится в вечерню и утреню праздничный элемент, но очень небольшой – в виде прокимна, чтений и тропаря. Указывается «на вечерне прокимен гл. 3 „Сказа Господь спасение Свое, пред языки...» стих: „Воспойте Господеви песнь нову, яко дивна...» (Пс. 91). Другой: „Дал еси боящимся Тебе знамение», стих: „Боже, отринул ны еси» (Пс. 59) [Паремии нынешние]887. На отпусте вечерни тропарь гл. 1 «Спаси, Господи»; тот же и на „Бог Господь». Последование св. воздвижения Честного и Животворящего Креста. По „Слава в вышних» восходят иереи (а в предыдущем памятнике певцы) на амвон и начинают петь все по чину тропари св. воздвижения (указаны 1, 2 и 4-й из предыдущего памятника). И народ равным образом каждый из них, и на конце (εἰς τελευταΐον – какой то литургический термин) тропарь „Токмо водрузися» (в предыдущем памятнике 3-й, и все эти тропари поются после воздвижения, а до него – неизвестные). Восходит на (амвон) иерей [архиепископ] и крест и кадилыцик (θυμιατός) и творит три коленопреклонения, в какой бы день ни было Воздвижение, и став на восток знаменает трижды крестом молча и творя первое воздвижение. И начинает диакон „Господи помилуй» дивно (θαυμαστικώς – неизвестный музыкальный термин) с народом трижды, а остальные (22) „Господи помилуй» [на мотив] призывательные (παρακλητικά – неизвестный музыкальный термин). Начинает воздвижение креста от груди (не от пола, как ныне) при восклицании народом [других] «Господи помилуй», пока не станет крест с простертых рук архиерея выше главы его. И при спускании [арх] иереем креста с высоты, исполняет (оканчивает) народ восклицание „Господи помилуй» 100 раз (50). И на второе воздвижение к востоку равным образом прежде диакон начинает дивно 3 и народ 50 дивно и 50 призывательно и исполняет 100. 2-е воздвижение бывает на юг, 3-е на запад, 4-е на север и тотчас начинает поклонение кресту, поя „Вознесыйся на крест», пока не поклонится весь народ. Прокимен на отпусте утрени [глас 4]: „Сказа Господь спасение», писан на вечерни. Евангелие» – нынешнее утреннее. «На литургии входное гл. 4 „Вознесыйся на крест волею». Вместо Трисвятого гл. 6 „Кресту Твоему покланяемся"". Литургийные прокимен, Апостол, аллилуарий, Евангелие и причастен нынешние, только аллилуарий один – первый, и для причастна указан глас: 4-й888. Таким образом, кроме отмеченных незначительных разностей по сравнению с предыдущими памятниками, этот имеет значительно более развитый и еще более близкий к нынешнему обряд воздвижения креста: воздвижение здесь 4-кратное (или 5-кратное – неясно) с пением 50-кратного по древнейшей редакции памятника и 100– кратного по позднейшей «Господи помилуй».
Вышеупомянутый устав св. Софии Константинопольской дошел до нас в несколько позднейшей греч. рукописи – XI в. (из Дрезденской королевской библиотеки, № 140) и с практикой еще более поздней, чем в предыдущем памятнике. Здесь Воздвижение имеет и предпраздство, притом более длинное, чем нынешнее, с особыми обрядами над крестом. На самый праздник дается довольно подробный чин вечерни и утрени с промежуточными службами по так называемому «песненному чину», представителем которого является этот устав и картина которого еще далеко не восстановлена наукой889, так что уставные замечания этого памятника большей частью непонятны. Чин воздвижения здесь гораздо сложнее, чем нынешний.
Празднества в честь Креста по этой рукописи начинались с 9 сентября. Под этим числом записан в рукописи следующий обычай: «В сей самый день отправляется референдарий (патриарший докладчик дел) во дворец, извещает паппия (главный придворный чиновник) и несет честное древо в Великуюцерковь, в предшествии ему впереди поющих певцов с факелами и в фелонях. Патриарх облачается, и, выйдя в катихумены (отделение храма для оглашенных), встречает в восточной двери на лестнице комнатки, кадит, благословляет свечами и, отдав их канстрисию (патриарший чиновник), идет впереди животворящего древа, имея кадильницу. И когда достигнут обычного места, (патриарх) снова кадит и благословляет свечами, и бывает по чину поклонение».
С 10 числа в течение следующих четырех дней с утра до шестого часа совершалось в Великой церкви изнесние святого древа Господня для поклонения мужчин – 10 и 11 сентября, 12 и 13 – для поклонения женщин. Обряд этот в рукописи изложен так: «Изнесение (схождение) честных древ совершается ежедневно патриархом после того, как остиарии (привратники) наперед вынесут их из катихумен в Великуюцерковьи возгласят: „Благословите, святии». И когда по окончании первого (антифона) утрени пригласят наблюдателей, хартулария (секретарь, архивариус) сквофилакии (сосудохранильницы) и прочих, то они, поднявшись, выносят вниз честной крест из эвктириев (приделов) катихумена и полагают на обычном месте. Когда же выйдет патриарх и покадит (крест) при благословении светильниками, и совершится поклонение, то возвышает его хартуларий (см. выше; патриаршие чиновники большей частью были архидиаконами), опускает вниз и полагает его на трапезу, уготованную для распятия. Сходит же патриарх (с амвона?), идя впереди с кадильницей и, совершив по чину последование, снова благословив, поцеловав и сделав начало утрени, поднимается вверх. И исполняется устав этот все четыре дня. Должно знать, что восхождение (возвращение) честного креста ежедневно совершается после возвышения на божественной литургии святых даров. В навечерии праздника после того, как вынесут честное древо, надзиратели вместе с хартулариями скевофилакии выносят серебряную вазу, в которой моются святые сосуды, имея теплую воду в кувшине, и, омывая, его, перевязывают крестообразно шнурами (γαίετανίον – особого рода шнур), посылаемыми из дворца, связывают же меньше вверху и более посредине. И когда окончат, приходит патриарх наверх царских дверей (хоры над притвором), имея на себе только фелонь и омофор. Присутствуют и архонты (высшие чиновники) его в фелонях, и, беря крест, воздвигает, при троекратном пении присутствующими „Господи помилуй». Когда он держит это древо, то целуют все, потом хартуларии, взяв, полагают его в хранилище, называемом „тарелочкой», связывают его, и полагают в эвктирии.
Вечером накануне (праздника) поется первый и последний антифоны, „Господи воззвах», выход без стихир, прокимен, ектения, три антифона. Должно знать, что когда бывает катавасия (неизвестный литургический термин, по-видимому тропарь в конце вечерни), то говорим на Славу второго антифона, т. е. „Веровах» (Пс. 115), „Единородный Сыне», И ныне, „Преславная». После антифонов ектения с прошениями, три чтения (нынешние паремии). Порядок возглашения пресвитеров (при чтениях) такой: когда патриарх сидит, а архидиакон возглашает: „Премудрость», становится первый пресвитер на правой стороне перед столбом (кивория) и возглашает: „Мир всем» чтецу; потом встает второй пресвитер на втором чтении на левой стороне и становится сзади патриаршего трона, делая то же самое; равным образом и на третье чтение снова (встает священник) из стоящих с правой стороны; и тотчас (после паремий) певцы на амвоне поют псалом Давида нижеуказанный, т. е. 3 стиха его в качестве припевов к тропарю и катавасию – тропарь 1-го гласа „Спаси, Господи». Стих: „Господь воцарися, да гневаются людие». Стих 2: „Возносите Господа Бога нашего и покланяйтеся горе святей Его». И прибавочный стих. Потом, когда диакон возгласит: „Премудрость», бывает отпуст и чтение и панихида (служба между вечерней и утреней) по чину. Вместе с началом панихиды зажигаются в куполе свечи, выдаваемые из сакеллии (казны), имеющие вес три свечи 73 литра. И звонят малые бильца (σημαντηράδες) с вечера до начала утрени.
Должно знать, что после отпуста кондака (название особой службы) выходит лития из церкви в предшествии нощебденствующих (παννυχευόντων) и певчих епископа, (ἐπισκοπιανών) со свечами, выдаваемыми им из скеллия. При пении „Вознесыйся на крест» идут на форум и, совершив ектению (ἐκτενήν), возвращаются при пении того же кондака. По возвращении же бывает ектения (συναπτή), т. е. „Исполним молитву», потом главопреклнение и отпуст по чину. И бывает чтение до тех пор, пока не ударят в три била, и тогда приходят надзиратели с хартуларием скевофилакии, выносят честной крест из эвктирия, полагают его в катихуменах, потом привратники (остиарии) открывают четыре лестницы, и восходит народ, и поклоняется.
В этот же день Воздвижения Честного Креста (обычные) антифоны (на утрени) не поются, но тотчас, после 5 часов ночи, совершается утреня на амвоне, и поется первый антифон дня, 12 антифонов с каноном, поется же и полиелей, песнь 3 отроков и „Благословите» («канон» и «полиелей» едва ли имеют здесь нынешнее значение). На 50-м псалме тропарь 1-го гласа „Спаси, Господи», т. е. на „Помилуй мя Боже». Стих 2: „Тебе единому согреших», тропарь 2-го гласа „Спасение содела"". Стих 3: „Окропиши мя иссопом», тропарь 2-го гласа „Животворящий Крест». Стих 4: „Не отвержи мене», тропарь 7-го гласа „Церковьвопиет Ти“. Стих 5: „Господи, устне мои отверзеши», тропарь 2-го гласа „Токмо вдрузися древо», и на Слава: „Вознесыйся на крест». То же самое поют и аскетрии (монахини), повторяя. И ныне, остальные написанные выше тропари. Когда же поются эти тропари, то поднимаются три диакона, которые должны предшествовать честному кресту, в патриархию с подсвечниками и тремя свечами. На выход же приходит другой диакон с Евангелием, предупреждая схождение патриарха.
Когда начнут певцы гимн, т. е. „Слава в вышних Богу», выходит патриарх в катихумены и, покадив и благословив свечами, идет, облобызав крест, для чего скевофлакс или первый хартуларий поднимает его. Архонты же синклита, одетые в свои одежды и держа свечи, предшествуют. Патриарх, имея кадильницу, идет перед честным крестом, и, когда приходит в царские двери, то застает здесь второго диакона или архидиакона с Евангелием и, совершив молитву входа, входит. И когда он войдет в алтарь, полагается св. крест на святой трапезе с правой стороны Евангелия. Должно знать, что крест предшествует Евангелию. Когда же поклонятся все находящиеся в алтаре, патриарх поднимается на амвон, в преднесении ему честных древ в хранилище скевофилаксом или хартларием и в предшествии певцов, поющих написанные выше тропари: „Спаси, Господи» и прочие. Таким же образом впереди идут экдики (чиновники церковного суда) с жезлами своими. Крест же полагается на находящемся там серебряном столике, а доместик иподиаконов расстилает ковер, взойдя на который, патриарх совершает три поклона, простершись на земле, будет ли то суббота или воскресенье, потом благословляет свечами, и кансрисий снимает с него омофор и отдает его второму из диаконов. Патриарх, взяв честной крест, идет на восточную сторону и, став впереди, возвышает его, понемногу поднимая свои руки, как требует обычай, будучи поддерживаем двумя экдиками, по древнему обычаю Моисея, когда он, поддерживаемый Аароном и Ором, победил Амалика. С патриархом входит на амвон синкелл, но из лиц священных и никоим образом не из не имеющих хиротонии, становясь позади его (чтобы оберегать одежду). Когда же начинается воздвижение, диаконы, стоящие на ступеньках амвона, возглашают с народом: „Господи помилуй» и поют его сто раз. После же 97 раза патриарх трижды благословляет крестом, а диаконы возглашают: „Господи помилуй» тщательнее. И направляется (патриарх) к южной стороне, благословляя и там трижды и воздвигая (крест), как на передней стороне. Потом идет к западной стороне, при пении певцами „Господи помилуй» и воздвигает и там равным образом, и удаляется на северную сторону, и делает таким же образом. Потом, придя на переднюю сторону, воздвигает крест, как и прежде, и исполняет первое воздвижение, т. е. при пении на пяти сторонах по сто раз „Господи помилуй», а вместе 500 раз. И певцы начинают и поют тропарь, глас 6: „Днесь пророческое исполнися“. Патриарх садится на кресле своем и отдыхает, крест же хартуларии относят в алтарь и, по целовании его всеми находящимися там, снова приносят его. И совершается второе воздвижение, как и первое, при пении „Господи помилуй» на пяти сторонах по 80 раз, вместе 400 раз. Если же приказывает патриарх, то крест не относится (в алтарь), но полагается на столике, который там находится, когда он отдыхает. И когда окончится второе воздвижение, то (крест) снова полагается, и поют тропарь, глас 6: „Токмо водрузися древо». И, отдохнув, патриарх совершает третье воздвижение, как и остальные, при пении „Господи помилуй» по 60 раз (на каждой стороне), вместе 300 раз, всего поется 1200 раз. По совершении третьего воздвижения хартуларии несут крест впереди патриарха и полагают его на святой трапезе, при пении певцами „Вознесыйся на крест». Когда же патриарх немного посидит, певцам указывается архидиаконом время, и они начинают вместо Трисвятого „Кресту Твоему покланямся, Владыко» без антифонов и ектении. Хартуларии, взяв честное древо, относят в скевофилакию и, развязав, моют его теплой водой, и гайтаны отсылают во дворец. Честное же древо вносят с хранилищем его в алтарь и полагают его на особом столе. По исполнении Трисвятого бывает кафедра (сидение, т. е. садятся) и поют прокимен, глас 7: „Возносите Господа», стих: „Господь воцарися, да гневаются людие», и по порядку остальное последование божественной литургии. Но это последование совершается в Великой церкви, в церквах же мирских поются антифоны по обычаю.
Когда наступает время причащения и когда берется первый дискос и поставляется с остальными сосудами на святой трапезе, то полагается вместе с ними и честное древо. И когда паппий (придворный чиновник) в облачении подойдет к святым дверям (за крестом), то патриарх, приняв от канстрисия кадильницу, кадит и благословляет свечами и целует крест, потом берет кадильницу и идет с ней впереди до святых дверей, а хатуларий, неся (крест), отдает его паппию, при пении певцами: „Вознесыйся на крест“. И по совершении сего, крест, предшествуемый множеством собравшегося народа и сопровождающего его со свечами в руках, относится во дворец. После этого архидиакон кадит, и выносятся св. дары, и бывает отпуст. Когда патриарх не бывает на богослужении, воздвизает крест великий протопоп, второй из пресвитеров и следующий за ним»890.
И в славянских памятниках Устава Великой Константинопольской Церкви, который некоторое время (до XIII в.) был принят в России, по крайней мере в соборных храмах праздник Воздвижения и обряд воздвижения креста имел такие же особенности. По уставу, списанному архиеп. Новгородским Климентом в 1279 г. (рукопись в Хлудовском собрании при Никольском единоверческом монастыре в Москве), с 10 по 14 сентября указано поклонение кресту: «подобает ведети, яко 4 дни поклонение честнаго древа прежестворяется (творится пред праздником) в соборной церкви от заутренняго часа до воздвижения честнаго и божественнаго древа на литургии: мужам и женам сходящим по обычаю, глаголют антифоны, а в трисвятаго место „Кресту Твоему»; прежепраздним (предпразднуем) Кресту 4 дни; по четвертом же на десять дни не поется». «В навечерии воздвижения на литургии по вознесении честнаго креста (в) катихуми хартофиларове помывают сосудохранильницю теплою водою и обяжут и багряными гонтаны (лентами) и поясом; по сем изидет епископ в фелони и в амофоре посрде катихумен, выше церковныя двери (на хорах) и пркрестився (осенив крестом) трижды видящем доле людем и славящем Бога и положит паки в крестьници (кладет крест опять в ковчег для него), и посем вносит в претворы, по отворении же церковнем и по всем пении и по конечнем Господи помилуй (т. е. в конце вечерни) бывает вход святителеви (вход на вечерне под праздник совершает епископ) и абие прокимен Господь воцарися и по 3 антифоне и по малых диаконьницех (ектений) бывает паремия (указаны нынешние паремии) и абие поют певци тропарь гл. 1 Спаси Господи люди своя, ст. 1 Господь воцарися да гневаются люди. Стих 2 Возносите Господа Бога и по скончании панихиды (особая служба после вечерни) идут со кресты на торговище (площадь) поюще кондак Вознесыйся и бывает ектения, 40 Господи помилуй и молитва. Посем глав поклонение и отпустить люди»891.
Службы самого праздника в этой необычайно ценной рукописи но сохранилось. Но чин воздвижения креста по практике великой Константинопольской Церкви для России мы находим в другой славянской рукописи – в Требнике Новгородской Софийской библиотеки (ныне при Петроградской Дух. Академии) № 1056 ΧIIΙ в. «По 10 песни егда поют Слава в вышних, облачится святитель в ризы и станет пред св. трапезою облечен и возгласит Яко Твое есть царство; певцы же поют тропарь Спаси Господи люди своя, другий Живящий (Животворящий) Крест и ектения не молвится, ни молитва отпустная, но идут вси святитель и попове и диаконе с кадильницами и подьяци (подъчие – иподиаконы или пономари) с светильны, розделшся на полы, пол их направо идут, а пол их налево, поюще тропарь Спаси люди, Живящий Крест. Крестом же честным изнесеном и положеном на трапезе с сосудохранилники, и начинает святитель: Благословен Христос Бог наш, Певцы: Кресту Твоему поклоняемся тришьды; таже Днесь пророческое, таже кондак Вознесыйся на крест. Сему поему, святитель и вси людие кланяющеся целуют. Посем пойдет святитель в алтарь, несый крест на плещи и с ним попове, несуще кресты, а диаконом предыдущим с кадильницами. И положат кресты на св. трапезе, и глаголет молитву» входную, и посем сонмет (снимает) архидьякон амофор, святитель же вшед на амбон помолиться и поклониться 3-шды до земли. И паки шед в алтарь, возьмет крест, и идет на амбон, поддержим двема подруку и сотворить три кресты, людем зовущем Кирие леисон и въздвизет на въсток, посемь на полдень, таже на запад, и на нощи, паки на въсток и зовут же Кириелеисон 500 и посем певцы тропарь Днесь пророческое. И вторый (во второй раз) въздвизають крест и глаголется Кириелеисон 400 и поют Токмо водружиси. Въздвизает третье також и глаголет Господи помилуй 300 по 60 (при воздвижении на каждую сторону), яко быти 300. Первое (при первом воздвижении) звуть Господи помилуй по 100 (при воздвижении на каждую сторону), а второе по 80, а всех 1000 и 200. И поют тропарь Церкви вопиет Ти Христе, посем кондак Вознесыйся на крест, а святитель положить на престол и творит молитву трисвятому и прочее служба вся поряду»892.
По Евергетидскому уставу XI в. в рукописи XII в. (Афинского университета, № 788) накануне праздника «после благовеста к 9 часу иерей с экклисиархом и диаконом в облачении входят в скевофилакию и износят оттуда честный крест, поя тихо тропарь „Спаси Господи» и полагают его вне во св. алтаре. На вечерни на Господи воззвах стихиры (нынешние) 3 по 2 и самогласны того же гласа „Днесь древо явися» 2, Слава и ныне гл. 8 „Четвероконеный мир“ (ныне на поклонение кресту). На стиховне „Егже древле Моисей» (ныне последняя), „Пророков гласи»; стихи 1-й (нынешний), а 2-й „Вознесися на небеса Боже“, Слава и ныне самогласен гл. 3 „Христе Боже наш». На панихиде умилительный канон гласа дня панихиды на 6 и Креста гл. 4 Германа (должно быть, патр. константинопольского † 748 г.) „Воспою Тебе, Господи Боже мой» на 4; по 3 песни – седален Креста гл. 1 Октоиха „Оружие крестное» Слава и ныне: „Иже предстательство твое»; по 6 песни кондак Богородицы „Предстательство“. На утрени на Бог Господь тропарь „Спаси Господи» 2, Слава и ныне: „Иже твое предстательство“. Стихословие, седален на глас крестный гласа. Чтение по панихиде (по этому уставу полагалось чтение между панихидой и утреней) к ряду из Апостола (нынешнее «великое» чтение из Апостола). По 1-м стихословии чтение – слово в Панегирике (сборник похвальных слов)Софрония Иерусалимского, которого начало: „Торжество Креста и кто не возликует» и другое слово Пантолеона диакона „Опять воздвигаете Крест» два за одно и другое слово в малом Панегирике Александра монаха. Затем стихословим другую кафисму „Благо есть исповедатися Господеви“ (т. е. кафисму 13-ю, заключающую наиболее подходящих к празднику псалмов) 3 антифона (славы) на предстоящий глас, седален на тот же глас, подобен того же гласа, среды или пятницы (т. е. крестный седален Октоиха), слава и ныне: тот же богородчен. Чтение в той же книге слово Златоуста „Что реку или что возглаголю». Полиелей на гл. 6, седален на тот же глас „Токмо водрузися». Слава и ныне: богородичен. Чтение в Метафрасте слово кир Андрея (Критского), которого начало: „Торжество Креста совершаем» на два даяния (в два приема, следовательно, вторая часть по 3 песни канона). Степенны гл. 4, антифон один. Если воскресение – (степенны) гласа, 3 антифона». Далее по 50 псалме все как ныне. Канон – как ныне. При пении 50 псалма параэкклсиарх ставит на правой стороне солеи (βήματος) наперед приготовленный четвероножец в облачении. «С началом канона иерей, облачившись в фелонь и епитрахиль, с диаконом, взяв на главу честное древо с ковчегом, причем крест лежит на малом покровце чаши, в предшествии диакона с кадильницей и подсвечников входа, входят с левой стороны (из северной двери) и идут до солеи, творя вход и полагают его (крест) на четвероножце перед св. жертвенником (престолом) наискось, как сказано (т. е. на правой стороне солеи), ставя впереди и две свечи входа, (иерей) входит чрез св. двери внутрь алтаря, а диакон кадит народ и весь храм. По 3 песни седален гл. 6 „Днесь пророческое». Слава и ныне: той же, чтение оставшееся от слова Андрея. По 6 песни кондак и, если есть время, поем хотя три икоса (следовательно, их было, как в сохранившихся кондакарях, 13–24); и чтение слова об обретении Честного Креста, которого начало: ,,203-го“». 9-й песни тропари все и два ирмоса на 4, ирмосы по 2. Ексапостиларий «Свят Господь» или Креста: «Крест хранитель всея вселенныя». На хвалитех нынешние стихиры, по Слава и ныне «Днесь сад живота». По славословии и трисвятом, когда народ начнет тропарь «Спаси Господи», выходят два диакона через св. двери с кадилом и иереем; когда иерей станет на месте певцов, берет диакон ковчег (с крестом) в руки, и вынимает иерей честной крест из него, «причем честное древо лежит прямо» (?); диакон кладет ковчег обратно на столик. Два диакона становятся один направо от иерея, другой налево, один с кадильницей; по исполнении народом тропаря иерей начинает осенять (крестом), причем эклисиархи со стоящими вместе восклицают «Господи помилуй» трижды с сильным криком; и на каждое «Господи помилуй» иерей осеняет честным крестом трижды к востоку, т. е. при трех только Господи помилуй; при восклицании экклисиархом и народом, кроме этого, еще 100 «Господи помилуй» иерей возвышает крест, протягивая руки до головы. На 90-м Господи помилуй возвышают голос и иерей опять осеняет трижды. Так же совершается воздвижение потом на юг, запад, север и опять на восток. Поется кондак, диакон ставит возле иерея столик с ковчегом, в который иерей кладет крест без покровца и, поцеловав крест, входит с диаконом в алтарь. После кондака поется «Кресту Твоему» 3 и тропарь гл. 6 «Днесь пророческое»; и опять «Кресту Твоему» 3, тропарь «Токмо водрузися древо» и опять «Кресту Твоему». Поклонение кресту совершает сначала игумен один, затем все по два, творя перед крестом 3 поклона. При этом поклонении певцы из монахов становятся вблизи креста направо и поют стихиру «Приидите вернии», Слава и ныне «Кресте Христов» и «Кресту Твоему» трижды; ектения и отпуст. Крест с двумя свечами лежит до литургии. На литургии антифон 1-й «Благо есть исповедатся» с припевом нынешним; 2-й «Господь воцарися». «Спаси ны, Сыне Божий, нас ради распныйся...» 3-й «Приидите возрадуемся» с тропарем; входное нынешнее; по входе Слава и ныне кондак; остальное на литургии как ныне (кроме задостойника). Отдание праздника 15-го (предпразднство – как ныне)893.
По Студийскому Типикону Николо-Касулянского монастыря в Калабрии в греч. рукописи XII-XIII вв. (Туринский университет № 216) предпразднства нет. На вечерне на Господи воззвах стихиры гл. 4 «Егоже древле Моисей» дважды, «Глас пророка Твоего» трижды, «Днесь Владыка твари» трижды. Слава и ныне «Предстоящи распятию яже Тя чисто»; прокимен «Господь воцарися» с 1-м стихом; паремии нынешние; на стиховне гл. 2 «Четвороконечный мир», стих: «Помяни сонм Твой», «Днесь сад живота»; стих: «Бог же Царь наш», «Пророков гласи». Слава и ныне «Христе Боже наш». На повечерии канон Златоуста, гл. 8 «Крест начертав»; бывает и литургия ему в другой церкви. На утрени на Бог Господь как в Евергетидском, «и стихословим 3 антифона: 1-й – Пс. 73, 2-й – Пр. 98, 3-й «Хвалите Господа» (Пс. 148), ипакои гл. 8 «Днесь пророческое». Слава и ныне «Благословенную нарекий»; чтениеАндрея Критского«Торжество Креста совершаем»; степенны гл. 8, антифон один; прокимен гл. 4. «Бог же Царь наш», стих: «Помяни сонм Твой»; Евангелие от Иоанна: «Рече Господь: любяй душу», «Воскресение Христово». Канон ирмосы по 2, тропари по 4, и творим тропари на 14 со Слава и ныне; по В песни седален, гл. 8 «В рай убо мя прежде»; по 9 песни ексапостиларий; на хвалитех гл. 4 подобен «Дал еси»: «Днесь возсия» и подобные его на 6, Слава и ныне гл. 2 «Днесь Крест Честный воздвизается со славою»; конец: «Мы же непрестанно вопием: Слава в вышних Богу». Певцы поют Слава в вышних Богу великое. На тропаре исходит иерей через св. двери в предшествии двух монахов со свечами к диакона с кадилом в руках и крестом в ковчеге на голове; по тропаре «Спаси, Господи» и другой тропарь гл. 1 «Креста древу покланяемся»; став на амвоне, иерей берет у диакона крест. О воздвижении креста так же как в Евергетидском уставе; только упоминаются «васильки» с крестом у иерея в руках. После воздвижения кондак трижды; «иерей, положив крест в ковчег и войдя в алтарь (моет его чистой водой), взяв кадильницу и фимиам, подняв его с ковчегом со св. трапезы, выходит из алтаря и кладет крест для поклонения всему народу; поют тропарь гл. 1 „Креста Твоего древу покланяемся, Человеколюбче“, затем все поклонившись и с любовью целуя, поем тропарь гл. 6 „Кресту Твоему покланяемся»; ектения сугубая и просительная и отпуст. Отдание 21-го», и под этим числом замечание: «должно знать, что во всю осмицу Воздвижения Креста антифон поетцерковьнашего монастыря, не изобразительные»894.
По Студийскому Типикону Милийского монастыря в Сицилии в рукописи 1292 г. (Ватиканская библиотека № 1877) предпразднства нет. На вечерни «Блажен муж» 1-я слава; на Господи воззвах на 8 гл. 8 «Днесь древо явся», «Днесь сад живота», «Четвероконечный», «Пророков гласи», Слава и ныне: «Глас пророка Твоего»; далее как в предыдущем памятнике; на стиховне стихиры нынешние с «Господи воззвах», но Слава и ныне и далее – как в предыдущем памятнике, На полунощнице канон Златоуста. На утрени на Бог Господь тропарь гл. 2 «Животворящий Крест»; «стихословим 3 антифона: 1-й – плиелей, 2-й – Пс. 73, 3-й – Пс. 148; далее, как в предыдущем памятнике; канон – тропари на 8; ексапостиларий „Крест воздвизается“; на хвалитех гл. 2 подобен „Доме Евфрафов»: „Днесь воздвизаему тебе“ или „Днесь Крест Честный"". По славословии на «Спаси Господи» выходит воздвизающий иерей из св. дверей с 2 диаконами впереди, из коих один с кадильницей, сзади другой иерей, неся на голове крест; обряд воздвижения как в Евегетидском и предыдущем памятнике (об омовении креста не говорится); «после кондака „Кресту Твоему» трижды и тропарь гл. 6 „Токмо водрузися», и опять „Кресту Твоему»; при этом поклоняются сначала предстоящий один, потом воздвигавший крест и по порядку все с благочинием многим и благоговением»; при поклонении братии стихира «Приидите вернии» и другая, какую хочет протопсалт, Слава и ныне «Кресте Христов» и «Кресту Твоему», ектении и отпуст. Отдание 21-го895.
По Студийскому Типикону Криптоферратского (или Гроттаферратского) монастыря близ Рима (в Типиконе этом есть следы латинского влияния) в рукописи 1300 г. (библ. монаст. А II № 7) воздвижение креста совершается на литургии. К ней игумен облачается в белую одежду. После 3 и 6 часов по пении блажен иерей произносит обычный отпуст; диакон, взяв благословение, начинает великую ектению, иерей – возглас ее; клир поет тропарь гл. 2 «Животворящий Крест» и недельный «иерей с диаконами, иподиаконами и чтецами с кадильницами, подсвечниками и свечами идут от великого алтаря в алтарь капитолия и берут там честное древо и несется оно одним диаконом и выходят из врат решетки и идут до середины хоров и там находят стол, приготовленный для положения вышеназванного честного креста, на каковом столе бывает от иерея воздвижений пять. На восток так: иерей держит честной крест наклоняясь до земли; диакон говорит: „Помилуй нас“; народ громким голосом: „Господи помилуй», и иерей, тайно говоря: „Помилуй мя Боже“, поднимается мало помалу, выпрямляется и громким голосом говорит трижды: „Господи помилуй», осеняя честным крестом народ, и народ равным образом отвечает „Господи помилуй»; затем иерей возглашает: «Яко благ и человеколюбец», а клир поет тропарь гл. 2 „Животворящий Крест». Иерей переходит на место к югу и творит там 2-е воздвижение, как первое, причем диакон говорит: „О еже милостиву», и народ: „Господи помилуй», а сам иерей: „Яко Твоя есть держава», и опять народ тропарь гл. 6 „Токмо водрузися». Иерей переходит на место к западу и творит 3-е воздвижение, как 1-е и 2-е, причем диакон говорит: „Еще молимся о еже услышати Господу Богу», народ „Господи помилуй», иерей „Яко благ и человеколюбец», и опять народ тропарь гл. 6 „Днесь пророческое исполнися слово». Иерей переходит на северную сторону и творит 4-е воздвижение, как три вышеописанных, причем диакон говорит: „Еще молимся о честнейшем и святейшем отце нашем (имя) папе римском, яко да Господь Бог наш даст его святым Своим церквам в мире, цела, честна... рцем вси», народ: „Господи помилуй», иерей: „Буди держава царствия Твоего», народ тропарь гл. 7 „Церковьвопиет Ти, Христе». Иерей переходит опять на восточную часть и творит там 5-е воздвижение, как 1-е, причем диакон говорит: „Услыши нас, Спасителю наш, упование всех концев земли и сущих в мори далече, и избави, Господи, Господи, паству нашу сию и всякую паству, град и всех благочестивых христиан от язвы, глада, труса, потопа, огня, меча, нашествия иноплеменных и междоусобныя брани, молимся»; народ: „Господи помилуй»; иерей говорит: „Яко Бог милости и щедрот» и тотчас полагает честной крест на стол, затем берет (по-видимому, крест) сам игумен и со гласом говорит:
„Кресту Твоему покланяемся...» И народ отвечает тем же тропарем, и опять игумен тот же тропарь более высоким голосом, и опять народ тот же тропарь; игумен в третий раз более высоким голосом тот же тропарь и покланяется (προσκυνεῖ – может быть, в смысле «целует») ему (т. е. кресту) со всяким благоговением и кладет его на столе, затем покланяется ему недельный и вся братия по чину, причем народ отвечает вышеуказанным тропарем, т. е. „Кресту Твоему покланяемся». По окончании тропаря стихиры гл. 2 „Приидите вернии», Слава и ныне, гл. 6 „Днесь происходит Крест». Малая ектения с возгласом „Яко подобает Тебе», антифоны нынешние, вход. После целования креста диакон относит его в великий алтарь и бывает великая кафедра (сидение), кондак, вместо тривятого „Кресту Твоему» и т. д. На трапезе утешение такое же, как на Рождество Богородицы» (по другой рукописи: «на трапезе 2 блюда, т. е. овощи, бобы и сыр зеленый и яйца или рыба и подмесь (ὑποκερασία) хорошую, а вечером – сыр»)896.
Последние три памятника представляют собой разновидности одной редакции Студийского устава – западной, столь же далекой от нынешнего устава, как Устав св. Софии (и основа его – святогробский), как Евергтидский. Теперь мы обратимся к редакциям Студийского устава, более близким к нынешнему – Иерусалимскому уставу. Такими являются редакция его Афонская и славяно-русская. Первая представлена грузинской рукописью (Тифлисск. церк. музея № 193) XI в. Синаксаря для Афно-Иверской лавры. Здесь «поклонение кресту» указывается каждый день с 10 сентября. На вечерне в праздник «Блажен муж»; стихиры на Господи воззвах не указаны; прокимен «Господь воцарися»; паремии нынешние; на стиховне стихи «Помяни сонм Твой», «Бог же Царь наш», Слава и ныне, богородичен; тропарь на вечерни нынешний. На утрени тропарь «Животворящий Крест». Вместо обычной кафисмы псалмы: «Хвалите имя Господне», «Вскую отринул ны еси», «Хвалите Господа с небес», седален «Днесь пророческое слово»; чтениеВасилия Великогоо Кресте. Седален 2-й (прокимен?) гл. 1: «Бог же Царь наш», стих «Помяни сонм Твой»; Евангелие от Иоанна: «Рече Господь: иже любит душу свою...». «Воскресение Христово», Пс. 50-й. В каноне тропари по 4; по 3 песни седален, и чтение о Кресте; по 6 песни ипакои «Хвалите», «Слава в вышних», «Святый Боже», «Спаси Господи». При пении этого тропаря священник, имеющий совершить воздвижение креста, выходит из алтаря в предшествии диаконов со свечами и кадильницами; другой же священник несет на голове животворящий крест в ковчеге. Священник, воздвигающий крест, сделав три поклона, восходит на уготованное возвышение или же на амвон и, сняв с головы другого священника крест с ковчегом, осеняет им с восточной стороны; диакон со всем клиросом возглашает громогласно три раза «Господи помилуй». Священник, осенив три раза крестом, стоит и воздвигает крест, держа его обеими руками; диаконы стоят справа и слева. Декан же со всем народом говорит «Господи помилуй» 100 раз; при этом 97 раз говорит не особенно громко, а 3 раза велегласно, чтобы священник слышал и сообразно с этим осенил народ три раза и воздвиг крест. Осеняет же он крестом и воздвигает его с восточной, северной, западной, южной и еще раз с восточной стороны, так что всего «Господи помилуй» говорится 500 раз. По воздвижении креста народ поет «Вознесыйся на крест волею». Священник влагает крест в ковчег и несет в алтарь; затем берет кадильницу и кадит. После этого выносит крест в ковчеге народу на поклонение. По окончании лобзания бывает ектения просительная и отпуст утрени. Во время поклонения кресту певцы поют попеременно стихиры: «Вознесыйся на крест волею», «Светлее огня и сильнее пламени показал еси Господи, Крест Твой», «ЦерковьТвоя, Христе, поклонится Тебе», «Внегда вознесеся древо Креста Твоего, Господи, потрясошася основания смерти». За этими стихирами – «Кресту Твоему покланяемся, Владыко».
Другой чин Воздвижения Креста. Во время пения «Святый Боже» облачаются патриарх и епископы. Священник скевофилакс идет пред патриархом, неся с собою крест; перед св. крестом идут диаконы с возженнми свечами; в таком порядке они входят в алтарь и полагают св. крест на престол. По окончании «Святый Боже» певцы восходят на амвон и поют: «Спаси, Господи, люди Твоя». «ЦерковьТвоя, Христе Боже», «Животворящему Твоему Кресту», «Днесь пророческое», «Вонесыйся волею на крест» и др. с соответствующими стихами из псалмов. Затем читают три паремии этого праздника. С восходом солнца патриарх направляется к амвону, а перед ним идет священник с крестом в ковчеге. На амвоне диакон снимает с патриарха омофор, патриарх преклоняет колена, потом встает, берет крест и, окруженный синкелами, после пения «Вознесыйся на крест волею», воздвигает его на восток, север, запад, юг и опять на восток; причем каждый раз поют «Господи помилуй» по 100 раз. После этого он дает крест священнику, сам же уходит в алтарь и благословляет народ. Поклонение кресту продолжается до начала литургии. На литургии как ныне, только по входе на Слава и ныне ипкои. На вечерне прокимен нынешний. На повечерии служба Златоуста. Устав 14 сентября заканчивается замечанием: «Святые Божии! На святой горе и в прочих славных монастырях воздвижение креста совершается по вышеописанным чинам. Вы же воздвигайте его как хотите». Отдание 21 сентября897.
По славянско-русскому Студийскому уставу в рукописи XIII в. (Московской синодальной библиотеки № 330–380) на вечерни Блажен муж; на Господи воззвах стихиры нынешние (на 6) гл. 8 подобен «О преславнаго чудесе»; Слава и ныне, богородичен. На стиховне самгласны «Егоже древле Моисей», «Глас пророка Твоего», 1-й стих нынешний, а 2-й «Вознесися на небеса, Боже»; Слава и ныне, «Четвероконечный мир»; тропарь гл. 2: «Живящий Крест Твоея благости, егоже дарова нам недостойным, Господи, Тебе приносим молитву; спаси князя и люди, молящая нас Богородица ради, едине Человколюбче»; тот же и на Бог Господь. На утрени по кафисмах седальны Октоиха по дважды: по 1-й кафисме гл. 6 «Днесь пророческое событься слово», стих и седален того же гласа «Крест Твой, Господи, освятися», Слава и ныне, богородичен воскресный «Богородице Дево, моли Сына»; слово Андрея; по 2-й кафисме седален гл. 6 «Едино ( точию) водрузися древо», стих и глас тойже, «Рукама пречистыма украсив», Слава и ныне, богородичен; чтется то же слово. Степенны 4 гл., «аще не будет неделя». По 3 песни седален октоиха гл. 4 «Спасение содла посреде земли», слава и» ныне, богородичен; чтение от того же слова. Светилен «Свят Господь». «На хвалитех не поют» (т. е. стихир). На стиховне – октоиха крестны гл. 8 «Вознесеся на крест», Слава и ныне: «Егда насажние». «По Святый же Боже абие починают пети „Крестви Твоему покланяемся». Предлагает же ся убо честьный Крест пред алтарем и поклоняются ему; внегда же честному кресту поклоняются и целуют, поют стих, гл. 2 „Приидите вернии“ и ины, и на конци коеяждо стихиры поют „Крестови Твоему» трижды. По окончании же целования ектении от диакона бывши (нечеткое Слово)... рекут „Господи помилуй» 100 и абие отпуст. На литургии уставленные (изобразительные) псалмы; на блаженных 3 и 6 песнь (канона), не поему „Помяни нас, Христе», но в то место ирмос». Замечания о посте нет. Праздник имеет 1 день предпразднства (без памяти обновления храма) с нынешним каноном, без тропаря, и 1 день попразднства с тропарем «Спаси Господи», стихирами и каноном праздника898.
В древнейших греческих и славянских рукописях ныне действующего Иерусалимского устава Воздвижение имеет следующие незначительные особенности по сравнению с нашим печатным Типиконом. Дается устав и для соединения службы Воздвижения со службой Златоуста (так как это день преставления его) на случай, если храм его или если игумен изволит петь службу ему. На утрени по кафисмах «седальны говорим крестны октоиха гл. 6». Определенно указываются чтения; о 1-м чтении замечено: «егоже скончаем на едином чтении». После стихир на поклонение кресту древнейшая греч. рукопись: «иерей говорит; „Премудрость» и отпускает»; позднейшая греческая: «говорит диакон: „Исполним утреннюю молитву» и прочее»; слав. рукоп.: «иерей ектению „Помилуй мя Боже», тажь „Исполним"". О трапезе греч.: «сыра же и яиц не едим (в поздн. греч. нет); вкушаем же елей, пьем и вино благодаря Бога» (поздн. греч. «распятого»); слав.: «не ямы сыра, ни рыб в сей светлый крестный день»899.
По старопечатной греческой и славянской Минее служба Воздвижения имеет следующие особенности по сравнению с нынешней. На литии стихиры из нынешних только 1, 3–5 и последняя; седальны по 1 каф. со 2-й
1-й; по 2-й с 1-й каф. 1-й (по одному); по полйелее со 2-й каф. 2-й; по 3 песни канона с полиелея; светилен только
1-й трижды. На поклонение кресту стихиры только 1-я,
1-я, стихира после Евангелия и 6-я. На литургии последний стих в 3-м антифоне: «Да исповедятся имени Твоему великому, яко страшно и свято есть» (Пс. 98:3).
Старообрядческий устав имеет следующие отличия от нашего. На. литии «гласа 1-го 3 стиха и гласа 2-го 5 стихов». После благословения хлебов «чтение похвальное Александра мниха о честнем древе, егоже скончаем на едином чтении». По кафисмах седальны, как в старопечатной Минее; после 1-й кафисмы замечание: «чтение же чтения в толк. словах о св. страстех от Мф. 67 и 68 и Ин. 84 и 85 и слово Златоуста похвальное Честному Кресту и другое тако ж кир Андреево „Креста торжество» и слово Василия епископа Селевкии Исаврийския и слово Пандолея презвитера обители Византийския и ино слово на Воздвижение Честнаго Креста, емуже начало „Днесь братие веселуемся»; и слово Севериана епископа Гевальскаго». В каноне на 9 песни сначала ирмосы обоих творцов по 2 и тропари обоих канонов на 12. «Славословие тихо и со гласом». Священник берет честной крест с дискосом на главу, «идет до царских врат, рекше великих врат церкве; тамо убо уготовану аналогию честною многоценною паволокою покровену»; иерей крест «кадит крестообразно от 4 стран, а пред ним диакон со свещею. И вземлет иерей с дискоса крест в руце; пономари же вземше налой с дискосом и поставят его одесную страну близ царских дверей» (здесь вставлен чин каждения диаконом креста на аналое в сопровождении двух пономарей с лампадами). «Васильки же с травою в подножии креста обвиты прядию». Иерей при воздвижении «держит крест подножием на челе, горнею же частию выспрь». Иерея при обряде поддерживают «убрусцом» два пресвитера или диакона. Диакон кадит беспрестанно. После 50-го «Господи помилуй» «возвышает церквенчальник или доместик в глас „Господи помилуй», яко да разумеет иерей и помалу воскланяется; и егда достигаем 96-го „Господи помилуй», тогда возвышает екклисиарх повыше гласом седмое „Господи помилуй»; иерей станет прямо, и нам поющим высочайшим гласом „Господи помилуй» трижды». Иерей осеняет крестом. После востока воздвижение совершается к югу, западу и северу. Разности в ектении: «Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей, молимтися, Многомилостиве Господи, услыши нас грешных молящихтися, и помилуй...», «О благоверном и богохранимом царе и великом князе имя рек», «О оставлении грехов рабу Божию отцу нашему игумену имя рек». При начале пения кондака аналой ставится опять среди церкви. Перед ним становится игумен, направо подле него старейший пресвитер, слева диакон, и поют равным гласом стих сей гл. 7 «Кресту Твоему» трижды, и посем клирицы поют тойже стих на оба лика трижды. После лобызания креста с двумя поклонами до земли до лобызания и одним после «став игумен на своем месте среди церкве, прощается (просит прощения поклоном) един на оба клира; священник же и диакон прощаются ко игумену». Из стихир на поклонение нет нашей 5-й. До литургии поются часы 3, 6, 9 и изобразительные с пропуском песнопений литургии. На литургии антифоны состоят из полных соответствующих стихов, припев ко второму: «Спаси нас, Сыне Божий, распныйся плотию на кресте». О трапезе замечание: «воследования ради крестнаго ни масла подобает ясти нам, ни вино пити, но за бывшия ради радости крестояления творим сие разрешение во славу распеншагося Христа и сего явившаго», «ямы с маслом, пием и вино», но масло «древяно и маково»900.
По позднейшей греческой Минее служба имеет следующие отличия от нашей. Седальны: по 1 каф. только наш 1-й; по 2 каф. наш 1-й с 1-й каф.; по полиелее наш 2-й со 1-й каф.; по 3 песни канона наш полиелейный. На поклонение кресту наши стихиры 1–3, 4-я «Днесь сад живота», 5-я – наша 4-я, 6-я – наша после Евангелия. 7-я и 8-я – наши 5-я и 6-я; наших же двух последних нет (они в слав. Минею взяты, вероятно, из службы недели 3-й поста). На литургии последний стих 3-го антифона такой же, как в старопечатной Минее. О посте к замечанию славянского устава прибавлено: «смотри, что сей пост Креста имеет смягчение, как предали некоторые, указывая качество пищи, а не час (принятия ее)», т. е. не требуется, как в настоящие посты, вкушать пищу только вечером, после 9 часа дня (ок. 3 часа пополудни)901.
По нынешнему греческому Типикону (по чину Великой Церкви) бдения под Воздвижение, как и в другие праздники, нет, а лития совершается перед утреней. На вечерне на Господи воззвах стихиры на 6. На утрени по 50 псалме на славу стихира «Ты мой покров державен», и ныне – то же. Канон на 6 без стихов (песней), только Слава и ныне на каждой песне; по 3 песни седален один раз. Славословие великое на глас 4. С крестом иерей идет в предшествии рипид, примикирия с дивамвулом (особый патриарший предносный подсвещник), двух иеродиаконов со светильниками и кадилами, кадящих крест, на середину храма, трижды обходит аналой и, остановившись, смотря к востоку, возглашает «Премудрость, прости», кладет крест на аналой и кадя поет тропарь единожды и хоры так же. Воздвижение совершается на восток, север, запад, юг и опять на восток. Прошения ектении: 2-е: «Еще молимся о благочестивых и православных христианех»; 3-е: «о архиепископе ( патриархе) нашем (имя)»; 4-е: «о пребывающих здесь св. архиереях и отшедших во свои епархии»; 5-е: «о служащих и служивших во св. сей Христовой церкви и о всякой души христиан православных, здравии...». После воздвижения иерей кладет крест на столик и патриарх, взяв его с васильками, воздвигает, поя: «Вознесыйся на крест» и, кладя крест на блюдо, поет «Кресту Твоему» единожды, кланяясь кресту; то же поют и хоры по единожды; после εἰς πολλὰ ἔτη патриарх благословляет и уходит на свой трон. «Тогда подходят св. архиереи по два по чину и кланяются честному кресту, а затем, подойдя к патриарху, получают у него васильки»; хор поет стихиры и после того «Спаси, Господи». В отсутствие патриарха иерей сам воздвигает крест. Вместо «Видехом свет» – «Спаси, Господи, люди Твоя». Если праздник не в субботу или неделю – постимся с сухоядением902.
Что касается суббот и недель пред и по Воздвижении, то их имеет уже устав Великой Константинопольской Церкви и древнейшей (IX в.) редакции с теми же чтениями, что и ныне, исключая Евангелие в субботу по Воздвижении, которое здесь, по-видимому, Лк. 11и далее – о помазании женщинами ног Иисуса, на вечере у фарисея; прокимны и аллилуларии не указаны. Синайский канонарь IX-XI вв. имеет в эти субботы и недели нынешние чтения, исключая также Евангелие в субботу по Воздвижении, которое здесь Мф. 16:24–28 о крестношении; прокимна и аллилуария суббота пред Воздвижением не имеет, а неделя – прокимен нынешний, а аллилуарий «Приидите возрадуемся Господеви». По Евергетидскому уставу XI в. чтения нынешние; особого прокимна и аллилуария в субботу пред Воздвижением нет; в неделю прокимен гл. 4 «Велий Господь наш», стих «Хвалите Господа, яко благ»; аллилуарий – рядовой903. Славянские Студийские уставы указывают субботу и неделю только пред Воздвижением и для них только чтения нынешние. Греческая Минея в неделю по Воздвижении назначает чтение в великой церкви соборного деяния (συνοδικόν) 6-го собора и аллилуарий «Священнцы Твои облекутся в правду»904.
Что касается поста в день Воздвижения, то предыдущие замечания показали, что он впервые появляется в уставах Иерусалимской редакции, и в самых ранних рукописях. О нем Никон Черногорец (XI в.) пишет: «не могли мы ничего найти записанного о посте Воздвижения Честного Креста; но везде он совершается. Известно из примеров великих святых, что они имели обычай предчищаться к великим праздникам. Говорят, что и этим постом верующие положили предочищаться к целованию честного креста, так как и сам этот праздник для того установлен. В соборных церквах сей праздник совершается один день и держится пост, а в Типиконе Студитовом и Иерусалимском два дня – праздник и предпразднство»905.
Значение праздника
Будучи однородным по соединяемому воспоминанию с седмицей страстей Христовых, настоящий праздник по характеру совершенно отличается от тех, исключительных в году по умилительности и величию дней – дней, которым одним справедливо усвоено название «святых и великих». То дни плача над Божественным Страдальцем; это день радости о следствиях Его страдания, о плодах искупления. Это праздник именно в честь самого искупления в лице главного орудия, знамения и проводника его на нас.
Орудие это достойно такого чествования, самостоятельного празднования в честь его не только по тому значению, которое оно имело в самом акте искупления, не только в виду той важности, которую оно с течением времени получило в жизни христиан, но и по тому, чем оно было для самого Христа. «Крест именуется славой Христовой и высотой Христовой», – говорит св.Андрей Критский(слово на Воздвижение), ссылаясь в подтверждение первой мысли на Ин. 13:31; 17:5; 12:28, а второй на Ин. 12:32: «аще Аз вознесен буду от земли...». «Если же Крест Христов составляет славу Христа, то и в настоящий день крест воздвигается для того, чтобы Христос прославился. Не Христос возвышается, чтобы славился Крест, но возвышается Крест, чтобы прославился Христос».
Будучи Христовым, Его славой и высотой, Крест этот слишком близок нам уже по первоначальной идее своей. Он, собственно, наш Крест. Христос «понес на раменах своих тот самый крест, на каком распяли его, как принявший на себя наказания, определенные согрешившим»; Он «крест понес нам принадлежащий» (св.Кирилл Александрийскийна Ин. кн. 12).
Отсюда те неисчислимые блага, которые излиты на нас Крестом. «Сей добрый кормчий, наполнив изобилием всю жизнь нашу и умирив ее, доставил еще нам в будущности вечную жизнь» (св.Ефрем Сирин, слово на Честной Крест). «Крестом избавились мы от вражды и Крестом утвердились в дружбе с Богом. Крест сочетал людей с ликом ангелов, сделав их природу чуждой всякого тленного дела и доставив им возможность проводить нетленную жизнь» (слово на Воздвижение Василия Слевкийского, приписываемое и св.Иоанну Златоусту). «Он сделал чистой землю, возвел наше естество на царский престол» (св.Иоанн Златоуст, слово на поклонение Кресту). «Этот Крест обратил на истинный путь вселенную, изгнал заблуждение, возвратил истину, землю сделал небом» (слово о Кресте, приписываемое св. Иоанну Златоусту). «Он положил конец беззаконным делам мира, пресек его безбожные учения, и мир не угождает уже более диавольским законам и не связывается узами смерти; (Крест) утвердил заповедь целомудрия и искоренил сладострастие; освятил правило воздержания и низложил господство похоти. В самом деле, какое добро получено нами помимо Креста? Какое из благ даровано нам не через Крест? Через Крест мы научились благочестию и познали силу Божественной природы; через Крест мы уразумели правду Божию и постигаем добродетель целомудрия; через Крест мы познали друг друга; через Крест мы познали силу любви и не отказываемся умереть друг за друга; благодаря Кресту мы презрели все блага мира и вменили их ни во что, ожидая будущих благ и невидимое принимая, как видимое. Крест проповедуется – и истина по всей вселенной распространяется, и царство небесное удостоверяется (слово на ВоздвижениеВасилия Селевкийскогоили Иоанна Златоуста).
Помимо приобретения для человечества этих высших духовных благ, Крест издревле стал проявлять спасительную силу свою и в чисто житейских нуждах христиан. «Это знамение и во времена наших предков, – свидетельствует св. Златоуст или современный ему писатель, – отверзало заключенные двери, оно угашало губительные яды, исцеляло укусы ядовитых зверей. Если оно отверзло врата ада и открыло небесный свод, восстановило вход в рай и сокрушило силу диавола, то что удивительного, если оно преодолевает губительные яды?» (слово на поклонение Кресту, приписываемое св. Златоусту).
Наряду с этим, так сказать, таинственным, мистическим значением для христианина, крест получил для него и чисто моральное значение. Он стал ободрением и поддержкой для него в тягостях личного крестоношния. «Посмотрите, – как бы говорит Христос, – на то, что совершил Мой Крест; сделайте и вы такого рода оружие, и совершите то, что хотите. Пусть (последователь Христов) будет так готов к тому, чтобы претерпеть заклание и быть распятым на кресте, говорит Господь, как готов тот, кто несет крест на своих плечах; пусть считает себя в столь близком соседстве со смертью. Перед таким человеком все приходят в изумление, потому что мы не так боимся вооруженных бесчисленными человеческими орудиями и крепким мужеством, как человека, одаренного такой силой» (слово на поклонение Кресту, приписываемое Златоусту).
«Воззрение на крест вдыхает мужество и изгоняет страх» (св.Андрея Критскогослово на Воздвижение).
Наконец, крест получил для христианина и эсхатологическое значение. «Тогда, сказано, явится знамение крестное на небе. Когда „тогда»? Когда силы небесные подвигнутся. Тогда украшенные знамением церковным, стяжавшие себе этот многоценный бисер, хорошо сохранившие этот образ и подобие, восхищены будут на облаках» (Пантолей, пресвитер Византийский, чтение на Воздвижение).
Не удивительно, что крест стал знамением христианина. «Крест дан нам в качестве знамения на челе точно так же, как Израилю обрезание; ибо через него мы верные различаемся и распознаемся от неверных» (св. Иоанн Дмаскин, слово в день Креста).
Постепенно христианство оценило все значение для него этого знамения, этого трофея победы Христовой. И тут промысл пришел на помощь Церкви непосредственным действием своим – изведением Креста от недр земных и явлением его на небе. «Господь не допустил бы оставаться в земле, но извлек его и вознес на небо; с ним Он имеет прийти при втором пришествии Своем». (Св.Иоанн Златоуст, слово о Кресте и распятии). Он обретен при императорах, веровавших во Христа, обретен силой божественной и безыскусственной, единственно силой и твердостью веры. Когда Бог вручил христианам царские скипетры, в это именно время Ему угодно было открыть Крест через жену благочестивую, жену царицу, жену украшавшуюся царской мудростью, умудряя жену, скажем так, божественным богомудрием, дабы она, пользуясь отчасти силой слова, свойственной царственной особе, употребила все, что только могло сдвинуть непреклонное сердце иудеев» (св.Андрей Критский, слово на Воздвижение). «Вышло из сокровищниц земли знамение Владыки, знамение, потрясенные которым адские пещеры освободили содержимые в них души. Вышла духовная жемчужина верных, утвержденная в венце Христовом, дабы озарить целую вселенную. Он явился, чтобы быть воздвигнутым, и воздвигается, чтобы явиться (чтобы его видели). Многократно поднимают его и показывают народу, только что не восклицая: «се обретено утаенное сокровище спасения» (св.Андрей Критский, слово на Воздвижение).
Установленный в память обретения и явления Креста праздник, конечно, имел в душах христиан давно уже подготовленную почву, был ответом на давний запрос их духа. Но он, сразу получив широкое распространение и большую торжественность, без сомнения умножал любовь ко Кресту и почитание его. Крест получает теперь особое значение в борьбе христианина с невидимыми врагами его спасения, особенно в руках подвижников. Теперь оценивают и все значение его не только в деле нашего спасения, совершенном Христом, но и в ветхозаветном приготовлении этого спасения, объясняя и здесь многое его, так сказать, возвратным действием906.
Приложение. Служба праздника у католиков
Гимны
Знамена Царя являются,
светится тайна Креста,
которым Жизнь смерть понесла
и смертью жизнь принесла,
который, уязвленный копья
лезвием лютым, чтобы нас очистить
от нечистоты преступлений,
источил воду и кровь.
«Исполнилось то, что воспевает
Давид верной песнью,
говоря народам:
воцарился Бог с древа.
Дерево прекрасное и светлое,
украшенное пурпуром Царя,
избранное в столб, достойный
столь святым членам прикоснуться.
Блаженное, на ветвях которого
висела цена века
сделано под вес тела
и унесло добычу тартара.
О, Крест, радуйся, надежда единственная, в этой славе торжества
умножь благочестивым благодать,
и у виновных уничтожь преступления.
Тебя, Троица, источник спасения,
хвалит всякое дыхание.
Тем, кому Креста победу
даешь, прибавь награду. Аминь.
Сплети, язык, славному
венок сражению
и о Креста трофее скажи в славном торжестве:
как Искупитель мира
умерщвленный победил.
Прародителя первозданного
обману Творец сострадая,
когда тот яблока вредного
вкушением в смерть ниспал,
сам тогда древо избирает,
чтобы от осуждения за древо освободить.
Этого дела нашего спасения
порядок требовал,
чтобы многоразличного изменника
искусство искусством победить
и врачевство принести оттуда,
откуда враг повредил.
Итак, когда приходит святого
исполнение времени,
послан из недр Отца
рожденный мира Основатель,
и от чрева девичьего
приходит плотью облеченный.
Плачет Младенец в тесных
положенный яслях;
члены, покрытые пеленами,
Дева Мария обвязывает
и руки и ноги Бога
тесными повивает повязками.
Вечная да будет блаженной
Троице слава,
равная Отцу и Сыну,
равная честь Утешителю,
и Одного Троичного имя
да восхвалит вселенная. Аминь.
Уже совершивший шесть очищений,
полный срок для тела,
добровольно Искупитель,
страданию предавшись,
как Агнец поднимается на крестное
древо для заклания.
Желчью напоенный, вот Он обессилен;
терновником, гвоздем, копьем
кроткое тело пронзили.
Вода истекает и кровь;
земля, море, звезды мир тем омываются током.
Крест верный, между всеми
древо единственно знаменитое!
никакой лес такого не вырастит
по росту, цвету и семени:
сладкое, сладкое (бремя) железо, древо
сладкое бремя носит на себе.
Приклони ветви, древо высокое,
колесница расширь недра,
и твердость да смягчится,
которую дало рождение;
и Вышнего Царя члены
распростри на мягком стволе.
Одно достойно ты было
носить жертву мира,
а также и пристанище предуготовить
ковчегом (своим) миру, потерпевшему крушение,
который кровь священная искупила, пролитая Агнца телом.
Вечная да будет блаженной
Троице слава,
равная Отцу и Сыну,
равная честь Утешителю.
Одного Троичного имя
да восхвалит вселенная. Аминь.
Респонсории и антифоны
Это знамение Креста будет на небе, когда Господь придет на суд.
О, Крест, светлейший всех звезд, известный миру, весьма любезный людям, святейший всех, который один был достоин носить сокровище мира, сладкое древо, приятные гвозди, носящий сладкое бремя, спаси настоящий сонм, сегодня в твоих похвалах соединенный.
Христу Царю, за нас на Кресте вознесенному, придите поклонимся.
Знаменитое древо возвышается, вера Христова сияет, когда Крест всеми почитается.
Славный день празднует святаяЦерковь, когда победоносное возвышается древо, на котором наш Искупитель победил лукавого аспида. Слово Отца, вися на древе, открывает путь нашего спасения.
Древо это достойнейшее, посреди рая находящееся, на котором Виновник спасения своею смертью победил смерть всех. Крест, блистающий превосходной красотой, который возвратил император Ираклий страстно желающей душой.
Нам же должно хвалиться о Кресте Господа нашего Иисуса Христа, в котором наше спасение, жизнь и воскресение, через который мы спасены и освобождены. Твоему Кресту поклоняемся, Господи, и почитаем славное Твое страдание.
Когда святое знамение возвышается к небу, вера Христова укрепляется. Являются божественные чудеса, прообразованные жезлом Моисеевым. От прикосновения ко Кресту восстают мертвые и поведают величие Бога.
Это знамение Креста будет на небе, когда придет Господь для суда. Тогда будет открыт мрак сердца нашего. Когда сядет Сын Человеческий на престоле величества Своего и начнет судить всех огнем.
Как Моисей вознес змея в пустыне, так подобает вознестись и Сыну Человеческому, чтобы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Не послал Бог Сына Своего, чтобы Он судил мир, по чтобы мир был спасен через Него.
О, великое благочестия дело: смерть умерла, когда на древе умерла Жизнь! Аллилуиа.
Спаси нас, Христе Спаситель, силою Креста. Спасший Петра на море, помилуй нас.
Вот Крест Господень – убегайте, противники; победит лев от колена Иуды, корень Давида. Аллилуиа.
Нам же должно хвалиться о Кресте Господа нашего Иисуса Христа.
Знамением Креста от врагов наших освободи нас, Боже наш.
Поклоняемся Тебе, Христе, и благодарим Тебя, ибо Крестом Твоим Ты искупил мир.
Вся земля да поклонится Тебе и поет Тебе. Псалом да скажет имени Твоему, Господи!
О, Крест досточтимый, который принес спасение несчастным! Какие я принесу тебе похвалы, ибо ты предготовал нам небесную жизнь.
О, победа Креста и удивительное знамение, сподоби нас в небесном судилище (curia) получить триумф.
Осуждается мучение убийственной смерти, когда на Кресте Христос уничтожил наши узы прегрешений.
Царь возносится на высоту, когда знаменитый трофей Креста получает поклонение от всех христиан во веки.
Поклоняемся Тебе, Христе, и благословляем Тебя, ибо Крестом Твоим Ты искупил мир.
Через древо мы сделались рабами и через святой Крест мы стали свободными; плод древа обольстил нас, Сын Божий искупил нас.
Спаситель мира, спаси нас. Ты, Который искупил нас Крестом и своею кровью, помоги нам, преклонив колена, умоляем Тебя, Боже наш.
Молитвы
Боже, радующий нас годичными торжествами, в сегодняшний день Воздвижения св. Креста подай, молимся, чтобы, как мы познали на земле тайну его, так и на небе заслужили награду его искупления. Через Того же Господа нашего.
Псалмы
Вместо рядовых: на 1-й и 2-й вечерне 109, 110, 111, 116. На утрене 1–4, 10, 20.
Чтения
Большие:Числ. 21 – о заклятии на Арада и медном змии; история возвращения Креста при Ираклии; беседа папы Льва на страсть Господню. Capitulä Флп. 2:5–7 – об уничижении Христа; Гал. 6– о хвалении Крестом; Флп. 2:8–9 – об уничижении Христа до смерти и превознесении Его Богом.
На Литургии
Входное:«Нам же надобно хвалиться Крестом Господа нашего, в котором спасение, жизнь и воскресение наше, через который мы спасены и освобождены». Пс. 66:1: «Боже, ущедри ны и благослови ны, просвети лице Твое на ны и помилуй ны».
Молитва –та же, что на других службах (см. выше).
Апостол –Флп. 2:5–9 – об уничижении Христа.
Graduale(прокимен): «Христос за нас стал послушным до смерти, смерти же крестной». Стих: «Посему и Бог Его превознес и даровал Ему имя большее всякого имени».
Стих к аллилуиа:«Сладкое древо, носящее сладкие гвозди, сладкую тяжесть, ты одно было достойно поднять Царя небес и Господа.
Евангелие.Ин. 12:31–36 – беседа Христа о вознесении Его от земли (по поводу желания эллинов видеть Его).
Offertorium(молитва при принесении Даров): Огради, Господи, народ Твой знамением св. креста от козней всех врагов, чтобы мы совершили Тебе приятное служение и чтобы стало приемлемым наше священнодействие. Аллилуиа.
Secreta(тайная молитва): Имеющие насытиться телом и кровью Иисуса Христа, Господа нашего, Которым освящено знамя креста, просим, Господи Боже наш, чтобы, как мы удостоились поклониться ему, так непрестанно мы пользовались действием его спасительной славы. Через Того же Господа.
Причастен:Знамением креста от врагов наших избави наш, Боже наш.
По причащении:Да будет с нами Господь Бог наш, чтобы нас, которых Ты обрадовал честью св. Креста, и защищал постояной его помощью. Через Господа.
Поклонение(adoratio) кресту у католиков совершается не в день Воздвижения, а в Великую Пятницу на литургии после Евангелия и особой ектении по следующему чину: Священнодействующий, обратившись лицом к народу, сперва с правого угла престола открывает верхнюю часть креста, потом, подвинувшись немного, открывает правую ветвь креста и главу Распятого и, наконец, становится среди престола и открывает весь крест. При всяком открытии он, постепенно возвышая голос и поднимая крест, восклицает: «се древо креста, на котором повешено было (pependit) Спасение мира», на что хор всякий раз отвечает: «приидите поклонимся», и в то же время все простираются долу, кроме одного священнодействующего. После этого крест кладется на подушке на полу, устланном ковром. Тогда совершается поклонение кресту сперва от клира (без обуви), а потом от народа (для женского пола уготовляется крест в особенном месте). Перед лобзанием креста клир кладет чтнибудь на блюдо: это – достояние церемониймейстера. Государи латинские при поклонении кресту кладут на блюдо бумаги, в которых изъявлены разные милости подданным. Во время поклонения кресту поются так называемые «укоризны» (improperia), или антифоны, в которых изображены сперва благодеяния Божии, оказанные еврейскому народу, а потом черная его неблагодарность перед Богом. К каждому антифону припевается трисвятое, которое поется попеременно на греческом и латинском языках. Затем поется «Кресту Твоему покланяемся, Владыко» и другие гимны в честь Креста Господня.
/ Издано в рамках совместной издательской программы ИЦ «Пролог» и Киевской Духовной Академии. Текст печатается по изданию:Скабалланович М. Н.Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня. Киев, 1915 Серия «Lex orandi» УДК 27–565–282 ББК 86.372–52 С42Скабалланович М. Н.С42 Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня.– К: Пролог, 2003. 258 с. ISBN 966–8538–04–8
