Последования утрени, часов, изобразительных, вечерни и малого повечерия Великого Понедельника для домашнего совершения

Последования всенощного бдения, часов, изобразительных и вечерни Благовещения Пресвятой Богородицы для домашнего совершения

Всенощное бдение. Часы, изобразительны и вечерня. Уставные чтения

Пасха и Светлая седмица. Последования для домашнего совершения

Последования для домашнего совершения

Православное богослужение на русском языке в переводе с греческого и церковнославянского языка. Литургия св. Иоанна Златоуста

Кочетков Георгий Серафимович, священник

Издание подготовлено в московском Свято-Филаретовском православно-христианском институте проф.-свящ. Георгием Кочетковым с группой филологов. Эти переводы являются плодом многолетней научно-богословской и духовно-педагогической работы.

Культура Византии. IV — первая половина VII в. Вторая половина VII — XII в. XIII — первая половина XV в.

Философия, политическая теория, историческая мысль, литература, риторика, правовая наука, дипломатия, военное искусство, военно-теоретическая мысль, естественно-научные знания, географическая мысль, школы и образование, эстетика, архитектура etc.

«Лампа к ногам и свет на пути»: зачем сегодня читать Псалтирь и погружаться в тонкости перевода

Зиновкин Александр, священник

Зачем сегодня читать Псалтирь и погружаться в тонкости его перевода? Какие богословские концепции обретают особую глубину в оригинале?

Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII веков. Ветхий Завет IV. Исторические книги (Часть 1). Книги Иисуса Навина, Судей, Руфи, Первая и Вторая книги Царств

Отцы Церкви и другие ранние авторы обнаружили в Книгах Иисуса Навина, Судей, Руфи и Первой и Второй книгах Царств образы и параллели, которые легли в основу новозаветного учения о Христе.

Евангельские чтения как форма работы со студенческой молодежью и взрослыми

Стрелов, Владимир Сергеевич

Методическое пособие по организации библейских кружков

Парадоксы мистера Понда

Честертон Гилберт Кит (Gilbert Keith Chesterton)

«Так как во всех восьми рассказах происходящие события описываются мистером Пондом, то главным их действующим лицом становится язык. Именно языковые сбои — те самые «парадоксы мистера Понда», давшие сборнику название, — и становятся завязкой».

Человек, который знал слишком много

Честертон Гилберт Кит (Gilbert Keith Chesterton)

«Честертон уже не верит в политические действия и с особой скорбью любит Англию, и как-то болезненно жалеет даже самых дурных людей. Людей жалеет и отец Браун, но он исполнен надежды, тогда как Фишер — сама усталость».

Жизнь Дэвида Копперфилда

Диккенс, Чарльз (Charles Dickens)

«Суть книги в том, что она — единственная у Диккенса — повествует о самых обычных вещах, но лично и пылко. Нельзя сказать, что она и реалистична, и романтична; она реалистична потому, что романтична».