Вечер шутов

Многие считают этот фильм отправной точкой в счете «настоящего», «зрелого» Бергмана. Действительно, жестокость и философичность, странным образом перемешанная с балаганом, — «фирменный знак» того Бергмана, каким мы его полюбили, здесь на лицо. Один из рецензентов, заметил, что в самом названии — «Вечер шутов», есть перекличка с Евангелием, угадывается как бы некая вечеря юродивых. История о цирке, нищете, любви, семье, измене, унижении, жестокости. События показаны приземленно во всем неприглядном «быте», почти примитивно, в тоже время — как балаган. В конце концов «Вечер клоунов» перерастает в притчу как бы «обо всем», явно выходя уже на религиозный уровень. В том числе и в связи с «Вечером шутов» кинокритик Ольга Суркова писала: «у Бергмана мистика — это театральность, шутовство, эта мистика призвана сорвать маску и показать, что за ней истерзанный, больной, одинокий, не имеющий никакой надежды человек. Где тогда Бог? — спрашивает Бергман. За что мы столько страдаем? Он взыскует Бога, но не слышит его. […] У Бергмана — пустые небеса, разверзшиеся над землей, и несчастный человек, запутавшийся в своих грехах. […] У Бергмана присутствие Бога — это некий результат, поскольку Бергман — реалист и человек сомневающийся».